Для ведения идеологической войны против нашей страны созданы особые базы НАТО, заявил министр обороны Сергей Шойгу. По его словам, они расположены в Риге, Таллине и Варшаве, и служат на этих базах в том числе и граждане России. Их главная задача – вести подрывную пропаганду в соцсетях, под видом обычных блогеров разжигая конфликты в обществе. Как же устроена натовская информационная машина? В Риге, Таллине и Варшаве созданы центры пропаганды, в которых проходят подготовку в том числе и россияне – для ведения подрывной информационной работы против нашей страны. Об этом в пятницу заявил министр обороны Сергей Шойгу. По его оценке, центры пропаганды, работающие в Эстонии, Латвии и Польше, следят за информационным пространством в интернете, выявляют тех, «кто ничего хорошего не пишет» о России, и затем приглашают их на оплачиваемую работу. По сути, эти центры стали инструментами информационной войны против России, отметил министр. И это не единицы, это десятки людей, «которые каждый квартал штампуются», подчеркнул глава Минобороны. «Мы не готовим таких специалистов. Но существует в Европе нескольких центров, которые готовят таких специалистов из граждан нашей страны», – добавил Шойгу. Можно предположить, какие именно центры информационной борьбы имел в виду глава Минобороны. В частности, в Риге с 2015 года заработал Центр передового опыта в области стратегических коммуникаций (стратегической пропаганды), сокращенно StratCom. В Таллине еще с 2008 года действует Центр передового опыта в области кибербезопасности. В военных ведомствах Эстонии, Латвии и Польши по примеру США созданы подразделения психологических операций. В частности, в польском городе Быдгоще в статусе отдельной части Войска Польского действует Центральная группа психологических действий (ЦГПД). Как отмечал в комментарии «Комсомольской правде» ветеран спецназа Сергей Козлов, 4-й отдел ЦГПД специализируется на работе с «государствами с конфликтными ситуациями», например с Белоруссией. Центры пропаганды в Риге, Таллине и Варшаве, упомянутые Шойгу – это военные учреждения, именно поэтому о них говорит глава Минобороны, а не министр иностранных дел, рассказал эксперт Российского совета по международным делам, главный научный сотрудник Института Европы РАН Николай Межевич. «Там нет «пиджаков», там дежурят посменно солдаты и офицеры, все по уставу. Основная их задача – организация нападения, но об этом никто не скажет вслух, поэтому они называются центрами кибербезопасности», – рассказал специалист. По оценке Межевича, все три центра объединены между собой и замкнуты на Верховное главнокомандование объединенных вооруженных сил НАТО в Европе, расположенное в бельгийском городе Монс в 50 км к юго-западу от Брюсселя. «Люди, которые туда набираются, проходят собеседование на предмет не столько технических, профессиональных навыков, сколько на соответствие определенной политической идеологии. Все претенденты проходят проверку на детекторе лжи. В целом набор осуществляется так же, как и в спецслужбы», – рассказал эксперт. Не исключено, что среди претендентов могут быть и прозападно настроенные российские граждане, и граждане постсоветских государств, чей родной язык – русский. Межевич пояснил, что центры создавались для организации интернет-атак на российские предприятия, учреждения гражданского сектора и на военные объекты. «Сама идея этих центров родилась примерно в 2003 году, еще до вступления в НАТО Эстонии, Латвии и Литвы. А в 2007 году, используя факт атак на некоторые правительственные учреждения Эстонии, власти выпросили у НАТО центр безопасности. Интересно, что расследование западных компьютерных специалистов впоследствии показало: кибератаки были проведены из Европы и США, и никакого участия России в них не было», – напомнил эксперт. Кроме того, по его словам, в таллинском центре обсуждались вопросы, связанные с проведением атаки на Ленинградскую атомную электростанцию. ЛАЭС – крупнейшая в России по установленной мощности действующая атомная электростанция, она расположена в 35 км западнее Санкт-Петербурга, на побережье Финского залива Балтийского моря в городе Сосновый Бор. «Заявлял об этом не эстонский военный, чтобы не вызвать скандал, ведь такие вещи вообще являются сasus belli. Все было подано достаточно грамотно: это заявил один эстонский журналист, который кормится с рук местных спецслужб», – пояснил аналитик. Несмотря на то, что основная задача центров – это нарушение коммуникаций и управления объектами критически важной инфраструктуры в России, во всех трех структурах – эстонской, латвийской и польской – часть мощностей замкнута на проведение идеологических диверсий. «Так, в последнее время ими было проделано следующее: два подразделения создали аккаунты в соцсетях и по сей день разжигают российско-белорусский спор по вопросам транзита и энергетики. Их задача – ухудшить отношения общественности обеих стран», – детализировал Межевич. Он также выразил уверенность в необходимости создания в России подобных центров для противодействия действиям Запада. «С моей точки зрения, если у наших противников есть ракета – то у нас должна быть противоракетная оборона», – резюмировал эксперт. Центры по подготовке кадров для информационной войны существуют во многих городах Европы, министр обороны перечислил лишь те, которые непосредственно готовят атаки, сказал газете ВЗГЛЯД член Совета Федерации, бывший сотрудник Службы внешней разведки (СВР) России Игорь Морозов. При этом, по его словам, в России уже есть инструменты для противодействия подобным центрам. «Общественная палата работает непосредственно с неправительственными организациями, и те механизмы, которые они создали на федеральном и региональном уровнях, успешно противостоят такой «работе» Запада. Большинство россиян видят свое будущее именно в России. Это говорит о том, что власти адекватно отвечают на все информационные выпады стран Восточной Европы, которые Запад сделал антироссийским информационным форпостом», – указал сенатор. Американцы тратят значительные средства на ведение информационных войн, отметил в комментарии «Московскому комсомольцу» военный эксперт капитан 1-го ранга запаса Владимир Гундаров. «На 2021 год на борьбу с Россией в этой сфере выделено 138 млн долларов», – отметил эксперт. В Евросоюзе аналогичной работой занята Оперативная рабочая группа по стратегическим коммуникациям (East StratCom) Европейской службы внешнеполитической деятельности, указал Гундаров. В качестве официальной задачи East StratCom обозначено противодействие «продолжающимся дезинформационным кампаниям со стороны России». Эксперт полагает, что создание в структуре ЕС этого ведомства позволило европейским союзникам США вести скоординированную работу по информационным атакам против России. В апреле 2016 года начал работу Центр глобального взаимодействия при Госдепе США (Global Engagement Center, GEC). Наконец, с 2017 года аналогичные структуры одновременно открылись в Восточной Европе – Центр по борьбе с терроризмом и гибридными угрозами при МВД Чехии и польский Центр анализа пропаганды и дезинформации, который формально считается неправительственной организацией. Кроме того, в Хельсинки тогда же, в 2017-м, открылся Европейский центр по борьбе с гибридными угрозами. Официально заявлено, что эта финская структура действует «на основании меморандума о взаимопонимании между восемью европейскими государствами и США и в соответствии с решениями ЕС и НАТО». Источник
