Сам себя перехитрил
После развода Денис сам себе дал слово – больше никогда. Больше ни ногой в загс.
И ведь не сказать, что так уж сильно ощипала его бывшая жена: деньги на квартиру давали поровну родители с обеих сторон, остальное сами доплачивали, оба. Так что делили по справедливости. Машина? Да тьфу. Старушка, дышащая на ладан. Половина стоимости, которую по суду выплатил Денис, не сделала его банкротом.
Алименты- да, вроде бы, правда, обидно лишаться четверти зарплаты. С другой стороны, теперь никто не заставит его тащиться на родительское собрание и вести брыкающуюся капризулю к врачу. Никто не выгонит гулять на детскую площадку в выходной, никто не будет возмущаться, что он снова забрал дочь с продленки самой последней. Теперь это его не касается. Теперь он будет папой-праздником. За это и четверти зарплаты не жалко.
Словом, финансово развод не стал катастрофой, но вот эти все суды… Разборки… Скандалы… Другое дело, если бы жили так, гражданским браком. Надоело, устал – прости, дорогая, нам больше не по пути! – вещи в машину закинул – и свободен, как ветер в поле! Ну или ее вещи в чемодан собрал и такси вызвал. Впрочем, больше Денис склонялся к первому варианту. Пускать кого-то на свою территорию в его планы не входило. Идеал – женщина с жилплощадью, которая не будет стремиться любой ценой окольцевать его.
Кто ищет, тот найдет. Три года спустя Денис познакомился с Катей. Конечно, совсем до идеала она не дотягивала, ибо имела серьезный изъян: десятилетнюю дочку, ровесницу дочери самого Дениса. С другой…
С другой стороны, все было так, как мечталось Денису. Катя развелась с мужем, не в силах выносить его измены. «Скажи спасибо, что я на тебе женился, - говорил ей бывший муж, нисколько не раскаиваясь, когда был пойман «на горячем». – Ты этого хотела? Ты это получила. Ты должна быть мне за это благодарна.»
Катю такой расклад почему-то не устраивал. Да, она говорила, что не признает сожительства, стыдливо именуемого «гражданским браком», поэтому он должен сделать выбор – или расписываемся, или разбегаемся. И он сделал предложение. Теперь же выходило, что она его буквально умоляла жениться на ней, а он оказал ей великую честь. Катя подала на развод и поклялась сама себе, что «больше ни ногой в загс».
Однако самым большим плюсом было то, что всего через год после развода Катя унаследовала двухкомнатную квартиру своей мамы. Квартира была не так, чтобы большая, да и расположена не слишком удачно, зато своя. Никаких съемов, никаких ипотек.
И еще через год появился Денис. Нет, он, конечно, по-джентльменски предложил ей жить у него. Но… У него была однокомнатная. На первом этаже. В неплохом районе, зато с видом на старое кладбище. Да и Катя сказала, что ей удобнее жить на своей территории. Плюс – рядом хорошая школа, где у ее дочки отличные отношения как с учителями, так и с одноклассниками. «Если ты не против, перебирайся ко мне, - предложила Катя, - ну или будем просто встречаться,» - и Денис, конечно, предложением воспользовался.
Стали они жить-поживать и даже немножко добра наживать. Потому что свою квартиру Денис ухитрился сдать какому-то ненормальному писателю, который писал мистические истории, и вид из окна его очень вдохновлял. Поэтому он, не торгуясь, согласился на слегка завышенную цену и сказал, что въедет прямо сегодня. Вот эти-то деньги Денис положил на счет, мечтая накопить на новую (ладно, хотя бы более новую) машину.
С Катей они не ругались, не ссорились. С ее дочкой держали ровные, вежливые соседские отношения, что устраивало все стороны. Вели нехитрый быт и даже выбрались на совместный отдых у моря.
Прошел год, и тихо почил старенький дедушка Кати, оставив ей, как единственной наследнице, свою однокомнатную квартиру. Дедушку Катя похоронила, в его квартире сделала косметический ремонт, а, как только вступила в права наследования, квартиру тоже стала сдавать. Правда, денег получалось меньше, чем у Дениса, на странных писателей ей не везло, к тому же, она сразу приняла решение платить налоги. «Глупая, кому это надо?» - смеялся над ней Денис, а Катя отвечала: «Мне». Деньги она тоже откладывала. На учебу дочки.
Три года спустя Катя сказала, что хочет продать обе квартиры и купить трехкомнатную. Большую, хорошую. Сделать ремонт, поменять мебель. Денег как раз должно хватить на все, она уже узнавала. И вот тут Денис очень сильно удивил ее. Он сделал ей предложение.
«Знаешь, - сказал он ей, - я помню о том, что тебе это нужно, но… Это нужно мне. Вдруг понял, что это все неправильно. Я не хочу быть твоим сожителем. Я хочу быть твоим мужем. И хочу, чтобы ты стала моей женой. Посмотри – мы уже столько лет вместе. Нам хорошо вместе, мы любим друг друга. Наши отношения прошли проверку временем. Выходи за меня замуж!»
Это было очень неожиданно, и Катя попросила время, чтобы подумать. Денис, однако, не отставал. Он не давил, не требовал, но разговоры об этом заводил постоянно. Как известно, вода и камень точит. К тому же, Денис был совсем не похож на ее бывшего мужа. Он был спокойным, обстоятельным. Жадноватым, прижимистым – да. Но это не самый большой грех. И Катя сдалась, поставив, правда, условие, что они просто распишутся, безо всяких «горько!», голубей и фотосессий. Дениса это более, чем устроило.
Они расписались, что вообще никаких изменений в их отношениях не повлекло. Денис не завалился на диван с пивом, а Катя не превратилась в истеричку, вечно всем недовольную. Все осталось, как было раньше. На полтора года. А потом Денис вдруг подал на развод.
«Я ничего не понимаю!» – Катя, действительно, была ошеломлена. – «Прости, но я вдруг понял, что погружаюсь с тобой в какое-то сонное болото. Нет в тебе яркости, драйва…» - «Ты только сейчас это заметил? Я всегда такой была,» - «Нет, не сейас. Я думал, что смогу прожить без этого. Увы. Я ошибся. Я живой человек…» - «А скажи мне, живой человек, - вдруг проницательно спросила Катя, - Нет ли здесь кого-то более яркого, чем я, кто обещает тебя из этого болота вытянуть? Или уже тянет?» - «Это не имеет никакого значения!» - вспылил Денис.
Несмотря на то, что между ними никогда не было африканских страстей, развод оказался для Кати весьма болезненным ударом. И, главное, неожиданным – ведь «ничто не предвещало». Да и на этот брак ее уговаривал Денис, она не сразу согласилась, и вот, пожалуйста… Она ничего не понимала. Ровным счетом ничего. До тех самых пор, пока не узнала, что должен состояться суд по разделу совместно нажитого имущества. А именно, трехкомнатной квартиры…
… «Это ты! Это все ты!.. – взбешенный Денис метался по крошечной кухне и тряс пальцем перед носом красивой холеной женщины, которая сидела за столом с бокалом винa в руках и удивленно смотрела на него. Его восторг, восхищение и влюбленность, которую он испытывал к ней уже два года, куда-то делись. Сейчас он ее почти ненавидел.– Ты! Ты говорила, что все получится! Что говорила с юристом!..» - «Говорила, - кивнула женщина. – Квартира куплена в браке? В браке. Значит, ее можно разделить.»
«ААА! – Денис схватил себя за волосы и сильно дернул. – Зачем я тебя послушал?» - «Ты можешь сесть и спокойно объяснить, что произошло?» - «Спокойно? – он навис над ней и заорал ей в лицо. – Квартира куплена на деньги от продажи квартир, которые она получила в наследство! Понимаешь? Наследство! И она легко это может доказать! А она… Она психанула! Она сначала была готова просто разойтись, а, когда об иске узнала… Подала встречный иск!.. На раздел моей новой машины!..»
«А что же ты про наследство-то ничего мне не говорил? Ты же сказал – МЫ купили. Я так юристу и сказала – вы купили вместе. В браке. Так что это твой косяк, не мой. И не юриста, – спокойно усмехнулась женщина, - А машина… Ты тоже ее купил на свои, личные деньги. Ты же свою добрачную квартиру сдавал. Ты тоже это сможешь доказать. Договор аренды… Уплаченные налоги… Ну не знаю… Переводы, наверное, ежемесячные тебе на карту… Так что зря паникуешь.»
Денис затравленно посмотрел на женщину. Никаких договоров у него не было, как раз для того, чтобы не платить налоги. Для этого же он и за деньгами каждый месяц ездил лично, забирал наличкой.
Он без сил опустился на стул, выхватил из руки женщины бокал, одним глотком выпил винo, обхватил голову руками и тихонечко завыл. В голове вертелось что-то про синицу и журавля, про мудреца и простоту, но он никак не мог понять, что именно. Ощущение полного провала овладевало им все больше.