Осенняя депрессия погнала петербуржцев не только к психиатрам, но и к наркологам

Осенняя хандра бьет не только по психике петербуржцев, но и по слабостям, а точнее зависимостям. Нарколог Игорь Лазарев рассказал, стало ли осенью больше пациентов.

Солнца и серотонина все меньше

В разговоре с корреспондентом Neva.Today нарколог Игорь Лазарев отметил, что у психических заболеваний, в том числе пограничного уровня, есть сезонность. Алкоголизм в этом плане – не исключение.

«Есть общие биохимические механизмы развития депрессии и зависимости. В том числе, связанных с изменением светового дня. Это сказывается также на серотонине, основном нейромедиаторе в развитии тревожных депрессивных расстройств»,

– пояснил специалист.

Однако, по словам Игоря Лазарева, без предрасположенности, в том числе социальных факторов и воспитания, просто так человек не станет зависим.

«Если у человека есть предрасположенность, в такое время года риск срыва, естественно, больше. Потому что возникают сезонные расстройства эффективные, депрессии, подавленность, и это сказывается и на пациентах, и на пациентах с пограничным уровнем расстройств, с эффективными расстройствами»,

– отметил нарколог.

Больше ли пациентов осенью?

Прямой связи времен года с потоком клиентов, как уточнил Игорь Лазарев, как таковой нет.

«Поток у нас был летом больше, потому что люди в отпусках. Здесь очень много факторов, поэтому я бы так сказал: у алкогольной, да и любой зависимости, нет прямой одной причины. Это мультифакториальное заболевание, у которого очень много причин. Калейдоскоп должен сойтись, чтобы произошел срыв.

Человек с алкогольной зависимостью будет пить и при хорошем настроении, и при плохом, когда у него появляются лишние деньги, когда у него лето и отпуск»,

– Игорь Лазарев.

Однако сейчас, все же, поток клиентов в наркологических клиниках есть. У многих пациентов виден депрессивный и тревожный фон.

«Пациентов, которые занимаются самолечением своих депрессивных расстройств и пьют, чтобы снять депрессию, условно говоря, сами себе прописывают лекарства в виде спирта, вот таких пациентов сейчас становится больше, у которых видно, что есть депрессивный и тревожный фон, а они пытались снять это алкоголем. Соответственно, вместо этого, только усугубили состояние.

Летом были другие пациенты. Ну, конечно, конкретной связи употребления нет, сказать, что все пьют только из-за плохого настроения, это не так. Но вот сейчас таких пациентов, кто именно зависим на фоне депрессивного или субдепрессивного эффекта, их стало больше»,

– поделился психотерапевт.

Лечат таких пациентов комплексно: и депрессию, и зависимость, поскольку иначе желаемого результата будет непросто добиться.

«Не всем пациентам, у которых есть это состояние с алкогольной зависимостью, нужны антидепрессанты. Не у всех есть сопутствующая депрессия. У тех, у кого есть, у таких пациентов, если не пролечить депрессию антидепрессантами и психотерапией, то лечение алкогольной зависимости будет неэффективно – они все равно будут возвращаться к ней, потому что им настолько некомфортно в депрессивном состоянии, что появляется тяга»,

– пояснил специалист.

Причин для тревожности может быть много, но, как заметил врач-психиатр, общество привыкает к ситуациям, в которых оказывается. К тому же сейчас уровень тревоги выходит на стабильный уровень. Подводя итог, Игорь Лазарев уточнил, что этой осенью пока экстраординарных ситуаций, влияющих на общественный уровень тревожности, не было.

Ранее Neva.Today сообщала о том, как бороться с хандрой и почему она приходит.