Турецкая «мягкая сила» в Центральной Азии: достижения и проблемы

В исследовании, опубликованном в журнале İletişim ve Diplomasi Управления президента по связям с общественностью Ак-Сарая, подробно рассказывается о расширении деятельности Турции в сфере публичной дипломатии в Центральной Азии.

В то же время в исследовании указывается на недостатки координации, ограничения в прозрачности бюджета и конкуренцию со стороны России и Китая как на факторы, влияющие на эффективность действий Анкары в регионе.

Статья под названием «Инструменты публичной дипломатии Турции в Центральной Азии: межорганизационный сравнительный анализ» подготовлена Ибрагимом Халилом Яшаром из Университета Харран. В исследовании инициативы Турции в области публичной дипломатии в Казахстане, Кыргызстане и Узбекистане рассматриваются в сравнительной перспективе с акцентом на деятельность в сфере образования, культуры, помощи в развитии и СМИ.

Используя анализ конкретных случаев, автор рассматривает публичную дипломатию Турции в контексте устоявшихся теорий «мягкой силы» и публичной дипломатии, а также рассматривает институциональные практики и ограничения, влияющие на их реализацию.

Как утверждает автор, публичная дипломатия Турции в Центральной Азии в основном сосредоточена на образовании и культурной дипломатии. Основными «действующими лицами» здесь остаются организации, как Турецкое агентство по сотрудничеству и координации (TİKA), Институт Юнуса Эмре, Турецкий фонд «Маариф», Управление по делам турок за рубежом и связанных с ними сообществ (YTB), TRT Avaz и государственное информационное агентство Anadolu.

В то же время, Национальная разведывательная организация Турции (MİT) направляет за границу своих сотрудников под официальным прикрытием, в том числе сотрудников Управления по делам религии (Diyanet), фонда «Маариф», информационного агентства Anadolu, Института Юнуса Эмре и TİKA, а также что эти организации используются для вербовки или найма персонала за рубежом, в том числе из диаспоры.

Образовательная дипломатия составляет наибольшую долю деятельности во всех трёх рассмотренных странах. Стипендиальные программы, координируемые YTB, зарубежные школы и образовательные партнёрства, управляемые турецким фондом «Маариф» – организацией, финансируемой правительством Турции и управляемой джихадистами для распространения политического ислама за рубежом, – а также совместные университеты, в частности Университет имени Ходжи Ахмеда Ясеви в Казахстане и Кыргызско-турецкий университет «Манас» в Кыргызстане, считаются ключевыми компонентами долгосрочного сотрудничества Турции.

В исследовании отмечается, что эти организации способствуют постоянному образовательному обмену и долгосрочному социальному взаимодействию, хотя в нём также признаётся, что оценить их долгосрочное дипломатическое влияние сложно из-за специфики результатов публичной дипломатии.

Культурная дипломатия, на которой специализируется Институт Юнуса Эмре, представляет собой второе важное направление деятельности. Курсы турецкого языка, культурные фестивали, художественные мастер-классы и программы, направленные на сохранение культурного наследия, призваны подчеркнуть общие лингвистические, исторические и культурные элементы в Турции и странах Центральной Азии. Восстановление исторических и культурных объектов, проводимое TİKA, поддерживает этот подход, объединяя помощь в развитии с сохранением культурного наследия.

TIKA считается наиболее заметным институциональным участником публичной дипломатии Турции в Центральной Азии, особенно в области дипломатии развития. Его проекты охватывают образование, инфраструктуру здравоохранения, сельское хозяйство и культурное наследие, что позиционирует Турцию как партнера по развитию в регионе.

Медиа-дипломатию в основном продвигают телеканал TRT Avaz и информационное агентство Anadolu. Согласно исследованию, эти СМИ вносят вклад в публичную дипломатию, ведя вещание на региональных языках и освещая темы, связанные с общей культурой, историей и сотрудничеством. Хотя мероприятий, связанных со СМИ, меньше, чем образовательных проектов и проектов по оказанию помощи, они являются дополнительными инструментами, поддерживающими более масштабные усилия в области публичной дипломатии.

В исследовании общий подход Турции характеризуется как многосторонний и сетевой, предполагающий одновременную работу нескольких учреждений. Хотя такая структура позволяет задействовать широкий круг участников, в статье также отмечается, что она сопряжена с трудностями в координации.

Одно из основных ограничений, выявленных в ходе исследования, связано с координацией между организациями, участвующими в публичной дипломатии. Мероприятия часто планируются, проводятся и освещаются независимо друг от друга, что затрудняет оценку вклада отдельных инициатив в достижение общих стратегических целей.

Другой проблемой остаётся прозрачность бюджета. Не все учреждения регулярно публикуют отчёты о своей деятельности и финансовые отчёты, а некоторые данные являются неполными или недоступными. В результате анализ частично опирается на оценочные данные о бюджете, особенно при сравнении деятельности в разных странах и за разные годы.

Страной с наибольшей активностью турецкой мягкой силой, особенно в сфере образования и культуры, считается Казахстан. В Кыргызстане больше внимания уделяется помощи в развитии и инфраструктуре здравоохранения, а Узбекистан становится всё более важным направлением после внутренних реформ и повышения открытости для международного сотрудничества. В исследовании отмечаются колебания в количестве проектов и уровне расходов в разных странах, что затрудняет систематическую оценку.

В исследовании турецкая публичная дипломатия рассматривается в более широком региональном контексте, сформированном под влиянием конкуренции со стороны других крупных игроков, в частности России и Китая. Инициатива Китая «Один пояс, один путь» и российские проекты евразийской интеграции считаются важными факторами, влияющими на Центральную Азию.

Эти инициативы опираются на значительные экономические ресурсы, политическое влияние и коммуникационный потенциал, создавая конкурентную среду для публичной дипломатии Турции. Хотя Турция извлекает выгоду из исторических, культурных и языковых связей со странами Центральной Азии, в исследовании отмечается, что эти преимущества существуют наряду с внешней конкуренцией и внутренними институциональными ограничениями.

В статье не рассматриваются обвинения, выдвинутые независимыми расследовательскими изданиями в отношении политической роли или роли в сфере безопасности некоторых турецких организаций, действующих за рубежом.

Публичная дипломатия Турции способствует устойчивому взаимодействию и формированию идентичности в Центральной Азии, но её эффективность зависит от институциональных практик, ограничений в доступе к данным и более широкого геополитического контекста.

Александр Григорьев