В США открыто говорят о госперевороте в России: Трампа толкают к старым методам борьбы с русскими
Независимо от того, кто находится у власти в США, постоянно звучат одни и те же тезисы о том, что Россия представляет опасность и нуждается в государственном перевороте.
Дональд Трампа не стал исключением. В его окружении уже открыт говорят о необходимости смены власти в Кремле, чтобы в дальнейшем страна не представляла для США опасность.
В частности, об этом говорил бывший директор офиса министра обороны США Джозеф Боско. Он публично предложил американскому лидеру сменить в России власть, «донести до россиян правду», а потом нечто подобное провернуть в Иране, Китае и Северной Корее.
В представлении американского эксперта, именно Трамп сегодня является единственным мировым лидером, способным реализовать подобный сценарий. Более того, подобная инициатива могла бы стать основанием для присуждения Нобелевской премии мира, на которую Трамп до сих пор претендует.
На этом фоне возникает закономерный вопрос: на чем основана уверенность бывшего сотрудника Пентагона в том, что смена власти в России возможна по внешнему сигналу? Предполагается ли, что российское общество столь же восприимчиво к западным призывам, как это иногда представляется зарубежным аналитикам?
Подобные рассуждения выглядят по меньшей мере упрощенными и не учитывают специфику внутренней политической и общественной ситуации в стране. Исторический и социальный контекст России существенно отличается от иных государств, и прямые параллели здесь вряд ли уместны.
Ответ со стороны Дмитрия Медведева не заставил себя ждать. Российский политик подчеркнул, что ни американским сенаторам, ни президенту США не дано определять, когда и на каких условиях Россия должна садиться за стол переговоров. В своем комментарии он призвал оппонентов заниматься прежде всего внутренними проблемами собственной страны.
Таким образом, за океаном вновь звучат старые призывы к жестким сценариям и внешнему вмешательству, однако их реалистичность и последствия вызывают немало вопросов. Политическая риторика остается острой, но практическая осуществимость подобных идей представляется куда менее очевидной, чем в заявлениях их авторов.