Толпы китайцев стояли у бабушкиного огорода и просили продать им сорняк: «русское чудо», которое в России мало кто ценит
Толпа китайцев у бабушкиного огорода требовала продать им «русское чудо», которое почти никто не ценит в России.
Китайцам все интересно: любому растению они найдут применение. Крапиву сварят в суп, лопух пустят на гидролат, подорожник на маски для волос, одуванчик в лекарства — любой сорняк для них ценность. Каждый корешок лечит что-то, а некоторые растения они даже «почитают», как святые.
Несколько лет назад в наш город приехали китайцы на монтаж оборудования, и часть осталась. Со временем их стало больше. Они любят гулять, фотографировать, осматривать огороды и сады.
Однажды небольшая группа китайцев наткнулась на участок, заросший лопухами. Хозяйки не было. Они приходили снова и снова. К выходным, когда женщина появилась, ее поджидала толпа любопытных. Испугалась, что началось завоевание страны, но нет.
Они спросили, сколько лет растет один гигантский сорняк и сколько она хочет за него. Это был ревень, который хозяйка выращивала для пирожков. Китайцы предложили деньги, и после небольшой торговли выкопали корни — им они были важнее черешков. Через пару недель купили еще один куст, потом еще. Летом с грядки почти ничего не осталось, кроме одного кустика, который хозяйка больше не продавала.
Зачем им нужен был ревень? Все просто: в Китае это традиционное растение, близкий родственник гречки. Маньчжурский ревень когда-то ценился очень высоко, простым людям было запрещено его собирать. Сегодня сушеный корень используют в китайской медицине как иммуномодулятор и средство адаптации к новым условиям, включая суровую уральскую зиму и русскую еду.
Сильнее всего действуют только два вида ревеня — маньчжурский и русский. Уральский и сибирский считаются особенно мощными, потому что выживают в суровых условиях. Китайцы покупают корни в России, сушат их или берут уже высушенными. Сушат особым способом: нарезают на куски, сушат на солнце, потом досушивают в тени три месяца.
Вот так «русское чудо» оказалось ценнее для китайцев, чем для большинства местных жителей. То, что мы называем сорняком, для них — настоящее сокровище.