Он был гордостью СССР, а с ним обращались как с мальчишкой и посылали за пивом! Грустная история о легенде Фирсове
Страшное время.
«Я шучу с друзьями: если бы знал, как здорово на пенсии, то ушел бы в отставку на несколько лет раньше. Главная сложность в том, что у меня теперь нет расписания. Я жил более 30 лет по определенному графику, а сейчас у меня его отобрали. Простые люди не понимают, в какой дисциплине живут хоккеисты, как они в одно время идут на ужин, как ложатся спать с отбоем. Помню, много раз мои дети хотели покататься с папой на велосипеде, на роликовых коньках. Но я должен был отдохнуть. И мы всякое мероприятие согласовывали с моим графиком. А теперь у меня его нет. Я играю в гольф, в теннис, хожу на лыжах. Делаю все, что захочу!», — говорил легенда мирового хоккея Теему Селянне.
Окончание карьеры — сложнейший момент для большинства профессиональных спортсменов. Считанные единицы способны без особых проблем найти себя в обычной жизни и избежать серьезного кризиса. После ухода из большого спорта хоккеисты сталкиваются с огромным количеством проблем и трудностей, которые были не знакомы им ранее. В первую очередь их ритм жизни полностью меняется. Во время карьеры игроки подчиняются определенному расписанию, которое становится их рутиной на долгие годы. Регулярные тренировки, официальные матчи, командные собрания, времяпровождение с одноклубниками и многие другие моменты резко исчезают из жизни закончивших карьеру хоккеистов. И в большинстве случаев в такие моменты возникает проблема адаптации к менее структурированной жизни и необходимости самостоятельно планировать свой день. В некоторых случаях у спортсменов даже может появиться ощущение, будто смысл жизни утрачен. Это ярко свидетельствует о глубоком эмоциональном кризисе.
Бывшим профессиональным спортсменам может быть тяжело устанавливать новые социальные контакты. Также они могут страдать от кризиса в самореализации, поскольку не знают, чем заняться. А если на все эти моменты еще и накладываются финансовые проблемы, то ситуация осложняется в разы. С необходимостью найти себя в обычной жизни хоккеисты сталкивались во все времена. В том числе и 50 лет назад.
Ярким примером того, как непросто уйти из большого хоккея, служит Анатолий Фирсов. Трехкратный олимпийский чемпион, многократный чемпион мира и чемпионата СССР, легенда ЦСКА и советской сборной — в своем поколении он был одним из лучших игроков планеты. Но столь высокий статус и огромное количество титулов не помогли ему избежать трудностей после ухода из хоккея. Из-за тяжелого эмоционального состояния главный любимчик Анатолия Тарасова даже начал злоупотреблять алкоголем.
«Те взгляды, которые были у меня на тарасовскую школу и его дальнейшее процветание, никак не сходились со взглядами Виктора Васильевича Тихонова. Поэтому не осталось мне места в хоккейном клубе ЦСКА. Меня поставили в отдел спорта. И там был настоящий ужас. Меня швыряли как мальчишку. Сгоняй за билетиками, принеси мне пива, туда сходи, здесь посмотри. Эти шесть лет, что я там работал, были страшными. И в тот период, конечно, я начал даже выпивать. Я этого никогда не скрывал. Да, выпивал. Потому что сидишь до 12 или часу ночи. Тебя бросают, как футбольный мяч по полю, по разным углам. Пойдешь на обед. Встретишь таких же, как ты сам, офицеров. Пару раз выпьешь с ними пивка. Это были страшные моменты», — вспоминал форвард.
К счастью для одного из величайших нападающих в истории ЦСКА, в самый нужный момент ему протянули руку помощи. Причем сделал это не кто-то из бывших партнеров или тренеров Анатолия, а райком Кировского района, который предложил ему должность старшего тренера в молодежном объединении. Это впоследствии привело Фирсова к тому, что он стал народным депутатом и окончательно справился с тяжелейшим кризисом, накрывшим его сразу по окончании профессиональной карьеры.
«Райком партии очень мне помог. Меня пригласили и предложили создать секцию в Кировском районе. Чтобы молодежь занималась спортом. Если бы они меня не поддержали, я мог бы оступиться. Как делают это многие спортсмены. Пойти поставить машину в гараж, а там выпить, посидеть, закусить, поговорить. Это страшный период. Многие так живут годами. Это нужно пересилить», — говорил Анатолий Фирсов в интервью.