«Легенды Коми»: кто стоял у истоков профессиональной археологии в Коми

В конце 1950-х Коми представляла собой «белое пятно» на археологической карте России. Были открыты и исследованы лишь единичные памятники. Начало планомерного археологического изучения края было положено двумя выдающимися археологами-профессионалами – Григорием Буровым и Вячеславом Канивцом. За 10 лет они открыли сотни памятников от палеолита до эпохи средневековья. Благодаря их открытиям реконструировали многотысячелетнюю историю племен и народов, населявших эти земли много лет назад. О вкладе «отцов-основателей» в археологию, о совместных экспедициях, быте на раскопках и уникальных находках в интервью БНК рассказала главный научный сотрудник отдела археологии Коми научного центра УрО РАН Элеонора Савельева.

— Когда вы приехали работать в республику? Как это было?

— Я вернулась на свою историческую Родину, когда закончила в 1959 году Уральский государственный университет. Из Котласа приплыла на пароходе, вышла на пристань и увидела босоногих мальчишек, которые бойко говорили на коми языке. Сыктывкар был преимущественно деревянный. Помню, как я шла по улице Коммунистической по деревянному тротуару. Первым археологом, которого я встретила, оказался Григорий Буров. Передо мной стоял высокий, худощавый молодой человек с усиками и насмешливым взглядом. Он только что вернулся из экспедиции по Вычегде и планировал продолжить исследования возле деревни Синдор, где, по имеющимся у него сведениям, находили предметы древности.

— Что это были за раскопки?

— В 1959 году обследовались окрестности Синдора, где нашли многочисленные следы обитания людей в древности, а также берега озера. Первым моим открытием стала находка клада сломанных медных изделий, приготовленных, вероятно, для переплавки и, видимо, потерянных. Мне повезло его найти, и я была счастлива. В 1960 году начались раскопки у Синдора, где в дальнейшем нашли торфяники с сохранившимися изделиями из дерева, коры, бересты, в том числе самые древние в мире лыжи.

— Как выстраивались взаимоотношения с коллегами?

— Когда мы вернулись в Сыктывкар, меня очень приветливо встретили коллеги: историки, этнографы, которым я очень благодарна за помощь и поддержку на протяжении многих лет. Не могу не вспомнить прежде всего тех, кто через год доверил мне проводить самостоятельные исследования: В.Н.Давыдова, Я.Н.Безносикова, этнографов Л.Н.Жеребцова и Л.П.Лашука. Но главная встреча была с моим вторым коллегой – Вячеславом Канивцом. Он тогда только что вернулся из экспедиции, где вместе с геологом Борисом Гуслицером сделал сенсационное открытие.

— О каком открытии вы говорите?

— Были начаты раскопки двух пещер в верховьях Печоры: Канинской и Уньинской. Они служили местами жертвоприношений древних обитателей этого края на протяжении многих тысячелетий. Находки из этих пещер вызвали огромный интерес у наших коллег и, естественно, у меня. Потому я с большой радостью в следующем полевом сезоне поехала в экспедицию с Вячеславом Ильичем на Печору продолжить раскопки Каннской пещеры, а также Медвежьей пещеры выше по Печоре, где была обнаружена стоянка первобытного человека древнекаменного века - в то время самая северная в мире.

— Что можете сказать о Вячеславе Канивце?

— Вячеслав Ильич сыграл важную роль в моем становлении как археолога, в выборе проблемы, которой я стала заниматься и занимаюсь до сих пор – средневековая история коми-зырян, моих предков. Прежде всего это был профессионал высокого класса, прекрасно владел методикой полевых исследований, чему обучал и своих младших коллег. В своей работе он использовал не только археологические источники, но и данные смежных наук. И был очень интересным человеком с многогранными интересами. Он знал европейские языки, у него была богатейшая библиотека, интересовался политикой, выступал с лекциями по международному положению, с ним интересно было общаться.

— Как вы добирались до места первых ваших раскопок с Вячеславом Канивцом?

— Раскопки Канинской и Медвежьей пещер были одним из ярких моих воспоминаний юности. Вспоминается, как добирались до Канинской пещеры по Печоре вверх по течению на лодках с подвесным мотором, а на перекатах — на шестах. Удерживать лодку было трудно, но мы справлялись и добрались до пещеры, не окунувшись в Печору. Верховья Печоры – заповедный край, где можно было увидеть, как лоси переходят реку, хариус плещется в лунках в прозрачной печорской воде.

— Что составляло ваш рацион в экспедиции?

— Экспедиция длилась четыре месяца: с мая, когда только сошел снег, до начала октября. Необходимо было запастись продуктами на весь этот период, ведь мы находились в сотнях километров от ближайшего населенного пункта. Наши мешки, ящики были заполнены крупами, макаронами, тушенкой, сахаром. Хлеб нам заменяли сухари. Вячеслав Ильич все предусмотрел. В экспедицию были приняты в качестве рабочих опытные охотник и рыбак, так что мы могли лакомиться и лосятиной, и хариусом.

— Какие впечатления остались у вас о тех раскопках?

— Сохранились светлые воспоминания. Нравилось все: жизнь в палатках, купание в чистой прозрачной печорской воде, вечерние беседы у костра, интереснейшие находки в пещере. Мне и тут повезло. Я нашла костяной орнаментированный кинжал, за что получила вознаграждение в виде банки сгущенного молока. Нас не тяготила жизнь в полной изоляции от внешнего мира. Скорее наоборот. Мы наслаждались этим. О мировых новостях узнавали от проплывавших мимо, наверное, представителей рыбнадзора. Они традиционно отвечали: «Атомной войны нет, водка по старой цене!»

— Какой вклад внесли Вячеслав Канивец и Михаил Буров в археологию республики?

— Они проработали тогда еще в отделе археологии и этнографии Коми филиала АН СССР 10 лет: Григорий Михайлович с 1957 по 1968 годы, Вячеслав Ильич – с 1958 по 1972 годы. Они являются «отцами-основателями» коми археологии. За этот промежуток времени они открыли сотни археологических памятников в бассейнах Вычегды и Печоры, которые позволили реконструировать все этапы обитания древних людей на нашей земле: от первоначального заселения около 40 тысяч лет назад до вхождения Коми края в состав Русского государства. По результатам полевых исследований ими опубликованы обобщающие монографии, многочисленные научные статьи, которые активно используются и современными исследователями. Буров после отъезда из Сыктывкара работал в Ульяновске, в Симферополе, но почти все его публикации были написаны на основе материалов раскопок памятников Вычегодского края.

— Как сложилась судьба Вячеслава Канивца?

— Он работал в Коми филиале АН СССР до трагической гибели 12 июля 1972 года. Он провел на Севере 14 очень плодотворных полевых сезонов. На момент гибели ему было всего 45 лет. Но его вклад в археологию Республики Коми трудно переоценить. Наиболее значимым в научном наследии ученого является открытие и изучение первых палеолитических памятников в бассейне Печоры в Медвежьей Печоре и у деревни Бызовая, что стало сенсацией в мировой науке. В то время в науке господствовало мнение, что в эпоху плейстоцена Север Восточной Европы представлял собой безлюдную пустыню. Впервые ученым были рассмотрены вопросы культурной принадлежности открытых палеолитических памятников. Он связывал население, обитавшее в Медвежьей пещере, с Сибирью, на Бызовской стоянке – с Восточной Европой. В истории археологии Республики Коми он останется как исследователь, разработавший культурно-хронологическую концепцию развития древних обществ на Европейском Северо-Востоке от эпохи первоначального заселения до средневековья.

Беседовал Алексей Баталов