Башкирия: С чего начинается театр

9 ноября 2016.

«Для меня ценно любое мнение, но критику принимаю только от людей, владеющих предметом, говорящих со мной на профессиональном языке», - говорит Олег ХАНОВ, художественный руководитель Башкирского академического театра драмы им. М.Гафури.

Полиэтилен как символ

- Олег Закирович, на съезде театральных деятелей вы вживую слышали скандальное выступление Константина Райкина. Многие усмотрели в нём упрёк в засилии цензуры. Согласны с этим?

- На мой взгляд, акцент его выступления в другом: должно ли государство контролировать качество театрального продукта? Здесь два аспекта. Если речь о грантах, которые даются на определенную постановку, то должно. Подавая заявку, мы понимаем, что грантовые спектакли должны дать отдачу. Иначе получается: вот вам деньги, а там как хотите. Это абсурд. Но тотальная цензура недопустима. Государство должно давать деньги на театр, чтобы он вообще существовал. Тем более на национальный, где сохраняется культура народа, язык в чистом виде - без интернет-сленга, иностранных заимствований и пр. Добавлю, что в республике мы сегодня цензуру не ощущаем, во всяком случае, со стороны официальных органов.

- Отдача от гранта – это высокий уровень постановки или коммерческий успех, что далеко не всегда одно и то же?

- Мы поставили на грант «Махтымсылу, Абляй и Кара-Юрга» и «Черноликие», спектакли эти  успешны. В идеале, конечно, чтобы два названных слагаемых совпали. Но никто не застрахован от неудач и неприятия зрителя.

- А где граница между этими понятиями?

- Я на сцене более 40 лет, работая с большими режиссёрами, сформировал чёткие представления – как должно быть, как правильно. Люди театра знают: каждая деталь – декорации, костюмы, свет, звук - выражает какую-то мысль. Взять нашумевшую «Антигону», вокруг которой в соцсети разгорелась дискуссия, переходящая в жёсткую критику. Тот же высмеянный полиэтилен в оформлении сцены не случаен, он навевает ассоциации с ремонтом: новый царь начинает жёсткие преобразования, идёт ломка старого. Язык подачи универсален для театра, и если он не понятен кому-то, не значит, что спектакль не удался. Такую критику не принимаю. Пусть мне объяснит это человек, владеющий предметом, говорящий со мной на одном языке – языке театра.

Где патриоты?

- Но мнение публики учитывается?

- В прошлом сезоне разгневанный зритель пожаловался на нас главе республики: в академическом театре поставили «Беги, Харис, беги» - «низкопробный спектакль», «юмор ниже пояса». Что тут сказать? Я полностью доверяю себе, постановщику спектакля Алмасу Амирову. Внутренний цензор у нас есть, и я не буду подвергать сомнению свою шкалу оценок. Мне ценно и дорого любое мнение. Если хвалят, значит, до зрителя дошло легко. Если же доходит трудно, стараемся вести диалог, в том числе в прессе. Но не в форме топорного обсуждения в соцсети, как с «Антигоной». В любом случае авторам дискуссии не удалось опустить спектакль, а вот интерес к нему подогрели.

- Были даже слухи, что это пиар-ход…

- Впервые слышу. Мне как худруку это не надо, в этом есть лукавство и нечистоплотность. Лучше открытый разговор, какой состоялся после показа спектакля 27 октября.

- Вам ведь не впервые выслушивать упрёки патриотов национальной темы в отходе от национальной драматургии, чуждой башкирскому театру подаче, сценического языка?

- Тема не новая. Но постановки башкирских авторов достаточно представлены в репертуаре: драмы Мустая Карима, классиков башкирской драматургии, современные комедии и мелодрамы, пьесы о видных деятелях башкирского народа: «Кахым-туря», «Заки Валиди тоган» и др. Если бы ещё радетели национальных интересов на них ходили…

Театр постоянно работает над национальной темой. Сейчас читаю пьесу молодого автора из Стерлитамака о легендарном комбриге Мусе Муртазине. Подали заявку на гранты: «Не бросай огонь, Прометей!» М. Карима и представления по башкирским сказкам.

Я сам приверженец эстетики, которая была в период художественного руководства Рифката Исрафилова. Лучшие постановки того времени – «Долгое-долгое детство», «Галиябану», «Похищение девушки», «Бибинур, ах, Бибинур!» и др. - классика, духовная пища, которая дорога нашему зрителю. Рифкат Вакилович поднял произведения национальной драматургии на недосягаемую ранее высоту. Но для этого и сама она должна быть на уровне. А ведь иногда приносят материал - сколько ни вложи, не станет добротным на сцене.

Не идти на поводу

- Каково ваше впечатление о рок-опере «Акбузат» в Русской драме?

- Проделана колоссальная работа, надо отдать должное театру, что взялся за эту постановку. Но мне показалось, что в стремлении подняться до общечеловеческих ценностей приглашённые постановщики отдалились от национального «берега». Мне не хватило башкирского духа. Но наши Ирада Фазлаева и Артур Кунакбаев прекрасно справились с ролью. Импонирует, что спектакль ориентирован на разноязычную и разновозрастную публику.

- А в своём театре считаете успешной практику привлечения режиссёров?

- У нас ставили спектакли Линас Зайкаускас, Искандэр Сакаев, Фарит Бикчантаев и др. Постановщик со стороны не самоцель. Но каждый режиссёр с его духовным миром обогащает труппу, несёт актёрам и зрителю новое понимание профессии. Постановки варягов не всегда находят должный отклик у публики, как, например, «Скупой» И. Сакаева или «Антигона» Ф. Бикчантаева. Но, если идти на поводу у зрителя, кормить его комедиями и мелодрамами, это быстро надоест, в том числе актёрам. Настоящий актёр не может быть удовлетворён, работая только в лёгком жанре, на смех публики. Он всегда думает о полной творческой реализации, мечтает сыграть что-нибудь «этакое». Почти каждый день принимаю у себя в кабинете «ходоков».

- Вы пристрастны как худрук, как режиссёр?

- Я живой человек, симпатия, наверное, имеет место. Но доминирует рациональный подход: сможет актёр или нет, соответствует ли роли по темпераменту, интеллекту, фактуре и др. Сейчас в труппе около
60 актёров, все не могут быть одинаково заняты. В 2007 г. в театр пришли выпускники Щепкинского училища - они сегодня основная сила. В 2012-2015 годах было молодое сильное пополнение. Но и ветераны не сдают позиции. Недавно отметили солидный юбилей Гюлли Мубаряковой. Знаете, какое у неё колоссальное желание работать!

- Как измеряется, по-вашему, век актёра?

- У каждого свой потенциал. Если здоровье позволяет – надо играть, как легендарный Владимир Зельдин. Но быть на сцене дряхлым и немощным недопустимо, нельзя, чтобы тебе аплодировали лишь как символу, из уважения к старым заслугам. Актёр должен соответствовать роли. В Оренбургском театре Рифкат Вакилович возобновил постановку «Великодушного рогоносца» (где О. Ханов играл в 90-е годы – Ред.) и вновь дал мне роль Бруно. Но моя партнерша была молода, и сцены любви выглядели не совсем достоверно. Я отказался от роли в пользу молодого актёра.

С прицелом на «Золотую маску»

- Вернёмся к началу разговора, к поддержке культуры. Трудно отстаивать финансовые интересы театра?

- Трудно. Хотя со стороны нашего министерства есть хорошая поддержка и желание помочь, но ресурсы ограничены, что связано с общей ситуацией в стране. Тем не менее в сезон выдаем по пять-шесть премьер.

Чтобы поддержать актёров, ввели балльную систему: за участие в спектакле 8-процентная добавка - небольшое, но поощрение.  Кстати, на съезде слова министра Мединского о том, что средняя зарплата актёров - 60-70 тысяч, подняли на смех. Потом он уточнил: в федеральных театрах – Большом, Мариинке и т.п. Выступивший представитель Адыгеи озвучил зарплату своих актёров – 10-11 тыс. Ну что это? У нас в театре средняя зарплата актёров – 25 тыс., у тех, кто довольно плотно занят в спектаклях.

- Каковы планы на сезон? Не мечтаете повторить триумф на «Золотой маске»?

- Из новых постановок - пиратская история «Море. Остров. Клад», спектакль по пьесе Ф. Булякова, новая редакция трагедии «Нэркэс», спектакль по роману Г. Яхиной «Зулейха открывает глаза».

Мы попали в лонг-лист «Золотой маски» со спектаклем «Джут». На днях на просмотр «Антигоны» приезжает критик из Москвы, весной повезём её в Казань на «Науруз», покажем в театре им. Г.Камала, на родной сцене Фарита Бикчантаева. Узнаем и мнение татарских коллег.

ДОСЬЕ

Олег ХАНОВ.

Родился в 1951 г. в семье актёров. Окончил Уфимский институт искусств. Работал в НМТ им. М.Карима, Салаватском башкирском театре, Оренбургском драмтеатре, «Сатириконе». С 2012 г. - худ. руководитель БАТД им. М. Гафури. Народный артист РБ, заслуженный артист РФ. Лауреат Госпремии РФ в области литературы и искусства.

Светлана ИСТОМИНА