Константин Затулин: О санкциях и нефти на «Первом Севастопольском»
О санкциях и нефти на «Первом Севастопольском»
К. Затулин: Во-первых, блокировка Ормузского пролива и пресечение мировых потоков нефти из нефтеносного Ближнего Востока бросает вызов способности США организовывать мир как мировой державы номер один. Это главная проблема для Трампа. Потому что впечатление такое, что бы он сегодня ни говорил, как бы он ни пытался заранее анонсировать победу над Ираном, он этой цели не достиг. И в этой ситуации это гораздо важнее, чем любые выгоды США от роста цен.
В США, как мы знаем, нефть добывается, и они одни из мировых экспортеров нефти. Но эти все прибыли меркнут перед геополитическим поражением в случае, если блокировка Ормузского пролива будет на самом деле непреодолимой. А эксперты, с которыми я общаюсь по этому поводу в области военно-морского дела, говорят, что это очень простая задача. Глубина Ормузского пролива 80 метров в самых глубоких местах. И любая блокировка с помощью мин на самом деле не принесет никакого решения США. Нет возможности эти мины обезвредить, нет сил.
Уж не говоря о том, что речь идет о прямом нападении на те корабли, которые без согласия Ирана пытаются продвинуться через Ормузский пролив. Сегодня мы видим, как Иран достаточно гибко и диверсифицировано относится к этим попыткам. Говорит, что можете заплатить в юанях, тогда пройдете. Поскольку Китай с нами в контакте, мы для него нефть пропустим.
Что касается России, что касается того, что, как вы сказали, сегодня эта блокировка или эти обстоятельства приводят к тому, что мы реально получаем определенную выгоду от повышения цен на нефть. Мы - Российская Федерация. Да, мы получаем эту выгоду. И мы, пусть никто не сомневается, будем это использовать. Мы будем на этом тоже зарабатывать. Но я при этом хотел бы сказать, так же как для Трампа, так же и для нас, важнее всего, чтобы вот эта агрессия привела к тому, что американская администрация вела бы себя потише. Отказалась бы от своих амбиций, которые проявляются не только в районе Ближнего Востока, проявляются в районе Кубы, Венесуэлы…
Вот я лично глубоко знаю Иран. Мой отец два года провел в Иране в 1952-1953 годах, будучи представителем Министерства государственной безопасности тогда Советского Союза при демаркации советско-иранской границы. Мы на протяжении многих лет знали, что в Иране происходит. И при шахе, и после шаха.
То, что не хочет понимать Трамп, - вот таким давлением на Иран он ничего не достигнет. Убийства иранских лидеров ни к чему не приведут. На их место встанут другие. Потому что идеология шиизма – это мученичество. Чем больше будет жертв, тем больше будет укрепляться решимость сопротивления.
Этого Трамп не понимает. Ему кажется, на примере Ирака или Венесуэлы, что можно выкрасть Мадуро или убить Саддама Хусейна. Это были персонифицированные диктаторские режимы. А здесь речь идет о стране с глубокой 5000 лет историей. Стране, которая всегда находила выход. Даже когда при арабах Иран был завоеван и зороастризм пал, а вместо него внушили персам ислам, даже тогда они нашли свой ход в исламе, придумав шиизм. Потому что это древняя цивилизация, старше Александра Македонского, старше Греции, старше намного сотен веков Соединенных Штатов. США этого не понимают. Они не понимают, что просто так сменить Хаменеи одного на другого Хаменеи не значит достичь успеха. Ничего они этим не добьются.
Только создадут новую ситуацию, консолидацию вокруг мучеников Хаменеи, мучеников вокруг ислама, потому что вся идеология шиизма в мученичестве. Потому что шиизм основан на истории Али, племянника Мухаммеда, который погиб и стал мучеником, и в силу этого стал звездой путеводной шиизма. В этом отличие шиизма от суннизма.
И это на самом деле те люди, которые сегодня у власти США, по-моему, не понимают.