Личный дневник Иннокентия Смоктуновского — 7 интересных фактов о советском и российском актере театра и кино
Расскажем, как готовился к своим ролям Иннокентий Михайлович, что такое пластика Смоктуновского, как актер получил роль царя Федора Иоанновича и много других интересных фактов
Актерские тетради Иннокентия Смоктуновского были переданы Музею Бахрушина в конце 80-х годов и стали источником репрезентации процесса работы над ролью, который позволяет читателю погрузиться в каждый из творческих этапов вместе с артистом.
Как Смоктунович стал Смоктуновским
Иннокентий Смоктуновский родился 28 марта 1925 года в семье крестьянина Смоктуновича Михаила Петровича.
«Меня заставил изменить фамилию директор Норильского театра, где я работал. Предложил взять псевдоним Славянин. Я не согласился, он угрожал уволить, тогда с обоюдного согласия поменяли окончание», — И. М. Смоктуновский
Тщательная подготовка к роли
Смоктуновский подходил к своим ролям с особой тщательностью, основательностью и вниманием даже к самым незначительным деталям.
«Роль исписана со знакомой тщательностью, с той же ювелирной отделкой, подробностью и вниманием к малейшим нюансам. Смоктуновский работает над эпизодическим Часовщиком с тем же полным погружением в материал, что и над Ивановым или Головлевым. «Предлагаемые обстоятельства» оставлены за скобками. Осталось исходное: артист и его роль. Правда, некоторое ощущение несоразмерности усилий и материала, на который они тратятся, тоже остается».
Что содержалось в записках Смоктуновского, которые предназначались для внутреннего пользования
«Написанные для внутреннего пользования, записи Смоктуновского запечатлели подсказки режиссеров, случайные ассоциации, обозначения смысловых и интонационных поворотов и опасных мин, которые надо избегать, отклик на то или иное предложение, мысли «вслух» и мысли «про себя». Зафиксировали чередование ударных и спокойных кусков, те секунды, ради которых все остальное.
Иногда движение фразы передает ритм и темп сцены, не очень ловкий словесный оборот передает напряжение догадки».
Тетради помогали артисту на протяжении всего времени, когда он играл ту или иную роль.
Как возникла знаменитая пластика Смоктуновского
Произошло это во время работы над постановкой по роману Ф. М. Достоевского «Идиот». На репетиции одной из сцен Смоктуновскому необходимо было найти внутреннее действие Мышкина. Поиск длился долго, около четырех часов.
«Мы не уйдем отсюда, Иннокентий Михайлович, пока вы не заплачете. Ни в коем случае не в голос, а внутренне, это будет значить, что вы все поняли и увидели наперед трагический финал», — приблизительно так сказал Георгий Александрович Товстоногов, режиссер. «И вдруг произошло чудо: артист как-то странно поднял руку, откинувшись на спинку стула, — возникла та знаменитая пластика Смоктуновского, которая отличала его от других артистов».
Что привело Смоктуновского к роли царя Федора Иоанновича
«Незнание. Мне казалось, что он душевными качествами близок к Мышкину. Я ошибся. В нем все другое. Он иной. Не раскаиваюсь, что взялся за этот материал, но не мог предположить, что будет столь трудно с ним, иначе не притронулся бы, так как его сложность во многом превосходит интерес работы над ним», — из интервью И. М. Смоктуновского.
Роль царя Федора ознаменовала возвращение Смоктуновского на сцену театра после ухода от Товстоногова, когда актер сосредоточился на работе в кино.
Изменение принципа работы над ролью
Каждая роль требует особого подхода, поэтому во время работы над образом Дорна (пьеса «Чайка» А. П. Чехова) Смоктуновскому пришлось изменить метод, когда необходимо выстраивать общение с персонажами по-другому, в целом по-иному существовать в спектакле.
«Его герой больше не был центром, вокруг которого выстраивались остальные персонажи, он был «одним из». Не он «раскрывался» во взаимодействии с другими героями, напротив, они раскрывались во взаимоотношениях с Дорном».
Кризисы в работе
Иннокентий Михайлович всегда выбирал линию чувства и интуиции, поэтому зачастую работа над ролью продвигалась волнообразно и сложно.
«От собственных открытий возникали кризисы. Когда что-то ускользает, что-то не то, не может внутренне чего-то преодолеть. Эти кризисы бывали обязательно», — Олег Ефремов.
И все эти скачки, переживания и открытия сохранены в рабочих тетрадях Иннокентия Смоктуновского.