Президенту Республики Таджикистан Эмомали Рахмону

 

ПОВТОРНОЕ ОТКРЫТОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ

о нарушении прав человека в Таджикистане

 

Законы написаны для всех,

их одинаково обязаны исполнять и Боги,

и простые смертные,

и власть имущие,  и подвластные им.

 

        Уважаемый господин Президент!

 

Выражая свое высокое уважение к Вам, как Лидеру нации и Президенту страны – гаранту Конституционных прав и свобод граждан, и, отмечая Вашу неотступную политику, направленную на Верховенство закона и улучшение качества правосудия в стране, я обращаюсь к Вам с заявлением как сторонник этой политики! Считаю своим гражданским и профессиональным долгом перед страной сказать Вам истинную, но горькую ПРАВДУ!

И, как правозащитник, я не могу мириться с некоторыми системными беззакониями и произволом, допускаемыми отдельными руководителями государственных структур, которые призваны бороться с подобными явлениями, но ставят себя выше ЗАКОНА! За Вашей спиной они проводят иную, вредную для людей и государства политику, заведомо допуская несправедливость в отношении граждан! А кто вскрывает их беззакония, тех преследуют и выдают за врагов.

За активную гражданскую позицию и выполнение профессионального долга незаконно преследуют меня, адвоката, выдавая за преступника, оппозиционера и врага. Клевещут на меня, что и побудило меня обратиться к Вам с повторным заявлением.

Изложу последовательно события. О нарушении прав человека в стране, создании надуманных, искусственно громких дел, выполнении судами заказа на несправедливое осуждение граждан, коррупции в судебной власти и высших эшелонах власти, я говорил в  обращении к Вам, Омбудсмену, Маджлиси Оли и Генеральному прокурору Таджикистана в первом открытом заявлении 20 января 2010 года. Просил провести тщательное и независимое расследование, чтобы улучшить соблюдение прав человека, состояние законности в стране!

Однако, факты об нарушении Конституции, действующего законодательства и Вашего известного Указа №622, изложенные в моем заявлении, даже не были расследованы. Власти сделали всё, чтобы скрыть нарушения прав человека и коррупцию в высших эшелонах госорганов, в частности, в Верховном Суде. Там, по заказу тогдашнего Директора Агентства по государственному финансовому контролю и борьбе с коррупцией РТ Шерхона Салимзода, выносились заведомо несправедливые обвинительные приговоры в отношении невинных граждан. Я приводил факты и неоспоримые доказательства того (в том числе и признание судей Верховного суда с записью на магнитофонной ленте), что правосудие в стране избирательное! Дела решаются не в соответствии с Конституцией и уголовно-процессуальным законодательством судьями, а произвольно, под давлением, в кабинете председателя Верховного суда Нусратулло Абдуллаева. Обо всем этом, приведя достоверные факты масштабной коррупции в верхних эшелонах власти, с признанием судьи, записанным на магнитофонную ленту, я написал председателю Верховного суда и Вам со словами: «Посмотрите, что творят Ваши судьи против своих граждан? Они и грабят и поголовно осуждают без разбора. А в создании беззакония, в давлении на суд, обвиняют ещё и Президента!..»

Однако, мое заявление дало обратный эффект и обернулось против меня самого.

Абсурдно, что вместо того, чтобы расследовать официальное заявление адвоката, Генеральный прокурор, председатель Верховного суда, Директор Антикоррупционного ведомства, конечно, в сговоре с Администрацией Президента, скрыли эти факты. Вместо привлечения к ответственности коррупционеров и судей – фабрикаторов заказных дел, при прямой поддержке главы Администрации Президента, который, в заявлении судьи, назывался организатором масштабной коррупции, эти должностные лица во всем незаконно обвинили адвоката, выполнявшего свой гражданский и профессиональный долг.

Председатель Верховного суда Абдуллаев в течение 6-ти часов (это точно) оказывал прямое давление на судью Нура Нурова, чтобы тот отказался от своего признания. При этом он пообещал судье не привлекать  его к ответственности даже за получения взятки и не отправлять в отставку, а дать возможность продолжать осуществлять «правосудие», если судья будет хранить молчание о коррупции  в верхних эшелонах власти.

И после такого пристрастного  допроса и давления, судья Нуров стал говорить и писать удивительные вещи:«Я, судья Верховного суда, с высшим юридическим образованием, со стажем и опытом судейской работы чуть меньше 40 лет, заявляю, что мои признания о коррупции, давлении на суд и вынесения заведомо неправосудного приговора были ложными, и к этому меня принудил адвокат Джураев. Я оговорил Президента в давлении на суд, себя в получении нескольких взяток, а председателя Верховного суда и главу Администрации президента в коррупции, в том числе якобы в получение взятки 5 млн. долларов США.

После этого руководство Верховного суда, четверо судей-истцов, а также и другие судьи, не имеющие отношения к делу и не имеющие права давать юридическую оценку действиям сторон, инициировали фальшивое дело против адвоката и трех республиканских газет, опубликовавших моё открытое заявление. В нарушение Конституционного принципа презумпции невиновности, публично, и на страницах СМИ судьи заранее назвали меня преступником, подлежащим привлечению к уголовной ответственности по семи статьям Уголовного Кодекса. При этом от подчиненного им районного судьи, они требовали взыскать с ответчиков – адвоката и трех республиканских газет, в качестве компенсации за «моральный ущерб» 1 млн. 250 тыс. долларов США с прекращением деятельности адвоката и газет. Но почему-то они сами не приостановили свою судейскую деятельность, хотя бы в период рассмотрения спора в подчиненном и зависимом от них районном суде!..

И что же из этого получилось?

После полуторагодичной бессмысленной судебной тяжбы, затеянной судьями, под давлением общественного мнения и неоспоримых фактов, представленных адвокатом, истцы-судьи и их предводитель – председатель Верховного суда вынуждены были отказаться от своих необоснованных и клеветнических заявлений на адвоката.

Для судей дело закончилось провалом, а адвокат оказался прав! Но, тем не менее, никто из них, даже судья Нуров, давший признания о коррупции в верхних эшелонах власти: получении взяток им самим, а также обвинявший председателя Верховного суда и главу Администрации президента в том что: «они берут взятки, как миленькие («ќаймоќ барин мегиранд!..»), не были привлечены к ответственности.

Более того, после отказа от своего признания, когда судья публично стал заявлять о своей клевете на председателя Верховного суда и Президента страны, он ещё три года работал судьёй Верховного суда и «вершил правосудие!»

А директор Антикоррупционного ведомства Шерхон Салимзода, через СМИ и с высокой трибуны на всю страну громогласно и ложно заявил, что им  будто «раскрыто» хищение государственных денежных средств в размере 38 млн. сомони со стороны «преступного сообщества» возглавляемого известным бизнесменом Низомхоном Джураевым. В то время, как там, в природе не было ни преступного сообщества  и тени подобных преступлений.

 А назначенный Генеральным прокурором страны Шерхон Салимзода сделал всё возможное, чтобы скрыть организованное преступное сообщество, занимавшееся коррупцией в верхних эшелонах власти. Несмотря на мои повторные заявления, Салимзода игнорируя неоспоримые  факты и доказательства с признанием судьи Нурова, не привлек последнего к уголовной ответственности. В первом случае за взяточничество, в другом случае, за клевету на охраняемого Конституцией неприкосновенное лицо – Президента страны!

Кому было выгодно держать в Верховном суде такого судью ещё три года, даже после его нового признания о клевете на главу государства и председателя Верховного суда?

Выгодно было только заказчикам дела, грабительски захватившим собственность  Низомхона Джураева, в обмен на молчание судьи!

Почему правосудие у нас  осуществляется избирательно?

Нужно ли было директору Антикоррупционного ведомства, Генеральному прокурору страны и председателю  Верховного суда произвести хотя бы формальное расследование? И один раз сказать людям правду: крупные любители «каймака» и судьи у нас неприкосновенны, а Уголовный Кодекс существует только для простых смертных и неугодных. 

 Только спустя 3 года работу Генерального прокурора частично сделал новый Директор Агентства Абдуфаттох Гоиб. Формально, для вида он привлёк к уголовной ответственности только судью. И то не за коррупционные преступления и вынесение заведомо неправосудного приговора, а чудесным образом: за совершение не специфичного преступления для судьи - мошенничества?!

 Удивительно! То ли Абдуфаттох Гоибу не дали возможности раскрыть настоящую коррупцию или он сам этого не захотел?!

Но факт остается фактом, чтоАнтикоррупционное ведомство и Генеральная прокуратура предъявляют обвинение в коррупционных преступлениях адвокату и рядовому прокурору и заключают их под стражу как особо опасных преступников. А судью Верховного суда, получавшего взятки через них и других в сотни тысяч долларов США – оставляют на свободе!?

Верховный суд, точнее его Председатель, этого судью формально признает виновным, но затем под надуманным предлогом полностью освобождает от наказания. А посредников судьи приговаривают к лишению свободы сроком от 8 до 10 лет!    

И этого судью, допустившего  очевидный акт беззакония против невинных лиц, власти не только не наказали. Нет, ему при поддержке его руководителя – председателя Верховного суда, была предоставлена возможность вместе с другим судьями  в течение более одного года выступать в суде в качестве и «потерпевшего», и государственного обвинителя против адвоката и трех республиканских газет.  Только за то, что те сказали Президенту и людям истинную ПРАВДУ!

Как можно оставлять такой  очевидный неправосудный приговор  в силе со стороны высших инстанций Верховного суда?  И почему Генеральный прокурор и председателем Верховного суда не принесли протест на отмену явно несправедливого приговора? И после всего этого директор Агентства, он же потом Генеральный прокурор, председатель Верховного суда и десятки его карманных судей громогласно и цинично заявляют о законности деятельности следственных органов и справедливости такого суда, а адвоката, разоблачившего их в фабрикации громких и надуманных дел, называют преступником?!

Не понятно, кто здесь должен был быть судьей, а кто преступником, кто заявителем, а кто жертвой произвола!!

Разве это правосудие?

На этот вопрос правильно ответил сам судья Верховного суда Нуров, который не только сказал, что допустил судебный произвол под давлением,  но и  фактами доказал: «Это было не правосудие, а театр абсурда! Это был не правый, а несправедливый (говсуд) суд!»

И вновь стали преследовать адвоката, сказавшего правду, пытаясь отправить и меня за решетку.  После неудачных попыток поймать меня на месте «совершения преступления с поличным», провокаторы, на этот раз сделали ставку на Низомхона Джураева, которому было нечего терять. В обмен на избежание ответственности за «организацию преступного сообщества», его склонили к фальсификации дела против меня. Странным образом,  находившегося в международном розыске, Низомхона Джураева отпустили на свободу. При этом новый Директор Агенства Абдуфаттох Гоиб и Генпрокурор Шерхон Салимзода не исполнил вступивший в силу приговор Верховного суда. Еще более удивительно то, что он проигнорировал два своих собственных решения о розыске и аресте Джураева. Первое Салимзода  вынес, когда он был директором Агенства, а второе,  когда стал Генеральным прокурором.

После этого через Джураева отыскали нескольких  подставных «свидетелей» и родственников, которые и написали заявление о привлечении меня к уголовной ответственности.

Но у провокаторов ничего не вышло. Еще четыре года назад я предвидел такое развитие событий и вник в замыслы фальсификаторов. Директору Агентства я смог представить неоспоримые доказательства лжи заявителей и разоблачил  подставных свидетелей! (в том числе и 8 аудиокассет из 21 имеющихся в моем распоряжении). Иначе я тоже оказался бы за решеткой. А Низомхон Джураев, ошибочно полагавший, что ему и его братьям таким  путем удастся избежать ответственности за «участие в преступном сообществе», и будет отменен обвинительный приговор Верховного суда, был обманут теми, кто заключал с ним  такую преступную сделку!

    Теперь перехожу к реалиям сегодняшнего дня и мотивам, побудившим меня обратиться к Вам с повторным заявлением о нарушении прав человека в моей стране.

После незаконного, целенаправленного преследования, в том числе и реальной угрозы физической расправы надо мной, о чем мои заявления также остались без расследования, я махнул рукой и уехал в Россию. Там несколько лет (с 2010 г.) я занимался адвокатской практикой.

К Вашему сведению, в чужой стране меня не преследовали, не считали клеветником и глупцом, а адвоката-таджика уважали и признавали! И оценили по достоинству, как в России, так и в Международном Союзе (Содружестве) адвокатов.

Летом этого года, на склоне лет, я решил вновь поработать в своей любимой стране и с достоинством уйти на пенсию. Я не удивился тому, что при первом же знакомстве с делами обнаружил беззаконие и произвол. И в ситуации с соблюдением прав человека, после моего открытого заявления в январе 2010 года, оставшегося без внимания, никакого улучшения нет. Наоборот, с правами человека становится все хуже и хуже, а реальная борьба с коррупцией не ведется.

Тревожно, что Генеральная прокуратура страны практически не выполняет свою основную функцию: защиту Конституционных прав и свобод граждан. А судьи зависимы и не выполняют свои Конституционные обязанности.

На жалобы граждан и адвокатов нет законного реагирования. Адвокаты месяцами лишены доступа к своим подзащитным, в том числе я – бывший следователь! Всюду одна ложь и вседозволенность!

Раньше фабриковали громкие дела на своих граждан, а  теперь перешли на иностранцев!

Из своей практики я приведу конкретные примеры и неоспоримые доказательства, характерные для большинства подобных фальшивых дел!

Это дело на Ин Сюандэ – гражданина дружеской нам Китайской Народной Республики, оказывающей Таджикистану неоценимую помощь.

Кратко изложуобстоятельства дела и суть своих жалоб, на которые по Закону, должны были реагировать сам Генеральный прокурор и Директор Агентства по борьбе с коррупцией.

16-июля 2015 года сотрудниками Агентства по государственному финансовому контролю и борьбе с коррупцией  был задержан гражданин Китая – директор ООО «Сад Дарё» Ин Сюандэ. Гражданина КНР арестовали за то, что он при посредничестве своего переводчика,  якобы, дал взятку в 3 млн. сомони сотруднику Агенства  Ф. Махмадзода, который проводил ревизию финансово – хозяйственной  деятельности  указанного предприятия.

Через десять дней после ареста Ин Сюандэ, я стал его защитником. А 5 августа 2015 года я  обратился к Генеральному прокурору РТ и Директору Агентства с заявлением и представил убедительные факты и доводы защиты о том, что уголовное дело против моего подзащитного возбуждено незаконно, лишь на основании  фактов, сфабрикованных  сотрудником Агентства Махмадзода.

Следствие ведется односторонне, с грубым нарушением основных принципов Уголовно-процессуального законодательства и с существенным ограничением прав обвиняемого на защиту. В частности, я писал, что сотрудник Агентства Махмадзода Ф., с целью создания искусственных доказательств обвинения и фабрикации дела, проводя ревизию, неоднократно сам требовал, сам провоцировал и сам организовал дачу взятки в размере 3 млн. сомони. Указав при этом на необходимость передачи взятки «наверх!». Он якобы действовал от имени руководства Агентства, намекая на сына президента, а в случае отказа Ин Сюандэ, угрожал ему арестом!

К вашему сведению, китайский гражданин сам не давал взятку, а находясь в салоне автомашины, записал на диктофон и фотографировал момент передачи переводчиком в целлофановом пакете денег в размере 3 млн. сомони Махмадзода.  Потом Ин Сюандэ планировал через Китайского Посла и Министра иностранных дел Таджикистана обратиться к Вам – Президенту с заявлением и доказательствами того, что творит Агентство по борьбе с коррупцией против иностранного инвестора и налогоплательщика! Но тогда он был задержан и заключен под стражу.

В связи с этим, представляя факты и доводы защиты, я, как адвокат и как гражданин, просил Генерального прокурора:

1. Восстановить нарушенные права китайского гражданина и обеспечить  надлежащий надзор за законностью расследования дела.

2. На основании статей 61 и 66 Уголовно-процессуального Кодекса РТ отстранить от ведения уголовного дела Ин Сюандэ следователя Агентства Ниёзбадалова Ф. и того же Махмадзода Ф., который в этом деле незаконно представляет нескольких процессуальных фигур: ревизора, вымогателя взятки, «заявителя» «потерпевшего», «свидетеля» и следователя, участвовавшего в задержании подозреваемого «с поличным». И более того, продолжает руководить проведением ревизии финансово-хозяйственной деятельности уже арестованного Ин Сюандэ, незаконно добиваясь «улик».

3. Возбудить уголовное дело против организаторов провокации взятки, в том числе в отношении Ниёзбадалова, который, злоупотребляя своим служебным положением, явно превысил власть и при свидетелях оскорбил меня – адвоката нецензурными словами, а потом оклеветал в совершении особо тяжкого государственного преступления – измене Родины, и, не предоставив материалы дела и возможности свидания со своим подзащитным, незаконно отстранил меня от защиты  Ин Сюандэ.

В соответствии с требованиями Уголовно-процессуального закона, Генеральная прокуратура была обязана рассмотреть жалобу в течении трех суток с момента получения, всесторонне проверить изложенные в ней доводы и по каждому требованию заявителя принять соответствующие процессуальные решения.( статьи 119 – 122 УПК РТ)

В частности, о полном или частичном удовлетворении жалобы или об отказе прокурор обязан вынести мотивированное постановление, о чем в трехдневный срок сообщается заявителю. Тогда я мог бы воспользоваться   правом обжаловать это решение в суде!  ( статьи 123, 140 – 141,145 и 149 УПК).

Однако, вопреки Конституции, Закону «Об органах Прокуратуры РТ» и требования процессуального законодательства относительно рассмотрения моего заявления, прокурор проявил явное бездействие. Прокурор сам допустил произвол, заведомо скрывая должностные преступления следователя и специалиста Агентства и не приняв по жалобе никакого процессуального решения. То есть и прокурор не захотел, чтобы адвокат вывел на чистую воду фальсификаторов и провокаторов!..

По истечении срока я повторно, а затем в третий раз, обратился к Генеральному прокурору и Директору Антикоррупционного ведомства с жалобами: «Следователь Ниёзбадалов, чувствуя поддержку прокурора и своего руководства, уверенный в своей безнаказанности, смеётся над адвокатом, открыто совершает грубые, неэтичные и незаконные действия, существенно ухудшив положение обвиняемого и оставив его без права на защиту.

Убедительно прошу Вас обратить серьезное внимание на мое заявление от 5 августа 2015 года и следующие обстоятельства:

1. Ин Сюандэ, не знающий таджикского языка, до сих пор не ознакомлен с протоколами следственных действий, проведенных с его участием. В частности, ему не выданы копии протокола о его задержания в качестве подозреваемого и копии постановления о привлечении в качестве обвиняемого, и потому он и его защитники до  не знают, в чем его обвиняют? А адвокаты лишены права общения наедине со своим подзащитным. (Нужно добавить, до сих пор – 2016 года…)

2. В то время, когда у обвиняемого Ин Сюандэ имеются два законно избранных им самим защитника, почему-то предъявление обвинения и его допрос якобы происходили при неизвестном обвиняемому адвокате Сангове О. Последний является подставным лицом самого следователя Ниёзбадалова Ф., который путем провокации незаконно отстранил меня – Джураева от защиты Ин Сюандэ.  После чего следователь постоянно, требует от Ин Сюандэ официального отказа от моих услуг и дачи «признания» в ещё не предъявленных, но в уже незаконно объявленных через СМИ обвинениях…

3. Ниёзбадалов открыто фальсифицирует улики, неверно отражает в протоколах следственных действий показания обвиняемого и заявления его защитников, на замечания не реагирует, и оскорбляет адвоката.

За этот период, в установленные дни приема для посетителей, я четырежды пытался добиться личного приёма у директора Агентства Рустама Эмомали, чтобы  представить  ему свои доказательства  истинного положения дела, и сказать о том, что некоторые его подчиненные скрывают от него правду, совершают неблаговидные дела, компрометируя его.

И каждый раз мне говорили: «Директор Агентства сегодня не принимает?!»

В своём пятом по счету заявлении от 01.09.2015 года я писал:

«Прошел почти месяц, так будет ли какое-нибудь реагирование на постоянную грубость, наглое поведение и вседозволенность следователя Ниёзбадалова? Его клевета была гнусной и преступной, и поэтому это нельзя оставлять безнаказанным!!»

Только 3 сентября 2015 года из Генеральной прокуратуры я получил уведомление за №31/189ш – 15/5, подписанное 27 августа заместителем Генпрокурора – генерал-майором юстиции Вахобовым В.М.

Из его ответа следует, что мои заявления являются необоснованными, потому жалоба оставлена без удовлетворения.

Новым заявлением я возразил Генеральному прокурору:

«Такое заключение Вашего заместителя является произвольным, поскольку мои доводы не опровергнуты, а по жалобе не приняты процессуальные решения. То есть, я жалуюсь и говорю об одном, а прокурор, искажая суть моей жалобы, пишет мне совершенно о другом.

В ответе–уведомлении зам. Генпрокурора относительно моего требования о возбуждении против следователя уголовного дела говорилось следующее:

«Что касается вашего очередного довода относительно того, что в ходе следственного действия с вашим подзащитным Ин Сюандэ 31 июля 2015 года, после его завершения, следователь Ниёзбадалов Ф. оклеветал Вас, обвинив в измене Родине, то этот факт является необоснованным, поскольку в ходе проверки не нашёл своего подтверждения».

А я, адвокат, пожаловался:

«Уважаемый Генеральный прокурор, хотя бы краем глаз взгляните на мои заявления, а потом прочтите ответ своего заместителя! Что за странная «проверка», в ходе которой из названных мною шести свидетелей пятеро вообще не допрошены. Но почему-то прокурор, не установив действительные обстоятельства дела, еще до проверки, заранее приходит к   неверному выводу. Давайте посмотрим, что я писал, а что прокурор «проверял», и как он «опровергал» доводы заявителя – фактами или своей выдумкой?

Из заявления адвоката на имя Генпрокурора Рахмонова Ю.А. и Директора Агентства по борьбе с коррупцией Рустама Эмомали от 05.08.2015 года:

«…По этой причине 31.07.2015, в ходе допроса обвиняемого Ин Сюандэ, в присутствии двух переводчиков и вышеназванного адвоката (Маджонова С.), я заявил отвод следователю Ниёзбадалову, что отражено в протоколе допроса. После чего Ниёзбадалов, без всякой на то причины, назвал меня провокатором, оскорбил и одному оперативнику поручил обыскать мои карманы со словами: «Обыщи карманы этого провокатора, в них он имеет несколько записывающих устройств».

Я заявил, что без основания никто не имеет право обыскивать карманы адвоката. В карманах никаких записывающих устройств, даже телефона у меня нет. Если вы считаете нужным обыскать мои карманы, то вынесите об этом постановление, потом я подумаю!..»

Теперь обратите особое внимание на реакцию следователя, чем он ответил адвокату!..

«…Когда обвиняемый отказался дать показания, и мы отразили это в протоколе допроса, я попросил следователя предоставить мне 5 минут свидания наедине со своим подзащитным Ин Сюандэ, чтобы совместно обсудить и письменно обосновать заявление об его отводе на имя прокурора. Ниёзбадалов, в присутствии пяти человек, мне грубо заявил:

«Я тебе, оппозиционеру, предателю Родины, ничего не дам. Я знаю, что ты, в «февральских событиях» (в 1990 году, после Амиркула Азимова, бывшего Генпрокурора, ныне тестя Ниёзбадалова,  я руководил расследованием этого дела) и войне (в 1992 – я исполнял обязанности Генпрокурора) работал в пользу оппозиции и изменил Родине. Вон из моего кабинета, чтобы я тебя больше здесь не видел!»

С этими словами следователь, даже отец (прокурор) которого является моложе меня, вытолкал меня до порога своего служебного кабинета.

Я тут же зашел к начальнику Следственного управления Агентства Фирузу Холмуродову и заявил о случившемся.( в присутствии адвоката Марджонова и переводчика). Даже вывернул карманы свои и показал ему, что нет, и не было у меня записывающего устройства.

Что касается результатов расследования дела по февральским событиям 1990 года,- сказал я Холмуродову, а потом писал в указанной своей жалобе,  то оно неоднократно было проверено двумя Генеральными прокурорами Таджикистана, Генеральными прокурорами СССР А.Я.Сухаревым и Н.И. Трубиным, а также  рассматривались  Бюро ЦК КП Таджикистана и Политбюро ЦК КПСС, и лично президентами К.М. Махкамовым и М.С. Горбачевым, и, всеми,  мои решения были признаны законными и обоснованными!

А моя деятельность в должности и.о. Генерального прокурора Таджикистана также проверялось высшими органами государственной власти и действующими Генеральными прокурорами. Ими даже не критиковались. Напротив,  они неоднократно отмечали, что в период гражданского противостояния 1992 года, органы прокуратуры были единственными государственными органами, которые твердо отстаивали позицию законности и верности Конституционному строю, и активно способствовали решению вопроса о власти только конституционному строю.

А Ваш следователь Ниёзбадалов, не имел никакого права ворошить прошлое и давать юридическую оценку моей деятельности 20-25-летней давности, без основания обвиняя меня в измене Родине. Услышать такое обвинение мне, верно служившему своей стране – это хуже чем смерть!».

Далее, в своих заявлениях писал я Генпрокурору и Директору Агентства: «Обратите внимание, следователь Ниёзбадалов издевается над адвокатом, заставляя Ин Сюандэ отказаться от моих услуг и дать ложные «признания». А 11 августа он, в открытую совершив новую фальсификацию документа, в присутствии пяти участников следственного мероприятия и другого следователя Агентства, вновь грубо оскорбил меня неприличными словами. Моё заявление об этом зафиксировано в протоколе допроса Ин Сюандэ, записанном на видео, и подтверждено подписями свидетелей, а также и следователя, составившего протокол.

Пожалуйста, пересмотрите произвольное решение своего заместителя!»- просил  я Генпрокурора!

 Однако Генпрокурор вновь не рассматривает мою жалобу. А тот же Вахобов В.М., на незаконные действия которого я жаловался, мне отвечает: «Твои необоснованные заявления уже рассматривались. Пересмотру не подлежат!»

Я вновь обращаюсь к Генпрокурору и директору Агентства. Первый опять молчит, а, придя, ко второму, снова натолкнулся на непробиваемую стену. Меня не допускают к нему (это 6-я попытка) с теми же словами: «Рустам Эмомали сегодня не принимает, обратитесь к другому».

Раз так, решил я, нужно обратиться в суд, надеясь на справедливость!

В частности я писал: «Приведенные факты и доказательства свидетельствуют о том, что Генеральная прокуратура не выполняет свои Конституционные функции, сама нарушает Конституцию, собственный Закон «Об органах прокуратуры РТ» и основные принципы уголовно-процессуального закона и скрывает фальсификацию дела и должностные преступления следователя Агентства  Ниёзбадалова.

 Ввиду того, что  его деяния были преступными, потому он не должен оставаться безнаказанным!!! Поэтому просил суд:

1) Привлечь внимание Генерального прокурора и Директора Агентства на нарушение законности при расследовании дела китайского гражданина Ин Сюандэ.

2) Судебным решением обязать Генерального прокурора обеспечить надзор за законностью расследования дела и пересмотреть произвольное решение своего заместителя.

А теперь, господин Президент, посмотрите, что творят Вами назначенные, доверенные судьи из района Сино – Бадалзода Махмуд Мухаммади, и из района Фирдавси – Бобозода А.Б.!

В соответствии с Законом (требованиями статьи 124 УПК РТ) такая жалоба должна рассматриваться судьей единолично в течение 10 суток. Прокурор обязан предоставить в суд материалы проверки по жалобе.

Однако, судья сделал все возможное, чтобы не рассматривать мою жалобу. То говорил мне, что прокурор не является в суд и не дает суду материалы проверки, то по другим причинам, не обоснованным законом, и тянул время под разными предлогами. На встречах он отвечал мне, чтобы я ждал.

Я жду, и ждал с 28 сентября!  Наступил 2016 год. А решение суда всё нет и нет!  В общем, судья отказался от выполнения своих Конституционных обязанностей - осуществления правосудия!...

    А за это время, следователь Ниёзбадалов заявляет: «откажитесь от этого адвоката и возместите «ущерб», иначе я так сделаю, что ты получишь 30 – 40 лет срока. Суд вынесет тот приговор, который мы скажем!? А другой представитель Агентства мне прямо говорит: «Ты зря жалуешься и портишь бумаги. Разве ты не понимаешь, что ты все время стреляешь мимо! А если они… однажды в тебя стрельнуть, то не промахнуться!?..» Похоже, что здесь они правы, и точно знают, чем закончиться дело, и чем оно может обернуться для адвоката…

Кому нам теперь жаловаться?? Такому прокурору и такому суду?? Лучше обратимся к новым фактам, что они творят!

Господин Президент, а теперь обратите внимание на произвол доверенного Вашего заместителя Генерального прокурора республики Вахобова В.М., который умышленно сфабриковали доказательства вины китайского гражданина Ин Сюандэ в хищении денежных средств, искусственно раздувая их до небывалых размеров – 39 млн. сомони. А упомянутый судья Бобозода А.Б. под их давлением вынес заведомо неправосудное решение, узаконивая Ложь!

Так после отказа жены Ин Сюандэ возместить «ущерб от преступления» за счет средств заработанных коллективом рабочих предприятия, Махмадзода и Ниёзбадалов, действуя от имени Директора Агентства, сначала устно, а потом письменно незаконно лишили коллектив ООО «Сад Дарё» и государственного собственника, в лице Дирекции по строительству правительственных объектов, права распоряжаться своим имуществом.  А когда те пожаловались, то следователь, прокурор и судья района Фирдавси Бобозода приняли заведомо неправосудное решение об изъятии денежных средств в сумме 9282240 сомони, находящихся на счету у государственного учреждения, и выдали их как принадлежащие лично  обвиняемому в «хищении» Ин Сюандэ.

Более того, в своем решении от 17 октября 2015 года, судья сам придумал доказательства обвинения, преждевременно признав факт хищения в размере 39 млн. сомони лицом, которому сами органы предварительного следствия не предъявили даже обвинение в содеянном.

 Таким образом, вынесено незаконное решение, что гражданин КНР совершил хищение государственных средств в размере 39 млн сомони, и для возмещения ущерба от его преступных действий нужно наложить арест на средства в размере 9 млн.282240 сомони, принадлежащие лично Ин Сюандэ.  Хотя по материалам дела и документальными подтверждениями заказчика-Дирекции по строительству правительственных объектов, данные средства являлись бюджетными и на тот момент находились на счету Дирекции, то есть в распоряжении государства.  Ин Сюандэ не мог украсть бюджетные деньги и не мог распоряжаться этим имуществом, так как с 16 июля 2015 года находился под стражей в следственном изоляторе. Более того,  половина указанной суммы была отработана коллективом рабочих после ареста китайского гражданина, и никак не могла принадлежать ему.

И создалась абсурдная ситуация. Заказчик – Дирекция не может распоряжаться своими средствами и оплатить коллективу ООО «Сад Дарё» произведенные строительные работы, а предприятие не может рассчитаться с поставщиками, выдать рабочим зарплату и оплатить налоги.  Налоговые же органы, ранее при неоднократных проверках предприятия не находили фактов уклонения от налогов, а теперь, под давлением Агентства,  якобы  «нашли невыполнение налоговых обязательств»,  закрыли счета и наложили штрафные санкции на налогоплательщика за чужую вину!

А в чем же здесь вина Ин Сюандэ и рабочих коллектива «Сад Дарё», у которых незаконно забираются честно заработанные деньги?

И это еще не всё! Сотрудники Агентства своими незаконными письменными указаниями заставляли Ин Сюандэ, его жену – и.о. директора ООО «Сад Дарё», а также и Дирекцию строительства правительственных объектов, чтобы они платежными поручениями перечислили эти деньги на специальный счет Агентства по борьбе с коррупцией. Оно же включит их в свою отчетность, как возмещение «ущерба», якобы нанесенное обвиняемым. А Министерству финансов поручили внести эту сумму на специальный счет как новое поступление в казну от «возмещения ущерба» из кармана «расхитителя» Ин Сюандэ?!

Так кому нужны  очковтирательство, ложные показатели и видимость в работе, то есть  ОБМАН государства??

Разве это не государственный грабеж, совершенный самими должностными лицами государства! Это, как в известном комедийном фильме: «Старики–разбойники!», когда престарелый следователь, среди белого дня из музея, сам ворует картину, сам ее находит, а потом отчитывается как за раскрытое преступление! Правда там, в кино, не было видных фигур, таких как прокурор и судья.

То есть сами служители Закона действовали по известной преступной формуле, практикуемой в 30-е годы прошлого века: «Был бы человек, а статья найдётся!..»

То есть, искусственно создали дело о даче взятки, а теперь, три представителя Закона, сами своровали, сами положили их в карман «вора», сами потом изъяли и отчитались, что нашли вора и обратно вернули их в казну государства, только в другой «карман» – в казну Министерства финансов!

Фантастика!

Вот так они, на примерах дел исфаринцев, Гиссарской налоговой инспекции и известного кинорежиссера, используя «богатый» опыт, метод и стиль работы Шерхона Салимзода и Нусратулло Абдуллаева, преподносят Президенту надуманные дела, как подлинные! Ставят себя выше Закона!

Кто в действительности дискредитирует государственную власть и вредит людям?? Адвокат или фальсификаторы – настоящие предатели истины?

Напрашивается вопрос: «Если согласно Конституции и уголовного законодательства все равны перед Законом, то почему бы Генеральному прокурору Юсуфу Рахмонову и Директору Агентства Рустаму Эмомали не привлечь к уголовной ответственности следователей, зам. Генерального прокурора и судей за должностные преступления и преступления против основ правосудия?!

И почему бы не оставить на свободе Ин Сюандэ, чтобы совместно с заказчиком и материально-ответственными лицами он мог лично участвовать в контрольных замерах и проверке фактически выполненных строительных работ и независимой повторной ревизии и судебно-бухгалтерской экспертизы? У защиты имеются неоспоримые доказательства того, что ревизия и замеры строительных объектов были произведены под руководством явно заинтересованного в исходе дела того же Махмадзода и его подчиненными – неправильно, без участия ответственных лиц и Дирекции, принимавшей ранее объекты без замечания. Фактически произведенные работы необоснованно не приняты во внимание, а результат ревизии являются фабрикованными по той причине когда китайский гражданин отказался давать взятку ревизору Махмадзода, о чем  Ин Сюандэ заявил следствию с самого начала. Однако эти его доводы, как и другие существен