«Избушка на курьих ножках»: что на самом деле означал этот страшный славянский символ
Причудливые образы русских народных сказок порой ввергают современного читателя в ступор. Что такое избушка на курьих ножках — порождение буйной фантазии наших предков или плод измененного состояния сознания? Оказывается, дело вовсе не в грибах-галлюциногенах, которыми славяне, в отличие от викингов, и не баловались. Избушка на курьих ножках — прямое отражение жутковатых древних реалий, которые со временем забылись.
Изба и ее хозяйка
Описания жилища Бабы-Яги шокировали уже первых отечественных фольклористов. Одна из странностей, на которую не все обращают внимание — то, что в избушке очень мало места. Хозяйка лежит на печи, но занимает все пространство своего тесного жилища «из угла в угол». Бабе-Яге негде развернуться, да она, судя по всему, особо и не шевелится, недаром же «нос в потолок врос». Традиционные мотивы сказок, такие, как «костяная нога» и слепота, подсказывают, что речь идет о мертвеце. Этот мертвец вроде бы говорит, действует, дает советы Ивану-дураку и стремится съесть маленького братца Аленушки. Однако при этом он, как правило, не покидает своего жилья.
Но если избушка на курьих ножках — это гроб, то почему она так странно выглядит? Почему избушке можно сказать — «повернись к лесу задом, а ко мне передом» (или «к лесу глазами, ко мне воротами»)? Зачем вообще ей нужны ноги, да еще куриные, если она не перемещается? Баба-Яга могла бы заставить свою избу бежать вскачь за Аленушкой, но вместо этого посылает в погоню лебедей. Да и далеко ли избушка может уйти, если ее окружает забор из человеческих костей с насаженными людскими черепами?
Связь с языческим погребальным обрядом
Объяснение этим загадкам нашли этнографы и археологи. Оказывается, изба-домовина — древняя форма гроба у славян-язычников. Внутри помещался не только покойник, но и то, что, по мысли наших предков, могло пригодиться ему в загробной жизни. Такой гроб часто устанавливался на двух высоких пнях, чтобы внутрь не проникали дикие звери. Сама мысль хоронить мертвых таким образом могла возникнуть зимой, когда закапывать трупы в мерзлую землю было проблематично. Кроме того, древнему человеку расставание с умершим близким давалось непросто, а отверстие в избушке создавало иллюзию, что с покойным еще можно поговорить. Самые храбрые при этом заглядывали внутрь «домовины».
Подобные постройки по сей день можно встретить на старообрядческом русском Севере, в Карелии и Архангельской области. Ныне «избушки» увенчаны крестами и стоят не отдельно в лесу, а на кладбище — но форма остается почти той же самой. У русских этот похоронный обычай переняли аборигены Аляски (которые добавили «от себя» традицию красить домовины в родовые цвета).
Весьма запутанно происхождение сказочных «курьих ножек». С одной стороны, лесные пни с обнаженными корнями действительно похожи на куриные ноги. С другой стороны, исследователь, Владимир Пропп, посвятивший избушке Бабы-Яги целую главу книги «Исторические корни волшебной сказки», допускает, что в сознании древних славян гроб сохранял зооморфные черты. У охотников-собирателей, находившихся на первобытной стадии развития, были известны постройки в виде животных, куда клали трупы умерших вождей. «Птичьи ноги есть не что иное, как остаток зооморфных столбов, на которых некогда стояли подобного рода сооружения», — утверждает Пропп. Существует и альтернативная этимология слова «курьи» — утверждают, что столпы обкуривали дымом во время погребального обряда.
Древними славянами «избушка на курьих ножках» воспринималась как некая «сторожевая застава» на границе мира мертвых, и войти в нее просто так не получалось — следовало произнести ритуальные слова. В образе Бабы-Яги, вероятно, совместились черты типичного похороненного предка (бабушки) и, возможно, жрицы, отвечавшей за погребальный обряд. При такой интерпретации получает объяснение и ступа — после обряда кремации в ней дробили несгоревшие кости. Как доказывают археологические раскопки в землях балтийских славян, два способа погребения — и сожжение, и трупоположение в домовинах — существовали одновременно.