Как за 100 лет фигуристки раздевались — сняли шубы и надели пачку. История олимпийской ледовой моды
Модный приговор в спорте.
Олимпиада в Милане подошла к концу. Огромное внимание было приковано к женскому турниру фигуристок — тому самому виду, где, к сожалению, прервалась олимпийская золотая серия для России. Подобные масштабные события объединяют такое количество разноплановых спортсменов, что невольно начинаешь вглядываться в детали их образов. А как вообще формировался тот самый стиль, который сегодня кажется нам привычным? Путь от теплых шуб и шляпок до изящных пачек, расшитых стразами, и контрастных, но не менее распространенных лаконичных боди с летящими юбками занял больше ста лет. На нем имели место скандалы, запреты и настоящие революции, которые меняли не только моду, но и само фигурное катание.
Когда фигурное катание только дебютировало на Олимпийских играх (сначала в 1908-м в рамках летних Игр, а затем в 1924-м — зимних), о как таковом дресс-коде в современном понимании речь не шла. Соревнования проходили на открытом воздухе, и главным требованием к одежде была ее устойчивость к холодам. Фигуристки, допустим, выходили на лед в длинных юбках, объемных свитерах, меховых воротниках и даже шляпках. Выделялась среди соперниц лишь уникальная британка, первая женщина — чемпионка мира и олимпийская чемпионка в истории Медж Кейв-Сайерс.
В 1902-м Сайерс бросила вызов системе, отправив заявку на чемпионат мира — старт, который тогда считался сугубо мужским. Изучив регламент ISU, пионерка в женской одиночке обнаружила, что в тексте отсутствует прямой запрет на участие женщин, и ее заявку… на удивление одобрили. На том первенстве она заняла 2-е место, уступив только действующему чемпиону Ульриху Сальхову, который, как гласит история, был так поражен ее выступлением, что подарил ей свое золото.
Реакция функционеров последовала незамедлительно. На конгрессе 1902 года Международный союз конькобежцев (ISU) официально отстранил женщин от соревнований, выдвинув два абсурдных объяснения. Во-первых, спортсменки якобы могли завести романтические отношения с арбитрами, что привело бы к предвзятому судейству. Во-вторых — и это ключевое для нашего повествования о ледовой моде — женщины носили длинные юбки, не позволяющие по достоинству оценить уровень владения коньком и выверенность фигур. Спустя четыре года справедливость восторжествовала: ISU выделил женское одиночное катание в отдельную дисциплину.
На чемпионат мира — 1906 в Давос Сайерс приехала, держа в голове нелепую «юбочную» претензию. Она сознательно внедрила новый модный тренд: заменила длинную юбку на довольно короткую для той эпохи — до середины голени. Спортсменка одержала уверенную победу и повторила успех через год, взяв второй мировой титул, а еще через два года на Олимпиаде-1908 в родном Лондоне совершила, казалось бы, невозможное. Медж стала первой фигуристкой, завоевавшей медали в двух разных дисциплинах — золото в женской одиночке и бронзу в паре с супругом. Так ее борьба за право кататься и уловка с укороченным подолом открыли женщинам дорогу на соревновательный лед.
Правда, массово идеи Сайерс приживались медленно. Еще долгие годы фигуристки выходили на лед в длинных юбках, которые перекрывали даже ботинки. По-настоящему перевернула фигурнокатательные устои норвежка Соня Хени. На Олимпиаду-1924 в Шамони 11-летняя фигуристка приехала в обычном теплом платье, а вот к Играм-1936 в Гармиш-Партенкирхене продумала новый для себя образ — платье с юбкой выше колена, что по тем временам считалось немыслимой смелостью. Эффект оказался ошеломляющим. Короткая юбка не сковывала движений, позволяла выше прыгать и быстрее вращаться. Кроме того, именно Хени ввела моду на белые коньки.
С тех пор длина юбок неуклонно сокращалась, а фигуристки поняли: красивое платье — не каприз, а часть стратегии. Однако 1940-е годы внесли свои коррективы и парадоксальным образом ускорили тенденцию к укорачиванию юбок — они стали еще короче просто потому, что не хватало ткани. Дело в том, что в мире наступил сырьевой кризис после Второй мировой войны. Дефицит тканей вынудил максимально экономить материалы и шить платья из того, что было. Например, олимпийская чемпионка 1948 года Барбара Энн Скотт из Канады одной из первых продемонстрировала ту самую длину, которая еще на долгие времена стала классической для фигурки.
1950–1960-е — это эпоха ярких цветов и расклешенных юбок, которые эффектно взлетали при исполнении элементов. Американка Тенли Олбрайт в 1956-м вошла в модную историю благодаря розовому платью без воротника. При этом силуэт оставался скромным: высокий ворот, длинные рукава, никаких откровенных вырезов. Тогда же потихоньку оправлялась мировая экономика, а заодно и образовался больший простор для экспериментов с тканью. Особенно «заиграл» на льду спандекс — эластичный материал, из которого изготавливали облегающие комбинезоны, которые, к слову, все еще пользуются спросом.
Советская школа фигурного катания тоже не отставала и в модном аспекте. Допустим, Людмила Белоусова/Олег Протопопов поражали судей не только мастерством, но и элегантными костюмами. Белоусова, судя по архивным фото, каталась в платьях настолько коротких, что нижняя часть купальника была едва прикрыта. А Татьяна Тарасова еще в ранге действующей фигуристки выходила на лед в боди — задолго до того, как это стало мейнстримом. Экстремально короткая длина бросается в глаза и при изучении фотографий Ирины Родниной с соревнований. И дело здесь не только в моде или финансах.
Парное катание состоит из огромного количества элементов по типу поддержек и выбросов, которые требуют максимальной свободы движений, а длинная юбка в таких обстоятельствах — помеха и даже угроза безопасности. Да и вообще, в 1970-е в фигурном катании господствовал культ спортивности. Эстетика балета придет позже, а пока же ценилась функциональность. Чем короче — тем легче, тем меньше ткань мешает выполнять сложнейшие связки на льду. Тем более платья Родниной были короткими, но довольно скромными по крою. Длинные рукава, никакого декольте — советская школа придерживалась строгих норм приличия.
Настоящий взрыв ледовой моды произошел в 1980-е. Окончательно в нише фигурнокатательных деталей закрепились спандекс, пайетки, бисер, перья, тафта — костюмы мало-помалу превращались в театральные наряды. Во многом это было связано и с переосмыслением важности узнаваемого образа и яркой презентации, чтобы запомниться судьям. Тогда же и планка визуальной нравственности в спорте слегка снизилась: декольте становились глубже, вырезы — смелее.
Кульминацией новых течений стала Олимпиада-1988 в Калгари. Катарина Витт из Германии готовилась стать двукратной олимпийской чемпионкой и вышла на лед в голубом боди, расшитом перьями, которое скорее напоминало купальник, нежели традиционное платье. Тренер одной из соперниц возмутился: «Мы здесь, чтобы кататься в платье, а не в стрингах». В тот же день американка Деби Томас выступила в обтягивающем комбинезоне — тоже без юбки.
ISU отреагировал на такие провокации молниеносно. После Игр было введено так называемое «правило Катарины»: фигуристкам запрещалось излишне оголять бедра, ягодицы и область диафрагмы, а также предписывалось выступать исключительно в платьях с юбками. Комбинезоны для женщин попали под запрет. Это правило просуществует почти 20 лет. Но, как мы знаем, сейчас подобных ограничений в самореализации на льду не предусмотрено.
В 1990-е на смену вызывающей роскоши пришел шик. Нормальной практикой в фигурном катании стало привлечение профессиональных дизайнеров. Знаменитый свадебный модельер (а в прошлом и фигуристка) Вера Вонг на протяжении четырех сезонов одевала Нэнси Керриган — их сотрудничество началось с Олимпиады-1992 в Альбервиле. Эталоном являлись элегантные платья с женственными силуэтами. В 1994-м к тому же разрешили выступать без рукавов — ликвидация еще одного модного барьера.
А в начале 2000-х ISU наконец пересмотрел «правило Катарины». Разнообразие тканей (в частности, появление легких стрейч-материалов и телесных сеток) сделало процесс создания костюмов более доступным и гибким. По сути, платье могло выглядеть откровенно, но по-настоящему ничего не оголяло, а значит, и не нарушало правила. Этим приемом сейчас пользуются бельгийка Луна Хендрикс. Кроме того, в 2000-м окончательно отменили запрет на комбинезоны для женщин. Одной из первых продемонстрировала этот модный прием на льду Ирина Слуцкая — на Олимпиаде в Турине она выступала в темно-синем бархатном комбинезоне со стразами.
Текущие правила ISU гласят: одежда фигуристов должна быть скромной, достойной и подходящей для спортивных соревнований, не кричащей и не театрально вызывающей по дизайну, отдельные же детали могут отражать характер выбранной музыки. Наверное, ключевым положением здесь является запрет на эффект чрезмерной наготы — опять же Хендрикс нередко ходила по грани. Если раньше к женщинам в танцах на льду применялось требование носить юбку, то сегодня и от этих крайностей отказались. Все остается на совести выбранной тематики, музыкальной композиции или интерпретируемого образа.
Олимпиада-2018 в Пхенчхане подарила нам еще один любопытный тренд — балетные пачки. Алина Загитова выиграла золото в двух совершенно разных по стилю платьях, напоминающих образы балерин: черно-белая пачка для «Черного лебедя» в короткой программе и красная с золотом для «Дон Кихота» в произвольной. Стилистическая уникальность позволила Загитовой выглядеть одновременно юной, трогательной и техничной — идеальный баланс, к которому шли десятилетиями.
С каждым сезоном костюмы трансформируются во все более изощренные, порой высокотехнологичные изделия. Этому способствует и широкая выборка материалов, и отсутствие четких границ: спандекс, лайкра и даже латекс, любые узоры из страз, вышивки или рисунки на ткани, продуманные до миллиметра вырезы и телесные вставки, создающие иллюзию обнаженности без нарушения правил.
За столетнюю эволюцию мы пришли к почти невесомым нарядам, которые не сковывают движений и подчеркивают каждую линию тела. В любом случае, несмотря на якобы устоявшиеся тренды, мода остается категорией сугубо субъективной — вот и в фигурке каждый катает то и в том, что ему ближе. Уникальный шанс на самовыражение в реалиях столь стандартизированного спорта…