Известная английская поговорка «Мой дом – моя крепость» в Перми, похоже, больше не действует. После обрушения части жилого дома на Куйбышева, 103, от жителей соседних и не только домов поступают требования проверить их жилье на прочность. В районных администрациях формируются соответствующие комиссии, краевая прокуратура настаивает на проверке всех без исключения случаев внутренней перепланировки зданий. Но, как считают эксперты, эта работа должна быть системной. И начинать ее нужно было не сейчас. Основная проблема пермских домов – в собственниках, считает эксперт с 30-летним стажем, бывший министр ЖКХ Пермского края Александр Фенёв. Люди, юридически являющиеся собственниками квартир, в большинстве не осознают своего статуса. В сознании граждан их собственность ограничивается жилплощадью, не затрагивая кровли дома, фундамента, подъезда и т.д. – Первые собственники у нас появились еще в кооперативных домах и оказались более подготовлены к сегодняшней жизни, – считает Александр Фенёв. – В свое время они за свои деньги строили дома, их содержали, собирали средства на капремонт. Но таких немного. Остальные дома управлялись предприятиями и действующей властью. За последние годы значительное количество собственников объединились в ТСЖ, и часть из них достаточно хорошо работают. Но нередко домом управляют те, кого, как на профсоюзном собрании, «выдвинули». В управляющих компаниях профессионалы есть, но они должны быть партнерами собственников, а собственник должен разговаривать с ними на одном языке. Для этого ему нужно знать Жилищный кодекс РФ, а совету дома – владеть азами управления. И вместе они должны ежегодно знакомиться с актом технического состояния дома, который отвечает на вопросы: как живем, что сделано и что надо сделать, как управляется дом. Пока же интерес жителей к состоянию общедомового имущества невелик. Это при том, что для большинства граждан квартира – его самое дорогое имущество, напоминает эксперт: – Мы гораздо больше времени и средств уделяем более дешевой собственности – дачам и автомашинам. Делать сезонное обслуживание и техосмотр – в порядке вещей, и тут мы ни от кого не ждем помощи. Между тем тот запас прочности, который был заложен в дома со времени их строительства, и возможности обслуживающих организаций начинают иссякать.Без помощи специалистов граждане не могут оценить состояние несущих конструкций дома. Даже если видят повреждения кровли, стен или протечки труб – как определить, насколько все это влияет на безопасность проживания? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо детальное техническое диагностирование домов как инженерных сооружений с последующим ежегодным техническим осмотром. Это стоит денег, но и экономит их. Во-первых, становится ясно, что нужно в первую очередь ремонтировать, и предотвращает ненужные траты, а иногда и спасает от аварии. К тому же, если есть акт о состоянии дома, можно его страховать – и это тоже источник денег для ремонта.Александр Фенёв напоминает: в 2000-х годах в Перми существовала пятилетняя программа по текущему ремонту, в том числе она отслеживала техническое состояние жилья, на ее основе формировался ежегодный план капитального ремонта. Была создана неплохая система противоаварийных служб. Но эта работа не была доведена до конца: – Огромный провал произошел в 2005 году с момента принятия Жилищного кодекса – собственники полностью стали вариться в собственном соку. Но реальными собственниками мало кто стал. Наступила сплошная формалистика – УК управляли, водя за нос собственников, а жители шли жаловаться во власть, у которой полномочия по части жилья исчезли. В результате в Прикамье процент старения домов с переходом в аварийное жилье растет быстрее, чем процент обновления. Необходимо переломить эту ситуацию. За последние 4 года федеральное правительство издало ряд постановлений и законов, которые дают муниципалитетам полномочия контролировать УК. Обязательство управляющих организаций и муниципалитета по оценке технического состояния всех многоквартирных домов предусмотрено Законом о капремонте, принятым в Пермском крае в марте 2014 года. Но пока о качестве этой работы говорит только разрушение дома на улице Куйбышева, 103.
