«Будет дефолт»: в России вот-вот грянет кризис
Рассказы родителей о «лихих девяностых» станут реальностью для зумеров уже в 2026 году, пугают аналитики. Коллеги нынешнего министра обороны Андрея Белоусова указывают на симптомы серьёзной болезни в народном хозяйстве. Рассказываем, как со дня на день могут закончиться десятилетия стабильности и как это почувствуем мы.
Близкие к правительству и президенту экономисты предупреждают о приближении самого мощного за 25 лет кризиса. Источник: нейросеть
Нефтегазовые доходы казны опустились до уровня 2020 года. В январе Россия получила от продажи углеводородов в два раза меньше, чем годом ранее — лишь 393 млрд рублей. В 2026 году недобор составит до 3,5 трлн рублей. Тогда наш главный резерв — «кубышка» Фонда национального благосостояния (ФНБ) — может опустеть до самого дна. Об этом предупредил сам Минфин в среду, 4 февраля.
Параллельно Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП — основан советником президента РФ Андреем Белоусовым в 2000 году, нынешний министр обороны возглавлял его до 2006 года) бьёт в набат: в России уже якобы начался финансовый шторм. К концу года он станет заметнен всем.
Воздушная тревога
ЦМАКП давно разработал «систему раннего оповещения» экономических кризисов. На основе макроэкономической статистики минувшего января его аналитики прогнозируют:
- Возникновение проблем на банковском рынке.
- Падение (рецессию) экономики — высокий риск.
- Очень высокую вероятность нехватки денег в экономике — «системные риски ликвидности».
Экономисты считают, что кризис будет затяжным и продлится минимум год. Главными драйверами рисков являются неблагоприятная монетарная среда (сильный рубль и дорогие кредиты), а также ухудшение внешних условий — санкции и падение цен на нефть.
С такими выводами согласен доктор экономических наук, бывший замминистра экономики Алексей Ведев.
Пристегните ремни, наденьте шлемы
Собеседник прогнозирует весьма вероятные кредитные риски в экономике. Они связанны с высокими процентными ставками. Предприятия уже вынуждены обслуживать кредиты на общую сумму около 85 трлн рублей. Даже при ставке около 20% годовых только процентные платежи могут составить минимум 17 трлн рублей, могут доходить и до 25 трлн рублей.
Это грозит банкротствами в корпоративном секторе, дефолтами, проблемами с пролонгацией и несвоевременным обслуживанием долгов. Всё это может привести к оптимизации персонала на предприятиях. Люди могут оказаться на улице
Третий фактор кризиса: у бизнеса мало денег. Они остаются дорогими, продолжает эксперт. Это остро ставит вопросы пополнения оборотных средств и выполнения текущих обязательств перед контрагентами и банками.
В целом, значительного роста зарплат ожидать не приходится. Большая часть населения, с учётом ощутимых показателей инфляции, не просто не увидит увеличения реальных доходов, а может столкнуться с их снижением. Компании малого и среднего бизнеса будут закрываться. Банки третьего эшелона — лишаться лицензии, так как не получат от банкротов-заёмщиков свои деньги обратно
России во всех смыслах остаётся надеяться на мир и внешнюю конъюнктуру: ослабления санкций, роста глобальных нефтяных котировок и гармонии во внешних сношениях. Иначе граждане, работающие в металлургии, трубопрокате, на госпредприятиях, а также в банках либо потеряют часть дохода, либо всю свою зарплату. Наше хозяйство — общенародное, и оно явно испытывает трудности. Они будут только расти. Однако запас прочности отечественной экономики может находиться за пределами рационального. Ведь исторически и генетически люди, «с трудом населяющие нашу страну», как говорил сатирик Жванецкий, привыкли испытывать лишения годами и десятилетиями. «Будет лучше!».