Василий Мельниченко: Отменить налоги, списать долги, вернуть возраст выхода на пенсию — иначе будет голод
Почему продовольственный суверенитет обеспечивают не агрохолдинги, а крестьяне
Сельское хозяйство — драйвер роста экономики, убежден председатель Общественного движения «Федеральный сельсовет» Василий Мельниченко. Поясняет на конкретном примере: из-за низких закупочных цен на зерно сократились посевные площади — просели производители сельхозтехники, за ними — металлурги, тоже не очень хорошо себя чувствуют. И уже более 50 угольных предприятий в России закрылись, а остальные в предбанкротном состоянии.
О ценах на продовольствие, помощи селу, перспективах агропроизводства — в интервью «Свободной Прессе».
«СП»: Эксперты Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) предложили «заморозить» цены на базовые продукты на несколько месяцев. Как вы считаете, поможет ли такая мера?
— Таких «морозов» нет, чтобы заморозить цены. Надо смотреть иначе: что нам делать с налоговой системой, которая не способствует снижению или, хотя бы, стабилизации цен. Почему бы не заморозить цены на всё, что требуется для производства продовольствия: на электричество, ГСМ, удобрения. Создать равные условия работы для любого предпринимателя.
«СП»: Равный доступ к господдержке?
— Не совсем. Субсидии и дотации не способствуют развитию экономики, а усугубляют ситуацию, так как носят субъективный характер при их распределении. Государство должно создавать условия. Равный доступ означает и Дерипаске рубль за киловатт и, допустим, фермеру Ростовской или Волгоградской областей. А он уже платит примерно 12 рублей за киловатт.
О ЦЕНАХ НА СЕЗОННЫЕ ПРОДУКТЫ СМОТРИТЕ «СП-ВИДЕО»
«СП»: Почему все-таки растет цена на продовольствие?
— Вот слова заместителя министра сельского хозяйства Сергея Данкверта (ныне глава Россельхознадзора — «СП»), он писал об этом ещё в 2018 году, но актуально и сейчас: «Проблема в том, что приватизировали рынок так, что в результате всего несколько компаний имеют возможность диктовать на рынке любые условия. И ни одна мелкая фирма не может конкурировать».
Мы за последние 10−15 лет потеряли половину крестьянских фермерских хозяйств. Но не видим реакции руководства, это никого не волнует. Создаются мегакомплексы. Но ассортимент, оказывается, сужается. Конечно! Откуда взяться разнообразию и дешёвым продуктам без малых хозяйствующих субъектов?!
Ещё слова Сергея Данкверта из его книги 2018 года: «На молочном рынке есть несколько крупных компаний, которые его фактически захватили, и малому производству здесь все сложно. Если не создать кооперативного переработчика молока, то конкурировать Россия не сможет… мы должны раздробить крупные молочные компании, сделать самостоятельными, как в Америке».
«СП»: А было что-то сделано по этим рекомендациям?
— Никакого разворота для реального развития сельского хозяйства не было. Более того, поручения президента от 2014 года о создании банка развития сельских территорий, кооперативной аграрной экономики, усилении органов местного самоуправления не исполнены.
«СП»: А какие изменения в налоговой системе нужны?
— У нас есть единый сельскохозяйственный налог, его платят фермеры, он небольшой, 6% с дохода. Но этот налог приносит всего 17 миллиардов рублей в год, это доли процента от общего российского бюджета. Зато тысячи бухгалтеров заполняют десятки листов бумаг, а тысячи налоговиков их проверяют и штрафуют. А Счетная палата вместе со Следственным комитетом сообщает, что очередной губернатор присвоил миллиарды.
Еще люди платят налог на землю. Это всего 40 миллиардов в бюджет РФ в год. И ради этого мы мучаем всех, даже тех, кто имеет 6 соток. При этом 2,4 триллиона бюджет России ежегодно недополучает от искаженных таможенных платежей. Наладьте таможенный контроль и освободите крестьян и владельцев земли от этих налогов.
«СП»: Как обстоят дела с продовольственной безопасностью?
— На первом месте по продовольственной безопасности… Гвиана, страна в Латинской Америке. Далее идут Вьетнам и Китай. А мы, вроде аграрная держава, кормим весь мир, но даже в двадцатку стран не входим по обеспечению продовольствием. Каким образом мы так отстали? Точнее, мы даже не догоняли, хотя у нас земли много. Почему ни разу наше сельское хозяйство, нашу науку не возглавили люди, знающие землю?
Вот пример. Реформы сельского хозяйства страны СЭВ начали примерно в 90-х годах. Польша начала через два года после нас. Польша в 6−7 раз меньше по площади, чем наше Нечерноземье. У нее примерно такие же климат и земля. А производит эта страна вдвое больше сельхозпродукции, чем всё наше Нечерноземье. Сформировав более 2 миллионов крестьянско-фермерских хозяйств и вовлекая их в кооперативы, она стала одним из агролидеров с доступными и качественными продуктами. Я привозил документы с описанием их практик, говорил, что кооперативно-аграрная экономика без участия государства не получится.
Мы проводим круглые столы в Госдуме, но никакого результата нет. Что нам мешает?
Сейчас остро стоит демографический вопрос. Всем нравится это обсуждать, но не решать проблему. А вот 3−5 миллионов крестьянско-фермерских хозяйств помогут повысить коэффициент рождаемости до 1,9−2. При этом мы говорим не об архаичных хозяйствах, а о современных, инновационных, об «умных домах». Но для этого надо менять ситуацию в стране.
Вернемся к продовольствию. Мы думаем, что сейчас с картошкой у нас получится. Не получится. В 2012 году уже был рывок картошки. Когда с 8 до 16 рублей прыгнули цены, мы все посадили картошку. На следующий год она стала стоить 3 рубля, и все рухнуло, хозяйства начали банкротиться.
«СП»: Сейчас схожая ситуация. Уронили цены на яйцо, закупки у фермерских хозяйств осуществляются ниже себестоимости. Фермеры вынуждены уничтожать кур, например, в Краснодарском крае, Удмуртии. Как не допустить разорения хозяйств?
— Нужно развивать местное самоуправление, чтобы регулировать ситуацию на местах. Менять налоговую систему, о чем уже говорил. В частности, ликвидировать ЕСХН.
Нужно вернуть и возраст выхода на пенсию. Сегодня более 60% мужчин не доживают до пенсионного возраста. Я бы взял пример с Китая: объявил бы, что газ для населения бесплатно. Далее, понимая, что у нас большая кредиторская задолженность у малых и микропредприятий, предложил бы списать по 350 тысяч рублей. Мы же регулярно списываем долг зарубежным странам.
Еще нужно заявить, что ни одной сельской больницы, ни одной школы больше не закрываем, за закрытие — уголовный срок 15 лет. Вообще, если не поменяем политику, к 2036 году у нас будет ликвидировано 100 000 населенных пунктов.
«СП»: В этом году климатическая ситуация не очень благоприятна. Что говорят фермеры на местах?
— Прошлый год — это рекордный урожай, сейчас рухнуло всё. На климат мы повлиять не можем, но должны иметь технологическое оснащение, агрономические знания, семена, культуры такие, что при любых погодных условиях сельское хозяйство будет доходным. У меня, например, устойчивое уже убеждение, что все беды от законов, которые принимает Государственной Дума, где нет реальных специалистов «по земле, сельскому хозяйству». То, что они напринимали последнее время, только во вред, причем страшный, развитию страны. Если так пойдет дальше, будет голод. Можете себе представить: 200 семей будут всей землёй владеть в России. А мы, остальные, кто останется в живых, будем жить в чужих огородах.