Дом «Парус» в Москве по фамилии его главного архитектора в шутку называют ухом Уборевича. Это редкий пример лужковской архитектуры, понравившийся критикам. Узнаваемый и необычный, он вырос в 2003-2007 годах одновременно с первым небоскребом «Москва-Сити» и уже стал одним из символов Москвы. «Мослента» узнала у Бориса Уборевича-Боровского, как появился проект застройки Ходынского поля, на котором был аэродром, и зачем в доме «Парусе» заложили изначально запроектированный проем-окно. Ниже — монолог Бориса. Исторические поля и военные аэродромы Это место, где находился первый российский аэродром под названием Ходынка. А до аэродрома там было огромное поле со своими историческими традициями. Никогда там никто не жил, поле было застроено то выставкой, то балаганами — в общем, люди там веселились. В советские годы этой площадкой владели военные. В 1990-е аэродром там был уже не нужен, и они думали, как бы им распорядиться. В итоге некий очень активный человек, не буду называть его фамилию, решил, что там надо много чего построить. К нам в «Моспроект-4» пришел этот заказчик, который сказал: «Мне дали в управление Ходынское поле. Хочу построить на 136 его гектарах много общественных зданий. Мне разрешили, я договорился с Министерством обороны». И мы начали проектировать разные схемы застройки. Летающий Лужков и линейная аппроксимация Мне запомнился момент, когда мы запроектировали большой генплан — застроили все павильонами, выставочными зданиями, музеем. Я до сих пор не понимаю, что это значит, но выразился он именно так. Мы стали работать дальше, что-то переделывать и в итоге запроектировали очень интересный, как мне показалось, проект. Посередине поле оставалось чистым, незастроенным, потому что исторически пространство Ходынского поля было пустым. Мы считали, что потерять в городе само это явление и понятие — Ходынское поле — было бы неправильно. Теперь я смотрю, что происходит в Москве, как каждый кусочек застраивается 40-этажными небоскребами, и думаю — если бы мы чуть-чуть опоздали, Ходынка, наверное, превратилась бы во второй московский «Сити». Понастроили бы там небоскребы. Депутатский звонок и незапланированное жилье Узнав о нашем проектировании, мне позвонила депутат Московской городской думы Хованская и спрашивает: «Борис, а нельзя ли там запроектировать какое-нибудь муниципальное жилье? Нам в городе нужны жилые площадки». Я говорю: «Нет, потому что у нас весь аэродром отдается под общественную функцию. У нас тут будут выставки, картинг-центр, спортивные площадки — тут будет рекреационная зона». Не прошло и полгода, и вдруг нам команда от мэра Лужкова: «С помощью Батуриной предлагаю всю южную долю Ходынского поля застроить жилыми домами». И тут же нам сказали: «Рисуйте». Мы решили, что надо сделать что-то очень необычное по московским понятиям, и придумали дугу. Если вы посмотрите на карту Москвы, на аэрофотосъемку, то увидите, что там огромная дуга. Вся композиция строится на самом понятии Ходынского поля. Там — амфитеатр, все окна обращены на него. Оно красивое, незастроенное, там сейчас сделан парк. Исчезнувшая полоса и появившийся дом Когда встал вопрос, какое же самое красивое здание построить в южной доле Ходынского поля, мы решили придумать жилой дом необычной формы. Через него прослеживалась одна из осей поля, на котором буквой «Х» были две взлетно-посадочные полосы. Одна шла с запада на восток, а другая — с севера на юг. От последней почти не осталось следов — мы ее фиксировали этим проемом, через который открывался бы вид на Музей космонавтики и авиации, поставленный в проекте на северной части полосы. В общем, запроектировали очень красивое здание, и если говорить в целом о проекте, все складывалось совсем неплохо. Уродливые здания и плохие проекты Потом в проект пришли другие люди — что называется, сменилось руководство. Северное поле и другие кусочки Ходынки начали застраивать какие-то другие архитекторы. Там появились церкви, которые мы никогда не проектировали, причем по очень плохим проектам. Вся северная доля была в итоге испорчена. Появился градостроительный хаос. Ненужные дырки и ужасный фасад Что касается нашего дома «Парус», он более-менее сохранил свои формы. Только нам не разрешили оставлять в здании проем. Сказали, что застройщик — компания «Интеко» — хочет продавать квадратные метры, а за счет «дырки» идет потеря достаточно большой площади. Поэтому давайте-ка, ребята-архитекторы, застраивайте все квартирами. Пришлось это сделать, и мы выделили встроенную часть цветом. И, конечно, мы не думали, что для облицовки фасада выберут такой материал. Это самый дешевый керамогранит, китайский, жуткий. Когда здание отделывается таким материалом — это некачественно, это архитектура среднего порядка. Не хочу никакой из городов обижать, но где-нибудь в Подольске или Серпухове это может быть и смотрелось бы. Но здесь такая отделка фасада выглядит ужасно. Выгнутая дуга и Заха Хадид Архитекторы вдохновляются сюжетами и стилями, которые находятся вокруг. Мы смотрим, что строят другие, и делаем свои проекты. Такого дома больше нигде нет, не найдете. Он у нас и с фасада — капля, и в плане — выгнутая дуга. То есть он очень пластичен, что неожиданно и необычно. Потому что квартиры обычно делают в прямых в плане домах. А мы его изогнули, поэтому все квартиры там чуть пластичные. Этим любит заниматься английское архитектурное бюро Захи Хадид. Проблемы с крышей и опасные сосульки Мы очень гордимся нашим архитектурным решением. Единственное — большая проблема с крышей. Мы запроектировали стеклянные лоджии, думая о жителях, которые в каждой квартире получат зимний сад. Но, к сожалению, они выполнены не по нашим проектам, с большими нарушениями. Так что все эти стеклянные конструкции выглядят неопрятно и неприглядно. И второе — строители не сделали снегозадержание на крыше. И в итоге с одной стороны дома, к сожалению, зимой постоянно сыплются сосульки. Там уже поставили над пешеходными дорожками крыши, чтобы зимой, не дай бог, никого не задело. Я занимался концепцией проекта, делал его идеологию. Рабочую документацию делала целая группа архитекторов. И они все запроектировали, как надо. Но у нас так бывает: поскольку многоступенчатая работа, строители в итоге что-то недоделали. Но это все можно исправить. Просто кому-то надо найти немножко денег, провести все необходимые мероприятия, и ничего с крыши сыпаться не будет.
