Тема эта примерно месячной давности, но забавная. В начале декабря 2025 года в проливе Мияко, южнее острова Окинава, произошел инцидент. Китайский авианосец «Ляонин» (тактический номер – 16) с эскортом 6 декабря 2025 года шел в международных водах этим проливом курсом на юго-восток или курсом 140, если быть точным, и проводил учения со взлетом палубных истребителей J-15. В этот день с китайского авианосца было более ста вылетов самолетов и вертолетов. В воздухе был и следил за учениями японский F-15J с Окинавы, из состава 9-го авиакрыла.



В 16:32 – 16:35 местного времени 6 декабря китайский J-15 взял в радарный захват японский F-15J. Второй захват другого японского истребителя произошел в тот же день между 18:37 и 19:08 местного времени.

Разведка начала воздушного боя

Думается, что не нужно пояснять, что такое захват вражеского самолета радаром. Это делалось, думается, для того, чтобы разведать, как японские пилоты реагируют на то, что они попали в прицел.

Любой воздушный бой сейчас начинается с радарного захвата, на который пилот самолета, попавшего на прицел, должен как-то отреагировать. Когда у него в шлемофоне зазвучала мерзкая пищалка предупреждения о радарном захвате, у него есть несколько возможных способов действия.

Во-первых, резким маневром по высоте и направлению попробовать «скинуть» с себя луч. Не самый эффективный метод из-за сопровождения по памяти, когда радар вражеского самолета ищет цель после «срыва захвата» в некоторой ожидаемой области с учетом последнего измеренного вектора.

Во-вторых, «нотчинг», то есть повернуть под 90 градусов к лучу, чтобы отражение от самолета слилось с отражением от поверхности и, таким образом, радар вражеского самолета потерял бы цель.

В-третьих, повернуть в сторону удаления от источника радарного облучения, поскольку допплеровские радары хуже различают удаляющиеся объекты.

Наконец, в-четвертых, повернуть на луч, найти и захватить противника, показывая намерение контратаковать.


Из каждого маневра можно по-разному развивать тактику последующего воздушного боя, чтобы выйти в удобную позицию выстрела дальнобойной ракетой или же сблизиться и навязать противнику ближний бой. Поэтому очень важно знать, как противник реагирует на захват: уклоняется и как именно или же поворачивает в лоб для встречного удара. Разумеется, есть некая стандартная, принятая тактика, но разные пилоты могут иметь собственную рефлекторную реакцию на захват, выходящую за рамки принятой в их ВВС тактики. От этого зависит начало и исход воздушного боя.

Разумеется, пилоты ВВС НОАК, так же как и ВВС Японии, много раз участвовали в учениях, гонялись друг за другом, брали в «захват», производили условные пуски ракет. Но учения — это учения, они всегда идут по сценарию с серьезной долей условности и минимизацией риска. Бой же является не только состязанием техники, но и столкновением воли противников. Часто побеждает более напористый.


Вот китайские пилоты и занимались разведкой начала возможного воздушного боя и прощупываем воли и напористости японских пилотов. Пойдут они в лоб или будут уклоняться? Если будут уклоняться, то как именно? Причем, чтобы не стать жертвой стереотипных представлений, немаловажно это выявить, вплоть до того, как реагируют пилоты конкретных эскадрилий ВВС Японии.

На закате или в темноте?

Интерес добавляет то, что оба захвата происходили в сложных условиях. Первый захват был за час до захода солнца, когда оно было на 13 градусов над горизонтом и заходило по курсу 260 градусов. В тот день по условиям погоды была облачность и трудно установить, проглядывало ли солнце. Если допустить, что проглядывало, то это были трудные условия для воздушного боя. Низкое солнце сильно слепит, сильнее, чем полуденное, засвечивает приборную доску и весьма мешает пилоту. Если допустить, что японский самолет был севернее или северо-западнее китайского, то куда он повернет после захвата — на солнце или против солнца?

Второй захват произошел уже в навигационных сумерках, когда еще различима линия горизонта, но уже достаточно темно, чтобы видеть навигационные звезды в ясную погоду. Это интересный вопрос — если воздушный бой начинается в темноте, то что будут делать вражеские пилоты? Резкие маневры в темноте труднее, с гораздо большими шансами потерять ориентировку.

По всей видимости, палубная авиация ВМС НОАК примеряется к использованию тех или иных условий в тактических целях, и в ее командовании возник спор, что выгоднее: атаковать при закате и низком солнце или в темноте?

Позор!

Годовщину нападения на Перл-Харбор Министерство обороны Японии отметило совершенно неподобающим образом.

7 декабря 2025 года министр обороны Синдзиро Коидзуми объявил КНР протест, назвав радарный захват «опасным актом, превосходящим необходимые пределы обеспечения безопасности полетов».

Представитель Министерства обороны Китая, старший полковник Чжан Сяоган обвинил японскую сторону во лжи. Потом был обмен любезностями, в общем, малоинтересный.

И это в святой для любого японского милитариста день годовщины нападения на Перл-Харбор! Вот до чего докатилась демилитаризация Японии. Жалобы вместо контратаки!


Если бы не было вот этого «духовного разоружения», то на следующий же день, в порядке возмездия и празднования знаковой годовщины, можно было бы устроить учебный налет на «Ляонин» и его эскорт, с преследованием китайских истребителей, выходом на бомбометание, вплоть до отработки «специальных атак» (特別攻撃 токубэцу ко:геки). Просто F-15J — не самый новый самолет, последние были выпущены в 1997 году и им уже 28 лет, остальные еще старше. Но чтобы улучить момент и врезаться в китайский авианосец, они еще вполне годятся.

Но ничего такого не было, что вызывает некоторое изумление.