Терпение и труд. Пенсионерка пять лет добивалась получения статуса тыловика
В этом году 93-летняя Евдокия Павловна Протасова впервые встретила День Победы в новом статусе — теперь она признана труженицей тыла. Пять лет рязанке пришлось доказывать, что в годы войны она девочкой-подростком трудилась наравне со взрослыми. Пять лет хождений по инстанциям, сбора документов, судов, даже поиска свидетелей в далёкой иркутской деревне наконец завершились победой.
Евдокия Павловна рассматривает присланные в честь 80-летия Победы открытки, угощает подаренными сладостями и бережно перебирает ажур оренбургского платка — подарок от районной администрации. Аккуратно накидывает его на голову и смотрится в зеркало — в усталых глазах блестит едва заметный огонёк. В молодости о такой красоте она и подумать не могла. Тогда пределом мечтаний были галоши, ведь приходилось ходить в намотанной на ноги холщовке или в босоножках на деревянной подошве. «Как-то в магазин привезли галоши, я их померила — как они мне понравились! Так хотелось, чтобы мне их купили, — вспоминает Евдокия Павловна. — Вот о чём мы мечтали...»
как непросто получить заслуженное
В непростой истории битвы за справедливость главным борцом выступила дочка Евдокии Павловны, Елена Владимировна. Это она прошла все круги бюрократического ада, чтобы доказать чиновникам, что её мать начала трудовую деятельность во время войны в свои 12 лет.
«Я тут как-то общалась с одной женщиной и почувствовала себя виноватой — нам-то удалось добиться признания мамы труженицей тыла, а ведь непризнанных много, — говорит Елена Владимировна. — Обидно за них. Многие не знают, с чего начинать, куда обращаться. Может быть, наш опыт кому-то поможет, кто-то ещё сможет получить заслуженное».
За несколько месяцев суд признал нашу героиню труженицей тыла, а затем ей вручили и официальное удостоверение. Разница после присвоения статуса почувствовалась сразу.
«Перед 9 Мая приехала комиссия, маму обследовали на дому, выписали нужные лекарства, — делится Елена Владимировна. — Сейчас оформляем группу инвалидности. Вообще, многие вопросы удаётся решить намного быстрее».
Сама Евдокия Павловна не чувствует себя победителем в этой пятилетней борьбе. Она как-то философски воспринимает и присвоение статуса, и многочисленные поздравления в честь 80-летия Победы. «Нам уже надо совсем немного. Лишь бы у внучат всё было хорошо и жизнь продолжалась, — вздыхает Евдокия Протасова. — Мы же жили в голод. Лошадей в то время лучше кормили, чем людей, потому что лошади были основной тягловой силой. Когда у меня появились дети, я всё время молила, чтобы им не пришлось пережить то, что выпало на нашу долю».
Забрали отца навсегда
Детство Евдокии Павловне и правда досталось нелёгкое. Когда пишешь о её судьбе, невольно думаешь: из какого же «рога изобилия» сыпались испытания на эту семью?
Евдокия родилась в деревне Метляева Иркутской области в 1932 году. Помимо Дуни родители воспитывали ещё троих детей. И отец, и мать, как водится в деревне, много трудились. Беда подкралась откуда не ждали — до сибирской глубинки докатилось колесо репрессий. В один день в деревне забрали добрую половину мужчин. С 4 марта 1938 года прошло много лет, но Евдокия Павловна помнит, как уводили отца, как прощалась с мужем беременная мама...
Известие о его смерти пришло через полгода. Отец умер в Магадане. По официальным данным, Павла Чичигина, как и других односельчан, осудили за «участие в контрреволюционной диверсионно-вредительской организации». Но у метляевцев своя версия — крепких, рослых сибиряков, скорее всего, забрали неслучайно — требовались выносливые люди на золотодобычу. Правда, и им было не под силу выжить в тех суровых условиях.
После ареста отца все заботы о доме и детях легли на плечи матери. Она всё успевала — и с новорождённым справлялась, и о старших не забывала. А когда началась война, семья всеми силами помогала фронту. «Мама вялила в русской печи картошку и отправляла её солдатам. Нам, вечно голодным, очень хотелось этой картошки, но мы знали, что она нужна на фронте», — вздыхает Евдокия Протасова. Именно из-за картошки мать и пострадала — как-то набрали с соседкой немного на колхозном поле, ведь надо было чем-то кормить детей. Донос не заставил себя долго ждать...
Суп из коровьей шкуры
При этих воспоминаниях на глаза нашей героини наворачиваются слёзы — картина, как маму увозят на лошади, до сих пор отзывается болью. Пятерым ребятишкам, младшему из которых не было и пяти, надо было как-то выживать без родителей в голодное военное время. Вот тогда 12-летняя Евдокия оставила учёбу в школе и пошла работать. Была и разнорабочей, и дворником, сажала, полола, собирала урожай в колхозе, ухаживала за скотиной, даже вывозила на быках лес из тайги. Никакой работы не боялась, всё делала наравне со взрослыми. Дети варили суп из лебеды, готовили похлёбку из мёрзлой картошки. Когда стало совсем голодно, съели коровью шкуру, которая была постелена на кровати, — отрезали от неё полоски и варили... И они продержались, выжили. И дождались чуда, в которое уже не верили: в 1945-м вернулась мама.
Ещё долго над всеми детьми семьи Чичигиных висело клеймо «дети врага народа». «Нас не принимали в пионеры, в комсомольцы. Но мы эту обиду никогда не поднимали в себе, а жили и ни на что не жаловались, — говорит Евдокия Павловна. — Я думаю, это Бог нам помогал. Мы хоть не молились, а в душе у всех вера была».
В 1959 году отца реабилитировали, а в 1998-м Евдокию Павловну признали пострадавшей от политических репрессий.
«Надейся на лучшее и живи»
Жизнь у Евдокии сложилась как у многих: замужество, рождение детей. Их у неё трое.
«Мы жили так: настал день — работай», — говорит Евдокия Павловна. Она и дочь вырастила труженицей — разменяв седьмой десяток, Елена ведёт хозяйство, держит коров, ухаживает за огородом. В Рязанскую область семья перебралась 25 лет назад, но до сих пор сибиряки скучают по родным краям. Собственно, мечты о поездке на родину и подтолкнули на многолетнюю борьбу за заслуженный статус (племянницы подсказали, что труженикам тыла положены льготы на проезд). Теперь, наверное, соберутся. Главное, чтобы здоровье позволило.
«Тот, кто доживёт до 93 лет, поймёт, как я себя чувствую», — смеётся Евдокия Павловна. Она не теряет бодрости духа: и пошутит, и песню споёт — в голосе и сейчас чувствуется сила. Повидав много несправедливости, она не озлобилась. И только взгляд, глубокий и проникновенный, выдаёт, сколько пришлось ей пережить. «Жизнь — её не перескажешь, — вздыхает Евдокия Павловна. — И рецептов у неё нет. Надейся на лучшее и живи».