Землетрясение в Турции: смертельная цена развития, ориентированного на прибыль

«Только дайте нам палатку!» умоляла Фатьма, обращаясь к журналисту турецкого новостного агентства Шипчерез четыре дня после разрушительного землетрясения 6 февраля. Она могла бы справиться с жаждой и голодом в течение нескольких дней, но зима слишком сурова, чтобы спать на улице. Крик Фатьмы о помощи разнесся по всему региону, поскольку спасательные работы замедлились из-за суровых зимних условий, нехватки припасов, разрушающейся инфраструктуры, внутренних политических разногласий и, в случае Сирии, длительной изоляции из-за гражданской войны.

Ранним утром произошло первое мощное землетрясение магнитудой 7,8. Его эпицентр находился в Газиантепе, крупнейшем городе юго-восточной Турции. Девять часов спустя, когда люди пытались спасти своих близких и звали на помощь, в соседнем Кахраманмараше произошло второе землетрясение силой 7,6 балла. В общей сложности пострадали десять турецких городов, а также части северной Сирии, охватывающие огромную территорию, что затрудняет спасательные работы и требует больших ресурсов.

На момент написания статьи число погибших превысило 23 700 человек. Только в Турции более 70 000 человек получили ранения, и более 6 000 зданий рухнули. Ожидается, что цифры будут продолжать расти. Пройдут дни, а скорее всего недели, прежде чем обнаружится истинный масштаб трагедии.

Район, наиболее пострадавший от землетрясения, является домом для многих членов курдской общины Турции, а также, в последние годы, большого количества сирийских беженцев. Эта катастрофа наступила после десятилетий отсталости — сознательной политики турецкого государства, проистекающей из его желания искоренить курдские национальные чаяния, — и, в случае с сирийцами, совсем недавнего травматического опыта войны, лишения собственности и перемещения.

Во время своего визита в регион после землетрясения президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган сказал народу, что «эти вещи в планах судьбы». Правда далека от этого.

Автор этой статьи находился в Стамбуле, менее чем в часе езды, когда 17 августа 1999 года землетрясение в Измит-Дюздже унесло жизни более 17 000 человек. В ответ на это бедствие — после долгих дебатов — были введены новые строительные нормы и правила, которые привели Турцию в соответствие с международными стандартами. Затем в 2012 году правящая Партия справедливости и развития (ПСР) во главе с Эрдоганом представила пресловутый «Закон о преобразовании городов», который позволил государству взять на себя и восстановить здания, которые правительственные бюрократы считали небезопасными.

Теоретически все это должно было снизить риск ущерба от землетрясений, а также улучшить городские удобства в целом. Однако с самого начала система была подорвана коррупцией и клановым капитализмом.

Это было усилено ПСР, которая имеет прочные связи с застройщиками и широко использует так называемые амнистии по зонированию и строительным нормам — регулярную черту политики покровительства в Турции. Миллионы зданий, построенных без разрешения или на незонированных территориях, были признаны законными в обмен на политическую поддержку и голоса. Для застройщиков и правительства это взаимовыгодное соглашение. Правительство поддерживает мощный сектор капитала, в то время как ряд недавно основанных застройщиков быстро превратились в крупных национальных и международных игроков.

Однако мы знаем, что там, где растет частная прибыль, скорее всего, пострадают обычные люди. Это, безусловно, имеет место в Турции сегодня. Политика ПСР далека от того, чтобы быть «победой» для людей, живущих в таких городах, как Стамбул, которые были «преобразованы» до почти полного исключения зеленых насаждений или мест сбора сообщества, или для людей, живущих в зданиях, построенных застройщиками. чье политическое покровительство было вознаграждено «амнистией» по соответствующим стандартам.

После землетрясения Эрдоган обрушился на критиков. В преддверии выборов в этом году он хочет избежать впечатления слабости или некомпетентности. В яростном обращении к нации он сказал, что «внимательно следит за теми, кто стремится разделить нас ложью и искажениями, в то время как правительство и нация рука об руку пытаются справиться с этой исторической катастрофой».

Несогласные голоса в социальных сетях, такие как политолог Озгюн Эмре Коч, были задержаны полицией за критику реакции правительства. Правительство также пыталось пресечь спасательные работы, проводимые добровольцами в первые дни после землетрясения, поскольку они подрывают представление о всемогущем государстве. Теперь волонтерам требуется разрешение турецкого агентства по ликвидации последствий стихийных бедствий, прежде чем они будут помогать в спасательных операциях.

Заметная разница между землетрясением 1999 года и сегодняшним днем ​​заключается в том, как средства массовой информации освещали катастрофу. В 1999 году крупная турецкая газета Свобода классно проходил с заголовком «УБИЙЦЫ» — имея в виду застройщиков и государственных чиновников, которые предоставили право собственности на недвижимость, не соответствующую строительным нормам. Сегодня такие газеты, как Сабах уделяют особое внимание цитатам Эрдогана, таким как «нашей нации не о чем беспокоиться». После многих лет государственных нападок и репрессий право собственности на СМИ перешло в несколько надежных капиталистических рук, поддерживающих ПСР.

Землетрясениям вполне может быть «обречено» произойти в таких странах, как Турция, которые находятся на границах смещающихся тектонических плит. Но крайний уровень смертей и разрушений, который произошел в этом случае (и произошел во многих других «стихийных» катастрофах на протяжении многих лет), является прямым результатом логики капитализма, ориентированной на прибыль.

Турецкие и сирийские трудящиеся должны объединиться, чтобы положить конец циклу жертв и потерь и заставить разработчиков и политиков ответить за множество ненужных смертей. Надежда, продемонстрированная усилиями по спасению жителей, и гнев, раздирающий общество, необходимы в битве против общества, которое позволяет людям жить в небезопасных зданиях или умирать в ловушке под ними.