Несколько лет жителей Минска и Минского района кормили мясом со скотомогильников. Belpol передал «Белсату» документы, циркулирующие в верхах власти. Из них и стали известны вопиющие подробности. Выяснилось, что организованные группы собирали туши падшего скота на территории сельскохозяйственных предприятий в Гомельской, Минской и Могилевской областях с 2021-го по 2024-й. Также велись закупки мяса у частников — без соответствующих документов о пригодности продукции. Организатором схемы, судя по материалам следствия, является индивидуальный предприниматель Александр Старовойтов. Якобы он контролировал несколько компаний. Одна из его фирм закупала мясо, в том числе через биржу. И передавала второй фирме, которая занималась переработкой и фасовкой продукции. При этом законно купленную говядину смешивали с купленной без соответствующих документов и с добытой на могильниках падалью. Всего, по информации следствия, на переработку поступило не менее 57 тонн недоброкачественного мяса. Заготовительный цех работал в Минске в одном здании с ЖЭУ, опорным пунктом милиции, ветклиникой и творческой студией. В цех нанимали людей без медсправок, ведущих асоциальный образ жизни. Фирмы Старовойтова позиционировали себя в качестве объекта общественного питания, но не были при этом внесены ни в Торговый реестр, ни в Реестр производителей. Иными словами, не имели права перерабатывать мясо в промышленных масштабах, а в реальности объемы их работы достигали не менее тысячи тонн мяса в год. Как выяснило следствие, одним из покупателей сомнительного мяса было ГКУП «Мелкооптовая база на Западной», поставляющее продукты в сады Минска и района, а также школы и больницы. Отметим, что делом занимаются Следственный комитет и Генпрокуратура. О нем в свое время были извещены Александр Лукашенко, глава правительства, вице-премьер по сельскому хозяйству, а также профильные министры, председатели облисполкомов и глава Госстандарта. То, что на скандальную историю отреагировали в верхах власти, говорит о возможном ее продолжении. Не исключено, что мы станем свидетелями очередного громкого дела. А пока можно сформулировать несколько вопросов и попытаться сделать некоторые выводы. Вопрос первый — как такое стало возможно? Частично на него дает ответ СК, который обратил внимание на дыры в законодательных нормах, позволяющие зарабатывать на некачественной и опасной для здоровья продукции животноводства. Почему эти пробелы в нормативных актах оставались доступными для незаконных схем столь длительное время? Допустим предположение, что ответственные за ликвидацию пробелов люди последние четыре года занимаются другим. Ужесточают законодательство в сторону репрессивности, плодят списки «экстремистов» и «террористов», запрещают неугодную литературу и информационные ресурсы. Силовые структуры, окончательно превратившиеся в карательные, по понятным причинам действуют в режиме ограниченных ресурсов. В итоге мы видим, как силовики до сих пор выискивают и задерживают людей за выход на проезжую часть в августе-сентябре 2020 года. Естественно, что в таких условиях им просто не до делков, продающих в детские сады падаль. Не до реальных нарушений закона и прокурорам, которые взялись за ревизию преступлений времен Второй мировой войны — расследованных и отправленных в архивы еще во времена СССР. Понятен ли нам масштаб происходящего? Чтобы попытаться ответить на этот вопрос, нужно обратить внимание на проблему падежа скота. «Белсат» со ссылкой на МВД пишет, что за прошлый год на сельское хозяйство припала четверть всех зарегистрированных экономических преступлений. А из них четверть связана с незаконным оборотом скота. Судя по данным МВД, фигуранты уголовных дел не только утаивали факты мора животных, но и зарабатывали на продаже падшего скота. Учитывая масштабы проблемы, нельзя исключать, что для некоторых она стала источником незаконного дохода. Кроме того, СК обратил внимание на плохую организацию захоронения падших животных. В ряде случаев их просто закапывали, а иногда оставляли разлагаться, даже не закапывая. Все это в очередной раз ставит вопрос о состоянии дел в сельском хозяйстве и эффективности избранной правящим режим модели хозяйствования. Эта история — еще и удар по лукашенковской пропаганде, без устали рассказывающей страшилки о голодающей Европе, доедающей крыс. По факту мясо со скотомогильников ели реальные беларуские дети. А может и продолжают есть до сих пор.
