5 настоящих друзей российских императоров
Среди них – известный писатель и столбовая дворянка, великая просветительница и простой токарь.
Попасть к Ивану Грозному в личные враги было проще простого. А вот стать царю личным другом было тогда невозможно. В допетровские времена при русском царском дворе царили порядки местничества – чем важнее в государстве был человек, тем ближе в буквальном смысле он был к царю: сидел с ним на пирах, сопровождал на охоте, ходил в баню. В те времена царь не был волен выбирать друзей, а по необходимости «дружил» с представителями знатнейших родов.
Эти порядки, как и многие другие, нарушил Петр, который еще в юности обзавелся друзьями-иностранцами из Немецкой слободы в Москве, да и в любом возрасте легко заводил знакомство с любым человеком без различия чина – главное, чтобы дело знал.
1. Андрей Нартов (1693 – 1756), друг Петра Великого
«Царев токарь», как его называли, Андрей Константинович Нартов не был ничем обязан Петру, скорее, наоборот. Нартов был выдающимся механиком, изобретателем токарного станка, и, конечно, виртуозом токарного дела. Так что это царь Петр учился у Андрея Нартова, который происходил из «людей простого звания».
Уже в 15 лет Андрей занимался токарным делом в Московской школе математических и навигацких наук, основанной царем. В 1718 Петр, узнав о его таланте, отправил Нартова учиться в Европу, а по возвращении сделал его заведующим царским токарным кабинетом.
Это была по сути мастерская, в которую царь покупал новейшие европейские станки и поручал Нартову испытывать их. Токарный кабинет во дворцах Петра располагался поблизости от царских покоев, так как царь любил отдыхать, работая на токарном станке. Сын Нартова, Андрей Андреевич, впоследствии записал и издал рассказы отца о Петре Великом. В них точно ухвачен ироничный и героический характер императора.
«Государь, точа человеческую фигуру в токарной махине и будучи весел, что работа удачно идет, спросил механика своего Нартова: «Как точу я?» И когда Нартов отвечал: «Хорошо», то сказал его величество: «Так-то, Андрей, кости точу я долотом изрядно, а не могу обточить дубиною упрямцев».
Или такая история: «Впущена была к его величеству в токарную [...] девица Гамильтон, которую, обняв, потрепал рукою по плечу, а потом сказал: «Любить девок хорошо, да не всегда, инако, Андрей, забудем ремесло». После сел и начал точить».
После смерти Петра Андрей Нартов, не славившийся изящными манерами, был отстранен от двора, но продолжал работать как инженер-артиллерист. Незадолго до смерти Нартов получил «генеральский» чин статского советника. Он умер в Петербурге в 1756 году.
2. Мавра Шувалова (1708 – 1759), подруга Елизаветы Петровны
История Мавры Егоровны Шуваловой – классический пример того, как прежде малозначительная фрейлина свиты великой княгини становится всевластна и буквально повелевает судьбами. 10-летней девочкой Мавра Егоровна Шепелева стала фрейлиной Анны Петровны, дочери первого императора. Мавра принадлежала к старому боярскому роду Шепелевых, но сама была из бедной ветви. Во фрейлины к цесаревне ее «устроил» дальний родственник, генерал Дмитрий Шепелев.
В 1720 году Анна Петровна вышла замуж за герцога Карла-Фридриха Голштейн-Готторпского – их сын станет императором Петром III. Мавра Егоровна, служа молодой цесаревне, в 1727 году уехала с ней и герцогом в Голштинию, в город Киль, где стала любовницей герцога. «Герцог и Маврушка окончательно опошлились. Он ни одного дня не проводит дома, разъезжает с нею совершенно открыто в экипаже по городу, отдает с нею вместе визиты и посещает театры», – жаловалась Анна сестре, Елизавете Петровне.
Именно Елизавета Петровна и забрала Мавру Шепелеву себе во фрейлины после смерти сестры в 1728 году. Мавра вернулась в Россию и стала лучшей подругой Елизаветы, будущей императрицы. Мавра жила с ней в Москве, в усадьбе Покровское-Рубцово, и славилась умением развеселить Елизавету едкой шуткой. Она любила пировать и играть в карты. В 1738 году ее выдали за камер-юнкера Петра Шувалова, который принял участие в перевороте 1741 года и возвел Елизавету Петровну на престол.
С этих пор знакомство с Маврой Шуваловой стало большим преимуществом – она была ближайшей подругой императрицы, разделявшей с ней старомосковские увлечения вроде карточной игры и чесания пяток перед сном.
Муж Мавры стал кавалером всех высших орденов и одним из главных сановников империи. Двоюродный брат мужа – Иван Иванович Шувалов, основатель Московского университета, стал фаворитом самой императрицы. А когда-то устроивший Мавру Егоровну во фрейлины генерал Дмитрий Шепелев стал важным чиновником двора и получил орден св. Андрея Первозванного.
С незнакомыми ей людьми Шувалова была надменна, а своих врагов преследовала, пользуясь, опять же, своими связями. Но именно благодаря ей род Шуваловых с елизаветинских времен стал в ряду первых родов империи.
3. Екатерина Дашкова (1743 – 1810), подруга Екатерины Великой
Дружба великой княгини Екатерины Алексеевны и княгини Екатерины Воронцовой (Дашковой) началась странно – сестра Дашковой, Елизавета, была любовницей Петра III. Он проводил с ней почти всё время, игнорируя жену. Во время дворцового переворота Екатерина Дашкова встала на сторону Екатерины, видимо, осознавая, что преимущество именно на стороне восставшей жены императора.
19-летняя, очень самоуверенная, носившая мужской офицерский мундир, Екатерина Дашкова чувствовала себя на сцене исторического момента. Она могла себе позволить ворваться в заседание Сената и что-то нашептывать на ухо уже действующей императрице. Возможно, такой характер отношений стал причиной разлада. После смерти своего мужа в 1764-м Дашкова отошла от придворной жизни. В 1769 году она отправилась в огромное путешествие по Европе, где была принята как подруга русской императрицы, познакомилась с Вольтером, Дидро, Адамом Смитом и Бенджамином Франклином.
Когда в 1782-м Дашкова вернулась в Россию, их отношения с Екатериной восстановились. Императрица сделала Дашкову директором Петербургской Академии наук, а вскоре Екатерина Романовна основала Императорскую Российскую Академию, которая должна была изучать русский язык. Итогом ее работы стал шеститомный Словарь Академии Российской.
Все последние годы жизни Екатерины Дашковой были посвящены просвещению. По её инициативе главные произведения мировой литературы начали переводить на русский язык. Соперничавшая с Екатериной Великой в учености, Екатерина Дашкова сама по себе была одной из великих деятельниц русского Просвещения.
4. Александр Куракин (1752 – 1818), друг Павла I
У Никиты Панина, воспитателя великого князя Павла Петровича, не было собственных детей. Он воспитывал внучатого племянника, князя Александра Куракина, который стал другом великому князю с детства. Свое образование Куракин получил за границей, затем сопровождал Павла Петровича во многих поездках, в том числе даже ездил вместе с ним в Берлин для знакомства с будущей супругой Павла, Марией Федоровной.
Александр Куракин считался самым блестящим из русских аристократов. Сам император Священной Римской Империи Иосиф II характеризовал его как «человека любезного и с обращением высшего общества». А в кругах европейской аристократии Куракина звали «бриллиантовый князь» за его любовь к алмазным украшениям – золотом и бриллиантами были усыпаны его шляпы, трости, эполеты и одежда.
С воцарением Павла князь Куракин стал вице-канцлером. Хотя он, возможно, мало смыслил в делах государства, но был искушенным сановником и брал возрастом и авторитетом. В 1808-1812 годах Куракин возглавлял посольство России во Франции, покинув ее после начала вторжения Наполеона в Россию.
Существует легенда, что в 1810 году в Париже с Куракиным произошел случай, ставший в итоге причиной его смерти. На одном из балов случился пожар. Куракин, истинный аристократ, не позволял себе выйти из горящей залы, пока ее не покинут все дамы. «Бриллиантовый князь» был буквально закован в одежду с золотым шитьем – она и спасла ему жизнь, но он всё же получил тяжелые ожоги, которые окончательно подорвали его здоровье.
Последние годы своей жизни Куракин страдал от подагры и других проблем, но продолжал давать в Москве и Петербурге шикарные балы. Поскольку Куракин был посвящен в высшие степени масонства, он дал обет безбрачия, однако за свою жизнь стал отцом десятков внебрачных детей.
5. Алексей Толстой (1817 – 1875), друг Александра II
Согласно традиции воспитания великих князей вместе с маленькими аристократами, другом юности будущего Александра II стал Алексей Константинович Толстой, впоследствии известный писатель, автор романа «Князь Серебряный». Льву Толстому Алексей Константинович приходился троюродным братом. Алексей (вместе с другими молодыми аристократами) был представлен цесаревичу Александру, когда им было по 14 и 13 лет. Они остались друзьями на долгие годы.
Алексей удивлял цесаревича и все его окружение своей богатырской силой. Он мог завязывать узлом столовые приборы и кочергу, легко поднимал наследника и катал его на плечах, а как-то раз поборолся с самим императором Николаем Павловичем. Этот случай описывает в своих мемуарах фрейлина Александра Россет. «Он презабавный и предложил Государю помериться с ним силой. Его величество сказал ему: – Со мной? Но ты забываешь, что я сильнее тебя, гораздо выше. – Это не важно, я не боюсь помериться с кем бы то ни было, я очень силен, я это знаю». Получив разрешение бить со всей силы, Алексей долго боролся с двухметровым императором. «Государь, отражая это нападение одной рукой, от времени до времени говорил: “Он силен, этот мальчишка, силен и ловок”. Заметив, что тот, наконец, задыхается и еле дышит, Государь поднял его, поцеловал и сказал ему: “Молодец и богатырь”».
Алексей Толстой стал гражданским чиновником, хотя был более известен как писатель, автор повести «Упырь» и соавтор известной литературной мистификации – «Козьма Прутков». Он не пользовался дружбой с императором для продвижения в карьере и после отставки в 1861 году в Петербург приезжал лишь изредка. Впрочем, Алексей Толстой как-то писал императору Александру II – просил защитить от варварского «поновления» древнюю церковь святого Трифона в Москве. Александр Николаевич на письмо не ответил.
Последние годы жизни Толстого были посвящены путешествиям по Европе и литературным занятиям. Его самый значительный роман «Князь Серебряный» вышел в 1863 году. От хронических головных болей, которыми страдал Толстой в пожилом возрасте, ему были прописаны инъекции морфия, ставшие причиной его ранней смерти.