Девять тихих трагедий: как «передовой» роддом в Новокузнецке превратился в фабрику смерти для младенцев
Расследование «Царьграда»: антисанитария, ложь и равнодушие — что на самом деле стоит за гибелью девяти новорождённых
Трагедия, потрясшая Новокузнецк в январе 2026 года, — это не просто статистика. Это девять оборвавшихся судеб, девять семей, погрузившихся в вечный траур, и вопиющее свидетельство системного кризиса, который годами зрел за стенами современного перинатального центра.
Расследование «Царьграда» не ограничилось констатацией фактов — оно попыталось докопаться до корней беды, выслушав всех: от сломленных горем матерей до бывших сотрудников и отстранённых экспертов. И картина, которая сложилась, пугает своей предопределённостью.
Хроника тихой катастрофы: «стабильное состояние» и внезапная смертьИстории погибших детей, как выяснилось, развивались по подозрительно похожему шаблону.
Арина родила сына 22 декабря в результате экстренной операции. Мальчика поместили под наблюдение. 10 января он скончался. Официально — от остановки сердца. Но на руках у женщины осталось заключение патологоанатома с другой формулировкой: «инфекция».
24-летняя Виктория потеряла недоношенного сына, рождённого на 33-й неделе. После стабильного состояния ребёнка поместили на карантин, затем объявили о переводе, а ночью сообщили о смерти. Причина — та же, «какая-то инфекция», без уточнений.
Наталья, чья дочь родилась на седьмом месяце и месяц боролась за жизнь в инкубаторе, увидела её живой в последний раз 10 января. На следующий день девочки не стало. Диагноз — снова инфекция.
Шесть других случаев — практически «под копирку».
Спасение детей между плесенью и намёками на «благодарность»За внешним лоском «передового перинатального центра» скрывалась иная реальность.
Роженицы описывают условия, больше подходящие для запущенного общежития: «Тараканы, прокисшая каша и плесень».
Базовые нормы безопасности игнорировались: «Там медсёстры ставят уколы без перчаток… Попросишь у них таблетку – не дают».
В платных палатах, по словам пациенток, сложилась порочная практика: «…приходили врачи и акушерки и намекали, что не против "благодарности"».
При этом выбор у женщин был невелик: из четырёх роддомов города во время пандемии коронавируса два были перепрофилированы под ковидарии и не вернулись к первоначальной функции. Оставшийся перинатальный центр стал конвейером, обслуживающим весь юг Кузбасса, с переполненными палатами и высокой нагрузкой — до пяти родов в сутки.
Управленческий паралич: больничный, награды и неведениеРеакция руководства на развивающуюся катастрофу оказалась симптоматичной. Главный врач больницы Виталий Херасков, как выяснилось, «узнал только через четыре дня» после первой смерти младенца 4 января. В разгар ЧП в отделении не оказалось критически важного иммуноглобулина для новорождённых. Препарат появился лишь после вмешательства облминздрава.
Директор перинатального центра Вероника Гребнева в момент расследования «находилась на больничном». Примечательно, что летом 2025 года она успешно защитила кандидатскую диссертацию, посвящённую прогнозированию внутриутробных инфекций. Её же ранее отметили почётной грамотой Минздрава.
Заведующий отделением реанимации Константин Лукашев в разгар событий подал заявление об уходе, оставив и.о. Алексея Эмиха, которого вскоре задержали следователи. Сам Лукашев оказался в кардиологии с сердечным приступом.
«Золотая жила»: бюджетные миллионы и пылящаяся техникаБывший сотрудник центра, эмбриолог Станислав Савельев, обрисовал сомнительные финансовые схемы. Он рассказал, как дорогостоящим оборудованием, закупленным за государственный счёт, пользовались приезжие специалисты из коммерческой клиники Кемерово:
«…"коммерсы" из Кемерово смогли пролезть в государственную клинику… все переезды и зарплату оплачивает больница».
Осенью 2025 года за 50 млн рублей были приобретены шесть новых аппаратов ИВЛ и восемь реанимационных комплексов для новорождённых. Однако, согласно свидетельствам, медики продолжали работать на старом оборудовании, а новое простаивало.
Кадровая пропасть: 877 вакансий и зарплата в 33 тысячи вместо 100Ключевой проблемой, приведшей к трагедии, эксперты называют катастрофический кадровый голод. Официальные данные на 29 декабря 2025 года говорят сами за себя: 877 незакрытых ставок в одной больнице.
Савельев на личном опыте столкнулся с обманом: вместо обещанных при трудоустройстве 100 тысяч рублей он получил 33 тысячи. При этом объявления о вакансиях с высокой зарплатой продолжали публиковаться. Систематически сокращался младший медицинский персонал — санитарки и медсёстры, чья роль в поддержании стерильности фундаментальна.
«Это вообще ахиллесова пята медицинских учреждений… людей вынуждают затыкать эти дыры», — констатирует сопредседатель профсоюза медработников «Действие» Андрей Коновал.
Корень зла: внутрибольничная инфекция как приговор системеОфициальная версия о внутриутробной инфекции у всех погибших вызвала скепсис у независимых экспертов. Андрей Коновал, опросив коллег-акушеров, заявил:
«Они выражают обоснованное сомнение… и склоняются к тому, что речь, скорее всего, идёт о внутрибольничной инфекции».
Кандидат медицинских наук Мария Губарева поддержала эту точку зрения, отметив неестественность массовой и одновременной гибели:
«Чтобы так одномоментно умерло столько недоношенных, у меня есть только одно предположение – внутрибольничная инфекция».
Она предположила, что источником могло стать нестерильное оборудование для искусственной вентиляции лёгких.
Не первый и не последний: трагедия может повториться в любой моментСамое ужасное, что трагедия была предсказуемой. За два предыдущих года Роспотребнадзор вынес учреждению 170 предостережений. В роддоме уже были случаи смерти младенцев и доказанная в суде вина врачей, которые, однако, не были отстранены. С 2022 года действует мораторий на внеплановые проверки госучреждений, что, по мнению экспертов, развязало руки недобросовестным администрациям.
Гибель девяти младенцев в Новокузнецке — это не локальное ЧП. Это точный диагноз болезни всей системы, где под лозунгами оптимизации годами размывались базовые принципы медицинской безопасности: чистота, укомплектованность кадрами, контроль и ответственность. И пока эти системные изъяны не будут устранены, трагедия, как предупреждают эксперты, «может повториться в любом регионе».