Павел Воля написал трогательное письмо о своей семье

-Самое крутое, что со мной произошло в этом году, друзья: у нас с Ляйсан родилась дочь! Сказать, что я не изменился, – наверное, наврать. В прошлом году рассказывал о сыне и о том, как это круто – быть отцом. Тогда я был отец, а теперь – папуля, папочка.
Только со вторым ребенком я почувствовал ответственность. Я уже не совершаю каких-то безумных необдуманных поступков. Я хоть и худой, но горячий парень! Скажу честно: раньше был без тормозов. Дрался со всеми подряд: из-за косых взглядов, плохих слов. Сейчас так не буду делать. Никаких драк, на мне очень много ответственности!
Ревную дочку к мальчишкам на площадке.

— С Робертом, как и с любым пацаном, конечно, все сильно проще. Сынок, что, упал? Кровь пошла? Ничего страшного – замажем грязью, штаны постираем на следующий год, все нормально. А с девочкой так не получится. Знаете, девочка как новая модель айфона. Ты его только что купил и боишься разбить. Чехлы меняешь каждые полчаса, в коляску все время смотришь – не разрядилась ли. А мальчик – это прошлый айфон. Новый уже есть, а прошлый без чехла валяется где-нибудь. Надоел он тебе – просто маме отдал. А девочка только вздохнет, заплачет, ты уже бежишь, готов скорую вызывать ей и заодно себе. С двумя детьми, конечно, по-другому себя ощущаешь.Когда у тебя дочь, ты как бы в одном теле совмещаешь двух людей: одновременно и отец, и бабушка. Ты поступаешь как отец, а переживаешь как бабушка. Вверх ее подкидываешь и думаешь: «Ну-ка, дочка, давай!», а потом: «О боже, только не упади». Девочка – это что-то такое нежное, маленькое, хрупкое.После рождения Софии я кардинально поменял мнение о своей квартире. Я просто недавно посмотрел: тут электричество, здесь вода – она может захлебнуться, острые углы, скользкий пол – может разбиться, ножи слишком близко – порежется, здесь может расквасить нос, зачем я положил камни? Как я тут вообще выжил?

А еще я за собой раньше этого не замечал, но стал по-другому смотреть на мальчиков на детских площадках. Раньше этих сопляков не замечал вообще, а теперь это потенциальные женишки моей Софии. Уже ревновать начал мою красавицу! Это какие-то необычные чувства, которых раньше не было. Двое маленьких детей – это тяжеловато пока. Может, потому, что мы стараемся сами все делать? Кто сказал, что быть родителем – простая работа? Каждую пятницу мы ездим на дачу, чтобы дети дышали свежим воздухом и гуляли. Я занимаюсь переездом детей на дачу самостоятельно.

Прошли времена, когда я был «Павел Воля на «Бентли», «Павел Воля на «Кайене». Сейчас я водитель микроавтобуса. Мы просто больше никуда не влезаем! У меня такое ощущение, что я – водитель маршрутки. Серьезно, иногда хочется повернуться назад и крикнуть: «Пока полная не набьется, не поедем. Рожай еще!»

С 10 утра начинается переезд: я делаю ходок шесть вниз и вверх, чтобы перенести все вещи. Каждый раз это выглядит примерно так: тут соски, развивающие игрушки, подгузники, тут трусы, переодевалки, здесь еда, молоко, вода, кубики, еще игрушки… Выдохнул. Теперь то же самое для второго. Потом два автокресла. Потом я беру детей: одну на руки, другого за руку. Получается знаменитая ситуация: «Не падай» и «Не убегай». Ляйсан берет свои вещи и молокоотсос. Я, конечно, понимал, что моя супруга – великая женщина, но чтобы настолько! Она в этих материнских вещах суперпрофессионал.

Когда мы спускаемся вниз, уже шесть вечера. Каждый раз я худею еще на два килограмма. Сажаю одного ребенка, второго пристегиваю, поправляю ремни. Ляйсан провожаю, закрываю дверь за ней.
И знаете, у меня один раз возникла мысль: нажать на брелоке на кнопочку «Закр.» и убежать оттуда. Самое главное – у меня нет никакого злого умысла, ведь у них там все есть: мультики, айпэды, книжки, развивалки, еда, подгузники. У них есть человек, который дает еду. Все есть! А я просто их закрою и пойду в пивнуху напротив дома. Сяду с мужиками. Кто-то еще зайдет и скажет: «Вы Павел Воля? Не могли бы убрать свой микроавтобус?» А я встану и скажу: «Какой микроавтобус? Я Павел Воля!»

Как я себя поймал на этой мысли, так понял: даже когда микроавтобус будет битком набит нашими детьми, когда будет невозможно тяжело и я начну таскать сумки в пятницу, а закончу в воскресенье, то все равно не остановлюсь и ни на шаг не отойду от автобуса, потому что этот путь по лифту с детскими вещами – для меня самый главный в жизни.
— Когда у тебя двое детей, у тебя нет времени на секс. Все время уходит на детей. Знаете, как выглядит прелюдия, когда у тебя двое детей? Просто кивок в сторону спальни. Прелюдия со звуком – киваешь и говоришь: «За мной!»

Я люблю ту жизнь, которой мы живем, и не хотел бы, чтобы она менялась. Ничего главнее, чем моя семья, для меня нет и быть не может. Все остальное – чепуха, мишура, повод для шутки. Я безумно люблю свою семью, детей. Когда приходится уехать от них хоть на два дня, я схожу с ума. Мне даже хочется отобрать у кого-нибудь чужого ребенка на улице, встать с ним за угол и прижимать: «Пока ты будешь мой!» Стоять, обнимать его, нянчить, своих вспоминать, пока его мама сзади не треснет сумкой.