Экономические итоги визита Си Цзиньпина: торговля с Китаем приросла количеством, но не качеством
Совместное заявление Владимира Путина и Си Цзиньпина зафиксировало восемь базовых пунктов российско-китайского экономического сотрудничества. Документ носит рамочный характер, соответственно, для его реализации необходима конкретика, нужны согласования на уровне профильных ведомств. Пока же можно говорить о том, что в 2022 году развитие торговых связей между Москвой и Пекином шло как никогда бурно, товарооборот превысил $190 млрд, именно эту данность стороны и признали. Фото: Наталия Губернаторова
На первом месте стоит увеличение масштабов и оптимизация структуры торговли за счет электронных и инновационных инструментов, на втором – улучшение логистики, на третьем – финансовая кооперация (в том числе за счет использования национальных валют во взаиморасчетах), на четвертом – взаимодействие в сфере энергетики, на пятом – снабжение удобрениями и продукцией химической промышленности, на шестом – сотрудничество по развитию технологий и инноваций, на седьмом и восьмом – совместные проекты соответственно в промышленности и сельском хозяйстве.
Общий смысл документа понятен: Россия намерена увеличить поставки энергоносителей в Китай, а тот ответит технологиями, оборудованием и, хотелось бы надеяться, инвестициями. О том, насколько выполнимы эти задачи в реальности, мы поговорили с ведущим экспертом Центра политических технологий, экономистом Никитой Масленниковым.
– От встречи Путина и Си Цзиньпина не стоило ждать особой конкретики. Переговоры первых лиц определяют, скорее, политический вектор двустороннего сотрудничества, – рассуждает собеседник «RuNews». – Напомню, что визиту китайского лидера предшествовало заявление посла КНР в России Чжан Ханьхуэя, который призвал поднять сотрудничество на новый уровень, прежде всего в области энергетики. Понятно, что это общие слова. Детальной проработкой должны заниматься совсем другие, специально обученные люди. Думаю, главы государств дадут отмашку, чтобы процесс согласования всех обозначенных в совместном проекте пунктов был ускорен.
– По итогам 2022 года двусторонний товарооборот увеличился почти на 30% к предыдущему году и достиг рекордных $190,3 млрд. Безусловно, это успех, но скорее количественный. А произошел ли качественный рывок?
– Действительно, это была фаза экстенсивного развития. Впредь же надо делать акцент на структуре товарооборота, менять ее качество, привлекать больше инвестиций. Которые, кстати, не входят непосредственно в статистику внешней торговли. Россия крайне нуждается в китайских инвестициях, в частности, по Восточному полигону (железнодорожная сеть в границах Красноярской, Восточно-Сибирской, Забайкальской и Дальневосточной железных дорог, протяженностью 17 тысяч километров. – Авт.), по разным аспектам, связанным с нефте- и газопереработкой на Дальнем Востоке. У нас «завис» и вопрос транзита по Северному морскому пути, поскольку интересы сторон там не совпадают. Например, мы хотим, чтобы суда ходили исключительно под российским флагом, китайцы с этим не согласны. Главная проблема сейчас – обустройство инвестиционных площадок. От этого зависит качество торговли, ее перспективы. Нельзя же до бесконечности поставлять в Китай сплошное сырье – нефть, газ, уголь, биоресурсы моря. Кроме того, Восточный полигон недомодернизирован, мощностей не хватает, а это основное транспортно-логистическое плечо в регионе. Мы по нему транспортируем преимущественно уголь. А когда другие грузы пойдут? Наша нефть поступает в КНР преимущественно морем, газ – по трубам. И пока Восточный полигон будет оставаться «бутылочным горлышком», о каком-то радикальном увеличении товарооборота говорить трудно.
– Путин заявил, что надо поощрять практику взаиморасчетов в национальных валютах. Как с этим обстоят дела?
– Доля юаня и рубля в торговле явно растет, доллар постепенно уступает место китайской валюте. И это абсолютно нормально, это в интересах компаний, работающих на рынках обеих стран. Нацвалюта всегда жестко привязана к своему рынку, в этом ее специфика. Конечно, транзакционные издержки в данном случае выше, чем при работе с долларом, но намного важнее другое: в условиях отсутствия инвестиционного импорта из «недружественных» стран, нацвалюта становится подлинным спасением. За те же юани можно много чего купить не только в самом Китае, но и в Азии, и вообще в мире.
– Британская Financial Times написала, что Си Цзиньпин пока не дал обещаний в отношении строительства газопровода «Сила Сибири-2» мощностью 50 млрд кубометров, призванного перенаправить поставки российского газа из Европы в Азию. Разве здесь сохраняется какая-то неясность?
– Сюжет для Пекина действительно непростой: китайская сторона продолжает прорабатывать вопрос, просчитывать его финансовую составляющую и границы окупаемости. Китай сам до конца не определил, что для него предпочтительнее – трубопроводный газ или сжиженный природный. Ближайшие месяцы покажут, будет ли проект «Сила Сибири-2» согласован во всех деталях и нюансах. Или же китайцы предпочтут усилить свое присутствие в совместных проектах по СПГ на Ямале.