«Грузин!»: как одна фраза матери 30 лет скрывала от Пороховщикова тайну, разрушившую его жизнь
В стенах московского дома на ВДНХ часто царила атмосфера, которую можно было назвать поистине итальянской: страстные ссоры, мгновенно вспыхивающие и столь же стремительно угасающие, были неотъемлемой частью семейного быта. В центре этих эмоциональных бурь неизменно находилась Галина — женщина с кокетливым платком на голове и дымящейся сигаретой в уголке рта. Когда её уже взрослый и известный сын, Александр Пороховщиков, срывался в ответ на её колкие замечания, она могла с насмешливой улыбкой бросить: «Ну давай-давай, кричи громче! Грузин!». Он взрывался, не подозревая, что это язвительное прозвище было не просто материнской дразнилкой, а ключом к глубокой тайне, которую она оберегала от него почти три десятилетия. Тайне, которая предопределила многие повороты его сложной и запутанной судьбы.
Галина Александровна Пороховщикова была непоколебима в одном: её единственный, горячо любимый сын Саша был рождён для величия. В какой именно сфере — медицине или актёрском искусстве — она ещё не определилась, но в его будущей исключительности не было ни малейших сомнений.
Материнская одержимость
Ради этой амбициозной цели Галина принесла в жертву всю свою жизнь, трансформировав безграничную материнскую любовь в тотальный, всеобъемлющий контроль. Она усердно занималась с Сашей уроками, помогала заучивать роли, строго отчитывала за малейшие промахи и ревностно отгоняла от него всех девушек, которых, по её мнению, считала недостойными своего «мальчика».
А молодые женщины, словно пчёлы на мёд, слетались на привлекательного Шурку. Сам Александр иронизировал, что знакомые приписывали ему больше романтических связей, чем волос на его в ту пору густой шевелюре. Однако каким бы брутальным мачо и покорителем сердец он ни выглядел со стороны, дома он преображался в покорного «маменькиного сынка». Даже в зрелые годы, когда его волосы уже посеребрила седина, он продолжал звонить матери по нескольку раз в день, дотошно отчитываясь: «Приехал. Работаю. Ем. Уезжаю. Задерживаюсь».
Вся эта сложная система абсолютного контроля базировалась на грандиозном секрете. Саша, который изначально носил фамилию Барабадзе, был уверен, что его отцом является хирург Шалва Барабадзе, за которого его мать вышла замуж незадолго до его появления на свет в 1939 году. Истинная же история была совершенно иной.
Гордость и тайны прошлого
Юная и своевольная студентка Школы-студии МХАТ, Галя, происходившая из знатной дворянской семьи, забеременела после страстного романа со скрипачом Шотой Шанидзе. Два столь же взрывных характера не смогли ужиться, и гордая Галина предпочла не сообщать возлюбленному о своём положении. Вскоре на её жизненном пути появился другой южный красавец, Шалва Барабадзе, который покорил её своей галантностью и пылкими ухаживаниями. Галина поставила ему условие: «Выйду за тебя, если усыновишь моего ребенка». Шалва согласился, приняв этот необычный вызов.
Брак Галины и Шалвы продлился всего год и два месяца, завершившись весьма драматично. Однажды ночью был арестован отец Галины, известный авиаконструктор и изобретатель первого танка Александр Пороховщиков. Вслед за арестом последовал обыск в их доме. Изъято было всё, даже крошечная детская курточка годовалого Саши. Когда малыш закричал от испуга, один из сотрудников НКВД безжалостно ударил его прикладом по голове. А «любящий» супруг и приёмный отец Шалва Барабадзе, узнав об аресте тестя, просто выпрыгнул в окно и бесследно исчез. Больше его никто никогда не видел.
Галина, теперь уже дочь «врага народа», осталась совершенно одна с ребёнком на руках, без каких-либо средств к существованию. Из МХАТа её исключили, а на работу никуда не брали. Чтобы прокормить сына, она была вынуждена шить брюки для военнослужащих.
Позднее в жизни Галины появился военный архитектор Михаил Дудин. Этот человек искренне полюбил её и не побоялся связать свою судьбу с дочерью репрессированного. Он относился к Саше с большой теплотой, стремился его усыновить и фактически стал для мальчика настоящим отцом. Семья покинула Москву, переехав сначала в Магнитогорск, а затем в Челябинск, пытаясь таким образом убежать от болезненного прошлого.
Уличная закалка и страх замкнутых пространств
В Магнитогорске столичный мальчик Саша в первый же день своего пребывания заработал фингал, вступив в драку с местным пацаном. Он быстро адаптировался к дворовой жизни, пройдя настоящую школу выживания. Здесь он научился хитрить, чтобы «сойти за своего», и даже оказался в серьёзной переделке, когда старшие ребята решили ограбить театр.
Пока преступники орудовали внутри здания, Сашу поставили «на стрёме», но он отвлёкся и не заметил приближения милиции. На следующий день «шпана» устроила ему жестокую экзекуцию — засунули в узкую трубу. Саша едва не задохнулся, отчаянно крича «Мама!», пока его не услышали взрослые, бросившиеся на помощь. С тех пор Пороховщиков страдал клаустрофобией — даже закрытые окна вызывали у него панический страх.
Александр Пороховщиков, несмотря на уличную закалку, занятия боксом и лидерство в подпольном джаз-бэнде, исполнявшем запрещённого Эллингтона, оставался под неусыпным контролем матери. Галина, видя, что сын «сбивается с пути», потребовала от мужа перевезти их в другой город. Так она надеялась спасти Сашу от тюрьмы и отвадить от дурного влияния. Вскоре семья перебралась в Челябинск.
В новом городе Александр Пороховщиков поступил в медицинский институт, но проучился там всего три года. Учёба не захватывала его, хотя он питал нежную страсть к хирургии. Местные девушки же падали в обморок при виде красавца-студента в идеально отглаженном белом халате.
Тернистый путь к сцене
В конце концов семья вновь оказалась в Москве, где Александр Пороховщиков, по настойчивой просьбе матери, начал подыскивать для себя театральный институт. Во ВГИКе его кандидатуру отклонили из-за сиплого голоса — последствия занятий боксом, где он повредил связки.
В Щукинское училище он прорвался чудом. Саша сильно перенервничал на вступительном экзамене и невольно расплакался. Он в сердцах воскликнул «Да ну вас всех!» и покинул аудиторию, будучи абсолютно уверенным в своём провале. Однако ректор училища неожиданно позвонил ему в тот же день и пригласил на третий тур экзаменов. Так Александр стал студентом, открыв для себя мир сцены.
Карьера Пороховщикова развивалась успешно. Он играл в Театре сатиры, блистал в знаменитом спектакле «Доходное место» Марка Захарова, где его партнёром был Андрей Миронов. Затем последовали Театр на Таганке под руководством Юрия Любимова и Театр имени Пушкина. Но подлинную всенародную славу принесло Александру кино.
После роли чекиста в культовом фильме «Свой среди чужих, чужой среди своих» Пороховщиков обрёл невероятную популярность. Мечта его матери Галины сбылась. Однако всенародное признание и обожание поклонниц заканчивались у порога их квартиры на ВДНХ, где он по-прежнему оставался просто Сашей, сыном своей властной матери.
Даже достигнув вершин славы, Александр продолжал жить с матерью под одной крышей, в мире её строгих инструкций и неукоснительных правил. Когда Галина уезжала на отдых, она оставляла ему подробнейшие, многостраничные записи о том, как пользоваться стиральной машиной, как правильно приготовить яичницу, что покупать в магазинах и многое другое. Он, конечно же, ничего из этого не выполнял. К её возвращению дом зарастал грязью, и Галина по два дня наводила порядок и отмывала всё до блеска.
Роковая встреча
В личной жизни Александр Пороховщиков был классическим «подколёсиным», убеждённым холостяком, панически боявшимся брака. По его собственному признанию, его «тошнило от вида женщины с «халой» на голове в ЗАГСе». Мать лишь подпитывала этот страх, опасаясь, что жена с её «кастрюлями и пелёнками» помешает сыну в его великой миссии. А он продолжал считать, что слово матери – закон. Периодически у него случались короткие интрижки и даже браки, но о них он маме не рассказывал и домой девушек не приводил.
Всё изменилось, когда Пороховщикову перевалило за сорок. Он встретил Ирину, скромную восемнадцатилетнюю девушку, работавшую в костюмерной Театра имени Пушкина. Она планировала поступать в ГИТИС, и работа в театре была необходима ей для стажа. Между ними вспыхнул бурный роман. Ирина любила его с такой преданностью и отчаянием, что он порой терялся, не зная, как справиться с этим всепоглощающим чувством. Огромная разница в возрасте порождала насмешки. Валерий Золотухин, увидев их вместе, едко поинтересовался: «Шурик, внучку привёл?».
Но разве могла мать актёра, Галина, дать добро на эти отношения? Она не просто не приняла Ирину — она её возненавидела. Для матери эта девушка представляла главную угрозу её безраздельной власти над сыном.
Галина Александровна наотрез отказывалась пускать Ирину на порог их квартиры. Бывали случаи, когда бедной девушке приходилось ночевать в подъезде на подоконнике, ожидая Сашу с работы. Иногда Галина срывалась на Ирину, упрекая её в том, что та зарабатывает значительно меньше её сына. Во время одной из таких ссор строгая женщина с презрением произнесла: «Вон рядом отель «Космос». Видишь мужики стоят? Иди и зарабатывай!», после чего силой выгоняла её за дверь.
Несмотря на все эти унижения, Ирина продолжала с безумной силой любить Александра Пороховщикова и была готова провести с ним всю оставшуюся жизнь. Он женился на ней лишь в 56 лет, совершив этот шаг уже после ухода матери.
Послевкусие одиночества
Ирина стала для него всем: и женой, и единственным другом после ухода матери. Галины не стало в 1997 году. Её смерть обернулась для Пороховщикова страшным, сокрушительным ударом. Он очень долго не мог прийти в себя после этой потери. В какой-то момент Пороховщиков даже всерьёз загорелся идеей клонировать мать, прочитав о новой лаборатории в Корее. У него остался её локон волос.
«Буду водить её за ручку по всем любимым местам и рассказывать о том, как она жила, — говорил он. — И она постепенно станет моей мамулей, такой, какой была».
Александр Пороховщиков запер их квартиру на ВДНХ и посещал её лишь раз в год. Уходя, он всегда оставлял включённым радио. Актёр был убеждён, что мама «приходит» в квартиру: «Прихожу, а на её кроватке примято одеяло».
После ухода Галины квартира превратилась в настоящий мавзолей. Когда спустя много лет после несчастья туда вошла племянница актёра, она замерла на пороге, ощущая себя так, будто попала в сказку о Спящей царевне. Всё застыло в 1997 году: в комнате стояла новогодняя ёлка, с которой от одного прикосновения осыпались иголки, на столе — чашки с недопитым чаем, заросшие плесенью, а с потолка свисала паутина.
Сам же Александр Пороховщиков жил с Ириной в родовой усадьбе на Арбате, которую ему передал в аренду Юрий Лужков. Актёр вложил в этот дом все заработанные деньги. Именно с этим домом была связана его заветная мечта — воссоздать большое «дворянское гнездо», чтобы по его лестницам носились многочисленные дети, а за большим столом собиралась вся его огромная семья. Но вместо шумного семейного очага особняк стал тихой гаванью для двоих. Ирина, обожавшая Сашу, жила в постоянном страхе его потерять. Она жутко его ревновала и устраивала истерики, когда он изменял ей и открыто говорил об этом. А ему нужна была женщина, которая бы всё прощала, как мать.
Трагический финал
Дальнейшие события развивались стремительно, словно по сценарию жестокой драмы. У Александра Пороховщикова обнаружили тяжёлое заболевание. Когда его госпитализировали, Ирина не находила себе места. Она постоянно звонила родным в истерике, будучи уверенной, что он уже ушёл из жизни, а врачи это от неё скрывают.
Психика Ирины не выдержала колоссального напряжения. Она позвонила подруге и попросила, если что случится, забрать её собаку. А на следующий день после этого звонка её не стало. Она добровольно ушла из жизни в их доме на Староконюшенном, оставив записку: «Жить без Саши не могу и не буду».
Врачи позже рассказывали, что в день ухода Ирины из жизни у Александра Пороховщикова в больнице резко упали все показатели. Ровно через сорок дней, в апреле 2012 года, его не стало. Но на этом история не завершилась.
Поскольку Пороховщиков официально так и остался сыном сбежавшего Шалвы Барабадзе, всё его наследство — квартиры, дача, родовой дом — досталось единокровному брату по юридическому отцу, которого он никогда в жизни даже не видел. Эти чужие люди, по словам родственников, начали делать ремонт в квартире на ВДНХ ещё до окончания судов, безжалостно выбрасывая все документы, мебель и прочие ненужные, на их взгляд, вещи.
Именно в этот же самый момент, когда чужие люди делили его имущество, объявилась его настоящая, родная дочь Анна. Её мать, с которой у актёра когда-то был бурный роман, он бросил, как только узнал о беременности. Мама тогда внушила ему, что первенцем должен быть мальчик, продолжатель фамилии. Узнав, что родилась девочка, он просто поставил точку в отношениях и с тех пор о ребёнке никогда не вспоминал.
Что вы думаете о столь запутанной и драматичной судьбе Александра Пороховщикова? Поделитесь мнением в комментариях.