В поисках единого изначального языка: как короли искали язык богов

В 1493 году король Шотландии Яков IV, известный своей тягой к наукам и оккультным знаниям, отдал приказ, который и сегодня звучит чудовищно. Двух младенцев отправили на пустынный остров Инчкит в заливе Ферт-оф-Форт. Вместе с ними поселили немую женщину, которой вменялось в обязанность кормить и ухаживать за детьми, но категорически запрещалось общаться с ними каким-либо способом .

Король жаждал узнать, на каком языке заговорят дети, когда вырастут. Он верил, что, будучи изолированными от любой человеческой речи, они заговорят на том самом языке, который Бог дал Адаму и Еве — языке, существовавшем до Вавилонского столпотворения .

Не первая и не последняя попытка

Яков IV не был оригинален в своей жестокой любознательности. История знает по крайней мере четыре подобных эксперимента, и каждый раз правители надеялись приоткрыть завесу над тайной происхождения языка.

За две тысячи лет до шотландского короля египетский фараон Псамметих I, правивший в 664–610 годах до нашей эры, провел аналогичное исследование. Согласно «Истории» Геродота, фараон отдал двух новорожденных на воспитание пастуху с категорическим запретом произносить при них хоть слово . Через два года дети впервые заговорили, протягивая руки и произнося слово «бекос». Выяснив, что на фригийском языке это означает «хлеб», Псамметих признал фригийцев древнейшим народом мира . Современные исследователи, однако, полагают, что дети просто имитировали блеяние коз, молоком которых их вскармливали .

В XIII веке император Священной Римской империи Фридрих II Гогенштауфен пошел еще дальше. Монах Салимбене Пармский в своих хрониках описывает, как император приказал изолировать младенцев, приставив к ним кормилиц со строжайшим наказом не разговаривать с детьми, не ласкать их, не проявлять никаких эмоций . Фридрих хотел узнать, заговорят ли дети на древнееврейском, греческом, латыни или арабском — языках, которые он считал кандидатами на роль праязыка. Эксперимент закончился трагически: дети не выжили, поскольку, как записал хронист, "не могли жить без ласковых жестов, радостных лиц и приветливых слов" .

Акбар и "немой дом"

Спустя три столетия после Якова IV, могольский император Акбар Великий, известный своей мудростью и интересом к наукам, также провел эксперимент с языковой изоляцией. Акбар считал, что речь возникает исключительно из подражания, и если дети не будут слышать человеческого голоса, то останутся немыми . Он поместил двенадцать младенцев в специально построенное здание, которое назвали "Немой дом", приставив к ним немых кормилиц. Когда через четыре года император навестил детей, он обнаружил, что они не говорят ни на одном языке, но активно общаются между собой с помощью жестов .

Этот результат, в отличие от "успеха" Псамметиха и Якова IV, хотя бы имел под собой научную основу. Дети действительно не заговорили, но создали свой собственный язык жестов — то, что лингвисты называют "домашним жестовым языком" . Некоторые историки предполагают, что само название "Немой дом" (Gong Mahal) отражало не только немоту, но и способность его обитателей общаться жестами — "гонг" на персидском означало и "немой", и "тот, кто объясняется знаками" .

В поисках утраченного рая

Все эти эксперименты объединяет одно: стремление вернуться к истокам, найти тот самый первозданный язык, на котором говорили первые люди. В средневековой Европе долгое время считали, что это был древнееврейский — язык Ветхого Завета . Фридрих II, живший в XIII веке, вероятно, разделял это убеждение. Яков IV, судя по записям его придворного хрониста Роберта Линдсея из Питскотти, получил от своего эксперимента сенсационный результат — дети заговорили на "чистом древнееврейском" . Однако сам хронист скептически добавляет: "Но я сам этого не знаю, а только повторяю то, что говорят" .

Уже в XVI веке фламандский лингвист Йоханнес Горониус Беканус, используя результаты эксперимента Псамметиха, доказывал, что праязыком был... голландский. Он утверждал, что слово "бекос" имеет общий корень с голландским "bek" (хлеб) . А шведский профессор Олаф Рудбек в XVII веке на том же основании доказывал, что первоначальным языком был шведский .

Научная ценность жестокости

Современная наука относится к этим экспериментам как к мрачным страницам истории, но признает их определенную роль в развитии лингвистики. Они стали первыми, пусть и чудовищными по методам, попытками эмпирически проверить теории о природе языка. Исследователи XX века назвали этот тип исследований "запретным экспериментом" (the forbidden experiment), поскольку этически он абсолютно неприемлем .

Изучение реальных случаев "детей-маугли", выросших в изоляции от человеческого общества, таких как знаменитый Виктор из Аверона, показало, что без человеческого общения в раннем возрасте полноценное овладение языком становится невозможным . Сенситивный период для усвоения языка проходит безвозвратно.

Остров Инчкит, на котором Яков IV проводил свой эксперимент, сегодня необитаем. На нем сохранился маяк и остатки военных укреплений . Но тень того страшного эксперимента, о котором напоминают лишь строки в средневековых хрониках, до сих пор витает над этим клочком земли в заливе Ферт-оф-Форт. Вопрос, который мучил древних властителей — существует ли единый праязык человечества — так и остался без ответа. И, возможно, к лучшему, что мы никогда его не узнаем.

В поисках утраченного языка: о чем молчат древние тексты

Яков IV, Псамметих I, Фридрих II, Акбар Великий — все они искали ответ на вопрос, который мучает человечество тысячелетиями: на каком языке говорили первые люди? Существовал ли единый праязык до того, как Бог смешал языки при строительстве Вавилонской башни?

Но если обратиться к библейскому тексту и древним преданиям, картина оказывается сложнее и загадочнее, чем кажется.

Единый язык и Вавилонское столпотворение

Книга Бытия (11:1-9) прямо говорит: «На всей земле был один язык и одно наречие». Люди, потомки Ноя, двинулись с востока, нашли долину в земле Сеннаар и решили построить город и башню высотой до небес, чтобы сделать себе имя, прежде чем рассеются по лицу земли .

Господь, увидев, что затея людей продиктована гордыней, смешал их языки так, что один не понимал речи другого. Строительство прекратилось, и люди рассеялись по земле. Город получил название Вавилон, от древнееврейского глагола «смешивать» .

Важно понимать: это произошло уже после Всемирного потопа. Ной и его потомки говорили на том самом едином языке, унаследованном от допотопного человечества.

Какой язык был до потопа?

Святитель Филарет (Дроздов) в своем толковании на Книгу Бытия подробно разбирает этот вопрос. Он указывает, что первенство в споре о праязыке многие отдают еврейскому. И для этого есть серьезные основания :

1. Историческая преемственность. Благодаря долголетней жизни патриархов и их постоянству в обычаях, язык Адама должен был без серьезных изменений сохраниться до Ноя, язык Ноя — до Авраама. А язык Авраама — это именно еврейский. Священное Писание не дает оснований смешивать благословенное племя с прочими сынами человеческими ни в преступлении столпотворения, ни в наказании — смешении языков .

2. Свойства самого языка. В еврейском до сих пор сохраняется важное достоинство первоначального языка: в его наименованиях видна связь со свойствами вещей. Священное Писание из себя самого изъясняет древнейшие имена мест и лиц. Например, «Адам» (אדם) от «адама» (אדמה) — земля, «иша» (אישה) — жена от «иш» (איש) — муж .

3. Сравнение с другими древними языками. Еврейский более других сохраняет чистоты, простоты и правильности в своем образовании. Древнейшие имена народов, стран, языческих божеств, корни которых не видны в других языках, объясняются именно из еврейского .

Однако тот же святитель Филарет отмечает, что и еврейский язык со временем потерпел изменения. Другие исследователи добавляют, что ни один из современных древних языков не является тем самым первоначальным — подобно тому, как ни французский, ни итальянский, ни испанский не являются древней латынью, хотя и произошли от нее .

Что говорит наука о праязыке

Современная лингвистика подходит к вопросу иначе. Ученые признают, что языки со временем неизбежно изменяются, и если группы людей теряют постоянный контакт, они накапливают различия, пока их языки не становятся взаимно непонятными .

Специалисты по дальнему родству языков склоняются к идее моноцентризма — что большинство известных языков восходят к одному языку-предку. Однако доказать эту гипотезу при современном уровне сравнительно-исторического языкознания невозможно .

Сравнительно-историческое языкознание может реконструировать элементы языков, отстоящих от нас на 4–6 тысяч лет (праиндоевропейский, прасемитский, прауральский). Возможна, хотя и более гипотетична, реконструкция праязыков так называемых макросемей на глубину 10–15 тысяч лет. Но до уровня языка-предка всех существующих языков (20, 30, 40 тысяч лет) лингвисты пока добраться не могут .

Интересно, что Православная энциклопедия отмечает: исследования в области исторического языкознания действительно позволяют сделать заключение о существовании единого праязыка, условно названного «ностратическим», из которого вычленились индоевропейские, семитские, алтайские, уральские, дравидийские и другие языки .

Почему не осталось письменных свидетельств

Здесь мы подходим к ключевому моменту. Единый язык существовал до Вавилонского столпотворения. Но само это событие произошло после Всемирного потопа. А потоп, согласно библейскому повествованию, уничтожил все допотопное человечество, кроме семьи Ноя.

Следовательно, если и существовали какие-то письменные свидетельства на едином языке — надписи, книги, документы, — они должны были погибнуть во время потопа. Вода, покрывшая «все высокие горы, какие есть под всем небом» , не оставила шансов на сохранение письменных артефактов.

Ной и его семья спаслись в ковчеге. Они сохранили устную традицию, сам язык. Но библиотеки допотопного мира — если они существовали — были утрачены навсегда.

Поиски Вавилонской башни

Интересно, что археологи действительно пытались найти остатки Вавилонской башни. В разное время ее отождествляли с разными зиккуратами Месопотамии. Наиболее обоснованным считается предположение о вавилонском храме Мардука, носившем шумерское название «э-темен-ан-ки» — «храм краеугольного камня неба и земли» .

Немецкая экспедиция Роберта Кольдевея (1899–1917) в центральной части Вавилона открыла остатки фундаментной платформы, которые в 1901 году отождествили с основанием зиккурата Этеменанки. Однако это были уже послепотопные постройки, созданные людьми, чьи языки уже были смешаны .

Что в итоге

Вопрос о едином языке человечества остается открытым. Религиозная традиция склоняется к тому, что это был древнееврейский — язык, на котором Бог говорил с Адамом и который сохранялся в избранном роде вплоть до Авраама и далее. Наука признает вероятность существования единого праязыка, но не может ни подтвердить его, ни реконструировать.

Письменных свидетельств допотопной эпохи не сохранилось — их уничтожил потоп. А послепотопные попытки записать что-либо на уже разделившихся языках относятся уже к иной эпохе.

Возможно, истина в том, что человечество никогда не узнает, на каком языке Адам давал имена животным и на каком языке Ева впервые сказала ему слова любви.