Зам Набиуллиной "нашутил" на 90 млн. Чиновники взялись учить русских искусству: Михалков жёстко ответил властям

Что случается, когда высокопоставленные чиновники пытаются давать советы, а то и раздавать указания в тех сферах, от которых они далеки? Вот, например, Никиту Михалкова, и не только его, удивили попытки вице-премьера Татьяны Голиковой учить, как нужно снимать кино. Но были и другие. Подробности – в нашей публикации.

"Для кого мы тогда вообще кино снимаем?"

Не так давно в нижней палате парламента состоялось заседание Комитета Госдумы по культуре. Говорили о состоянии отечественного кинематографа. И именно там и тогда были сказаны слова, привлёкшие внимание знаменитого режиссёра и общественного деятеля Никиты Михалкова. Который позже озвучил и прокомментировал их в своей авторской программе "Бесогон".

Теперь эта тема широко обсуждается, ведь в дискуссию о проблемах современной культуры оказались вовлечены государственные мужи (и жёны). Да ещё как вовлечены: с требованиями да с ультимативными нотками…

Особенно впечатлили Никиту Сергеевича слова, что "нужно забыть о том, что думает народ" – "ситуация такая в кино у нас сейчас: то, что выходит на экране, и то, что зарабатывает огромные деньги, никакого отношения к кино и к искусству не имеет".

У Михалкова своё мнение:

То есть на то, что говорят эти люди, мы, кинематографисты, не должны обращать внимания? А для кого мы тогда кино вообще снимаем? Да, конечно, есть вещи, которые абсолютно недопустимы, которые идут вразрез с нашими нравственными принципами, с нашей традицией, культурой. И, кстати говоря, это очень хорошо сформулировано в документах, которые определяют границы дозволенного в нашем искусстве. И это правильно…

Согласитесь, так и просится в эту мысль живого классика продолжение: "Это правильно – но…".

И такое продолжение действительно есть.

"Последние исследования показывают…"

Никита Михалков выразил удивление, что о проблемах содержания произведений искусства высказалась заместитель председателя правительства России Татьяна Голикова. Да не где-нибудь в кулуарах, а на заседании Совета при президенте России по реализации государственной демографической и семейной политики.

Вице-премьер дала такую оценку современной культуре – и сразу выдала то ли рецепт исправления ситуации, то ли указание, обязательное к исполнению:

Наши последние исследования показывают, что в 80% случаев в российских фильмах и сериалах семья показывается через призму конфликтных и напряжённых отношений. В 29% случаев мы видим перегруженную обязанностями уставшую маму. А в 14% – отстранённого отца. Вот такие установки нередко заставляют надолго отложить не только рождение детей, но и саму идею вступления в брак. Поэтому сейчас наша задача – менять культурный и эмоциональный контекст.

Когда слышишь от заместителя премьер-министра слова про то, что нужно менять "культурный и эмоциональный контекст", первым делом хочется уточнить, а что это такое и как применимо к искусству.

Но, видимо, Никита Сергеевич как человек многоопытный Татьяну Алексеевну понял – у него подобного вопроса не возникло. Зато у Михалкова появились к вице-премьеру другие вопросы – с целью уточнения:

А как же те великие советские фильмы, которые смотрели миллионы людей? В которых поднимались семейные проблемы, проблемы между мужем и женой, между детьми и родителями? Но всё что угодно можно было бы говорить об этих фильмах, кроме того, что они влияли на ухудшение демографии в стране. Тем более что русское искусство всегда так или иначе стремилось к катарсису, к разрешению проблем, к финалу, который утихомиривает страсти, успокаивает людей, соединяет их. Это историческая традиция русского искусства, русской литературы, кинематографа, театра.

Русские сказки? Тоже неправильные!

Впрочем, некоторые представители высшей бюрократии в нашей стране давно уютно себя чувствуют в амплуа "и швец, и жнец, и на дуде игрец, и в хоре певец...". То есть ощущают в себе интеллектуальные и духовные силы разбираться в тончайших нюансах сложных тем, к которым они формально, по кругу должностных обязанностей, отношения вроде как и не имеют.

Вот, например, экономист и финансист Сергей Швецов, до 2022 года занимавший пост первого заместителя Эльвиры Набиуллиной, председателя Центробанка. По всем признакам – ну очень разносторонний человек.

Мало того что по итогам 2017 года он стал самым состоятельным сотрудником Банка России: увеличил доход с 30 млн рублей до почти 90 млн, отчитался о доме в США, квартире в Испании, земельном участке и двух квартирах в России (и об угнанном снегоходе…). Так Сергей Анатольевич ещё и завидную образность мысли и выражений регулярно демонстрировал.

Скажем, спрашивают его в интервью о ситуации на финансовом рынке, а он как начнёт поговорками да прибаутками блистать:

"Есть такая поговорка: "Не зная броду, не суйся в воду". Без знаний на рынок инвестиций ходить не надо";

"Правило номер один: если вы идёте в молочный магазин, не надо там покупать бензин";

"Есть такая поговорка, что банки – это институты, которые в хорошую погоду пытаются тебе продать зонтик, а когда начинают сгущаться тучи, пытаются его отобрать обратно".

Но в 2020-м, ещё в качестве первого зама Набиуллиной, Швецов превзошёл самого себя – стал оценки русской культуре и даже менталитету раздавать:

Произведения русского фольклора не самым лучшим образом влияют на формирование у населения России финансовой грамотности. Напротив, сказки про золотую рыбку и щуку, которая исполняет желания, побуждают людей поверить в возможность лёгкой наживы без особых усилий. Вот смотрите: старший брат работает – он дурак, средний брат работает – дурак, младший сидит на печи – дальше он ловит щуку, у него всё хорошо. Это с детства приводит с возрастом в плоскость отношений с финансовым рынком. Мы должны отказаться от этого бэкграунда – обучать детей халяве.

Можно только позавидовать филологической лихости господина Швецова, который так уверенно сочетает в одной фразе слова "бэкграунд" и "халява".

Однако осмелимся посоветовать бывшему первому заму председателя Центробанка читать русские сказки всё же немного внимательнее. Например, обратить внимание, что ни в одной из редакций сказочного сюжета "По щучьему велению" работящие старшие братья Емели не обозначались как дураки. Напротив, другие названия этой сказки звучат как "Емеля-дурак", "Про Емелю-дурака".

Но это так, на всякий случай, другим членам либерального экономического блока на заметку…