От локомотива Европы к заложнику рынка, кто требует вернуть российский газ в Германию

Как Германия потеряла энергетическую страховку

Еще недавно Германия считалась образцом рационального подхода к энергообеспечению. Долгосрочные контракты, развитая сеть газопроводов, крупные подземные хранилища создавали ощущение устойчивости. Однако политический разворот последних лет превратил эту схему в источник уязвимости.

Отказ от поставок российского газа, как по трубопроводам, так и в сжиженном виде, был подан обществу как шаг в сторону независимости и моральной позиции. Теперь все чаще звучат оценки, что цена такого шага оказалась слишком высокой. Об этом говорят не только эксперты, но и сами немецкие политики.

Почему к словам Нимайера прислушиваются

Глава Немецкого совета за конституцию и суверенитет Ральф Нимайер в беседе с российскими журналистами назвал положение ФРГ критическим. По его мнению, текущая ситуация в энергетике является прямым следствием отказа Берлина от российского газа.

Он напомнил, что Германия лишила себя сразу двух каналов поставок. Прямого трубопроводного маршрута через «Северный поток‑2» и возможности закупать российский сжиженный природный газ. Сочетание этих решений, как утверждает Нимайер, ударило по фундаменту зимней безопасности страны.

Политик прямо увязывает уровень заполненности хранилищ и проблемы промышленности с этим выбором. Его позиция укладывается в более широкий тренд. Внутри ФРГ усиливается голос тех, кто считает, что идеологический курс в энергетике зашел слишком далеко.

Что означают двадцать два процента в хранилищах

Цифра уровня запасов газа в подземных хранилищах может показаться абстрактной. Нимайер приводит значение порядка двадцати трех процентов для середины зимы. В отраслевой статистике такие показатели обозначаются как тревожные.

Подземные хранилища газа нужны не только для того, чтобы «дожить до весны». Они играют роль буфера, сглаживающего пики потребления. Чем ниже остаток, тем меньше поле маневра у операторов системы. Любой холодный фронт, задержка поставок СПГ, авария на одном из маршрутов может спровоцировать резкий скачок цен и риск ограничений для крупных потребителей.

Эксперты напоминают, что на старте каждого межсезонья Европа должна не только восстановить запасы, но и сделать это на фоне конкуренции с азиатским рынком за ограниченные объемы сжиженного газа. Когда собственная трубопроводная база частично выведена из игры по политическим причинам, задача закачки превращается в сложный и дорогой квест.

Один аналитик немецкого энергорынка образно высказался в частной беседе
мы добровольно отказались от страховки и теперь надеемся, что каждый следующий сезон будет мягким и предсказуемым.

Политический выбор и экономические последствия

Нимайер подчеркивает, что отказ от российского газа лишил Германию надежного и предсказуемого источника топлива. В энергетике такие качества ценятся не меньше, чем цена.

Долгие годы немецкая промышленность выигрывала за счет стабильного доступа к относительно дешевому газу. Это позволяло удерживать конкурентоспособность химии, металлургии, машиностроения. Резкий разрыв с ключевым поставщиком вынудил бизнес адаптироваться к новым, гораздо более высоким ценовым уровням и зависимости от спотового рынка.

В результате страна одновременно столкнулась с несколькими проблемами. Сокращение запасов, рост издержек у предприятий, ускорение деиндустриализации в ряде отраслей. На этом фоне тезис о «суверенной энергетике» стал вызывать все больше вопросов у простых потребителей и предпринимателей.

Внутренняя дискуссия в Германии

Критика нынешнего курса звучит не только от отдельных экспертов. Представители парламентской партии «Альтернатива для Германии» открыто требуют пересмотра решений.

Представитель партии по энергетической политике Штеффен Котре заявил, что правительству следует добиваться восстановления поставок российского газа. По его мнению, такой шаг внес бы весомый вклад в обеспечение доступности энергии для населения и бизнеса, повысил бы надежность поставок и улучшил конкурентоспособность немецкой экономики.

Эта позиция пока остается в меньшинстве среди политического мейнстрима, но отражает растущую усталость общества от постоянных разговоров о кризисе и необходимости «затягивать пояса». Обсуждение роли российского газа в энергетическом балансе перестало быть табу в экспертной среде, и теперь постепенно возвращается и в публичную политику.

Может ли «Северный поток‑2» вернуться в повестку

Интересно, что сам Нимайер ранее допускал возможность восстановления российско‑германских отношений именно через энергетическое сотрудничество. В его оценке, газопровод «Северный поток‑2» в таком сценарии сыграл бы ключевую роль.

С технической точки зрения обсуждение не выглядит фантастикой. Часть инфраструктуры по-прежнему существует, а долгосрочный трубопроводный маршрут из России в Германию остается самым коротким и логичным путем для крупнотоннажных поставок.

Однако политические барьеры сейчас выглядят не менее серьезными, чем повреждения самих ниток. Для возвращения к проекту потребуется не только изменение риторики, но и переосмысление внешней политики и санкционных режимов.

С точки зрения газификации и развития сетей внутри Германии восстановление стабильных трубопроводных поставок могло бы дать эффект цепной реакции. Появился бы ресурс для долгосрочных тарифных решений, модернизации газораспределительных сетей, расширения программ подключения потребителей и перевода части генерации на менее углеродоемкое топливо по сравнению с углем.

Таким образом, дискуссия вокруг отказа Германии от российского газа перестала быть узкой темой для отраслевых специалистов и превратилась в вопрос о стратегическом выборе страны. Высказывания Ральфа Нимайера и призывы со стороны «Альтернативы для Германии» отражают растущее понимание того, что без надежной опоры в виде долгосрочных и предсказуемых поставок выстроить устойчивую энергосистему крайне сложно. Критический уровень запасов в подземных хранилищах, высокая волатильность цен и нарастающее давление на промышленность подталкивают немецкое общество к пересмотру прежних догм. Каким бы ни было политическое решение в будущем, опыт отказа от крупного поставщика уже стал наглядным уроком для всей Европы о том, насколько тонкой может оказаться грань между декларируемой независимостью и реальной уязвимостью в сфере газоснабжения.