Почему мы играли в войну
В детстве, в далёкие семидесятые — восьмидесятые, мы любили играть в войну. Как правило, наши «боевые действия» начинались в апреле. Почему именно эти детские игры мальчишек, родившихся в самый благополучный период развития нашего государства, были столь любимыми? На мой взгляд, это вполне объяснимо.
Мы видели шедевры кинематографа, такие как «Освобождение», «Горячий снег», «Батальоны просят огня»… Я уж не говорю про бессмертный сериал о Максиме Максимовиче Исаеве, показ которого «опустошал» города и веси, усаживая телезрителей перед «голубыми экранами».
Почему те самые фильмы, снятые про самый трагический период развития мировой истории, так притягивали нас, детей и подростков времён развитого социализма? Что нас привлекало в этих лентах? Да, безусловно, какому нормальному мальчишке не интересна война с атаками и стрельбой? Но не только. Ты видишь «солёный пот и кровь рекой», видишь настоящие человеческие взаимоотношения, слышишь те военные и послевоенные песни…
Сейчас тоже много, даже, пожалуй, чересчур много снимают фильмов про Великую Отечественную. Ряд спутниковых операторов связи даже создали свои телеканалы и круглосуточно крутят низкопробные «шедевры» о войне, где подтянутые, молодцеватые бойцы в отутюженной военной форме с иголочки, увешанные орденами и медалями, готовы пойти на любой подвиг после поцелуя сексапильной медсестры, провожающей бойцов на смерть голливудской улыбкой…
И после лицезрения этой халтуры, по сути откровенного предательства тех, кто реально ковал Великую Победу на фронте и в тылу, мы удивляемся, что наши дети этим не интересуются, прожигая время, сидя в компьютерах-телефонах, воюя с монстрами и прочими выдуманными пришельцами.
В чём же загвоздка, почему ширпотреб, циничная банальная чушь захватили телеэкраны? На мой взгляд, главная причина — это отсутствие, точнее, разрушение духовной связи между поколениями. Вспомним великих актёров, сыгравших героев Великой войны: Олялина, Ножкина, Тихонова, Ульянова, Санаева, Ромашина, Самойлова… Вспомним фронтового разведчика Михаила Пуговкина, танкиста Владимира Заманского, видевшего войну пятилетнего Мишу Ножкина, выступавшего перед ранеными бойцами в московских госпиталях…
Вспомним и тех ветеранов, ещё достаточно тогда молодых, которые в 1980-х — начале 1990-х довольно часто встречались на наших улицах. Мне повезло, действительно повезло: сразу после окончания школы в трагическом 1991 году я поступил в легендарное депо Вагонного участка Восточного направления Московской железной дороги на станции Москва-3 и мне, семнадцатилетнему рабочему-подростку, довелось работать рука об руку с участниками той страшной войны, а также с тружениками тыла, c железнодорожниками, обеспечивавшими бесперебойную доставку для фронта воркутинского угля, а в самый тяжёлый период войны — беспересадочный пассажирский маршрут поезда Москва — Владивосток, который спустя двадцать лет после окончания войны заслуженно получил бренд «Россия».
Так или иначе, но даже тогда, когда большая часть героев войны в силу естественных причин от нас ушла, ощущалось, что увиденное в советском кинематографе о войне не сильно расходилось с отражавшейся им страшной реальностью.
Великая Победа даже после уничтожения Советского Союза остаётся и будет оставаться одной из главнейших в нашей истории. Но, как водится, появляется орда прилипал и всякого рода прохиндеев, которые спекулируют на святом. Моложавые лжеветераны Великой Отечественной войны, обвешанные непонятными орденами и медалями, мигрируют по патриотическим мероприятиям, не пропускают и памятные акции КПРФ, со слезами рассказывая о битвах «на колчаковских фронтах».
Нынешние же продюсеры, режиссёры и актёры, возможно, являются чемпионами и рекордсменами по сдаче ЕГЭ и прочих квестов-разносолов, хорошо разгадывают кроссворды и сканворды и стряпают «со второй космической скоростью» пирожки-кинофильмы, не вдаваясь в суть событий и исторических фактов, а в погоне за 300% прибыли готовы снимать всё что угодно — от убогого боевика и слюняво-приторной мелодрамы до фильмов о Победе, потому что это в «тренде», бюджет хороший, который надо срочно освоить, да и вообще на теме «патриотизма» сейчас можно хорошо пристроиться.
Но, делая эту халтуру, господа-режиссёры, вам следует помнить, что разрушаете вы не только себя, но и ту молодёжь, которая, возможно, воспринимает её за чистую монету. Нет, нам не нужны витиеватые сюжетные изыски и первоклассная немецкая речь из уст экранных гитлеровцев. Штирлиц с Мюллером и Шелленбергом общались в знаменитом фильме на чистейшем русском, но даже натуральные немцы отмечали, что халтуры в сериале не увидели.
Так, может, лучше не гнаться с очередным «шедевром» к круглой дате, а спросить, пользуясь пока ещё уникальной возможностью, оставшихся в живых ветеранов и тружеников тыла о том, как тогда всё было вместо того, чтобы пичкать телезрителей оглушительными ток-шоу с брызжущими слюной пустобрёхами-«патриотами», имеющими запасные гражданства стран НАТО, с развращающей рекламой и поющими безголосыми «кошельками»?
Константин Елисеев