Приподнятая целина Дальнего Востока ("Жэньминь жибао", Китай)
Судя по контексту данного предложения, китайские партнёры очень надеются, что Россия прислушается к нему. Что в свою очередь позволит, добавим мы уже от себя, переформатировать всю экономическую картину мира, с учётом масштабов пока ещё не поднятых дальневосточных «целинных и залежных земель».
Почему сама Россия до сих пор не использует эти земли и ничего там толком не выращивает, в принципе ясно:
1) эти земли надо долго готовить к использованию по назначению, имея в виду, что дальневосточные «марки» — это совсем не курский и не тамбовский чернозём, поэтому для их культивирования нужны немалые деньги;
2) по мнению профессионалов, в дальневосточной зоне рискованного земледелия можно, с тем или иным переменным успехом и тщательной оглядкой на погоду, выращивать только продукты с меткой «ГМО», которые запрещены российским законодательством (во многих случаях эти чересчур завышенные нормы необоснованны, но это другой вопрос);
3) у самой России нет соответствующих масштабных проектов, нет нужного количеств техники и нет нужного количества людей для освоения этой гигантской целины, которая на порядок больше классической казахстанской 50-60 годов прошлого века.
Но Китай — раз он сам осторожно приподнял вопрос — мог бы помочь России, причём буквально по всем пунктам. Включая решение проблемы ГМО, так как в огромной Азии, готовой покупать гипотетические дары дальневосточной целины, нет особых запретов на потребление продуктов с этой «пугающей» надписью, в которой, повторяем, нет того особого ужаса, какой был внушён россиянам за последние десятилетия, прежде всего, для того, чтобы существенно поднять цены на «экологически чистые продукты». Да россияне и сами почему-то забыли, что в СССР в массовом порядке опыляли поля с самолётов-«кукурузников», чтобы обеспечить обильный урожай, а советские дети при этом имели регулярный здоровый вид и розовые щёки.
Китай мог бы помочь в этом эпохальном проекте. Но китайцы не могут сказать вслух, что, несмотря на всю сегодняшнюю российско-китайскую дружбу, имеются некоторые принципиальные опасения со стороны самих россиян, которые не позволяют приступить к судьбоносной операции.
Потому что а) общественное мнение Дальнего Востока (и значительная часть местных чиновников) считает, что при массовом участии китайцев в сельскохозяйственных работах земля будет изношена и уничтожена за считанные годы; б) эту землю в итоге приватизируют сами китайцы. Такие прецеденты и настроения имеются, например, в Еврейской автономной области и других приграничных краях, о чём активно сообщают местные СМИ.
Но все эти опасения вполне можно преодолеть, если Российская Федерация действительно намерена диверсифицировать свою экономику. Ведь регулярные поставки выращенных на Дальнем Востоке одних только злаков (пусть даже с приставкой «ГМО»), хотя бы, двум миллиардам азиатских жителей — это намного легче и стратегически правильнее, чем тянуть по всей стране и по всему миру трубы для перегонки углеводородов, относящихся к категории невосполняемых природных ресурсов. И даже если не слишком богатые жители Азии будут готовы покупать новое российское продовольствие по относительно невысокой цене, то этой финансовой потери просто не будет видно на фоне космических объёмов зернового экспорта.
Плюс — России, безусловно, будет выгодно укрепление собственной продовольственной базы, которая будет стоять уже не только на краснодарской и нескольких других считанных «хлебных сваях», так как распаханный целинный Казахстан уже давно не наш. Таким образом, диверсификация отечественной экономики будет умножена на активно рекламируемое сейчас импортозамещение и реальную продовольственную безопасность, когда стране будут уже не страшны никакие санкции и неурожайные годы. Ведь на дальневосточных землях можно получать не только зерно, но и ставить здесь фермы по промышленному производству мяса, и прежде всего свинины, как советуют делать специалисты.
И — ещё из недосказанного китайцами в рамках данной темы. Сами они вряд ли претендуют на руководство дальневосточной целиной, то есть, по сути, чуть ли не половиной России. Здесь по определению должен руководить корпус российских агротехников и агрономов. Однако китайцы вполне могли бы помочь своими технологиями, а также людьми. Люди — главное в колхозных процессах, мы это уже проходили, начиная с тридцатых годов XX века и заканчивая восьмидесятыми. Поэтому освоению земель восточной половины России вполне могли бы помочь китайцы, корейцы, вьетнамцы. Как и в каких пропорциях договориться с ними о доле выращенного урожая, — вопрос рабочий, технический.
Часть дальневосточных «делянок» в экспериментальном порядке вполне может быть отведена и под культуры с индексом «ГМО», что будет способствовать, наконец, возрождению отечественной агропромышленной школы.
Но китайцы, предлагающие России эту судьбоносную идею, не могут рассчитывать на её реализацию без широкого информирования самой российской общественности о важности такого шага — причём с помощью российских же общественных организаций. В противном случае, хорошая идея, что называется, уйдёт в песок, в бескрайние, зачастую болотистые дальневосточные почвы. В этом, исходя из нашего опыта, нет никаких сомнений. Поэтому весь расчёт — на активность китайцев, на то, что если они сказали об этом в Петербурге, если приподняли вопрос в публичной плоскости, то уже об этом не забудут и станут напористо, со свойственной им энергией действовать дальше.
Григорий Трофимчук — председатель Совета Фонда азиатских инициатив
"Жэньминь жибао", Китай