Марина Адамович, жена перенесшего инсульт и освобожденного 19 февраля лидера белорусской оппозиции Николая Статкевича, рассказала литовскому изданию LRT о состоянии мужа. Николай Статкевич вернулся домой 19 февраля, но, по словам супруги, он до сих пор остается без официальных бумаг, что мешает полноценному лечению. «Николай оказался дома вечером 19 февраля. Без паспорта, без каких-либо документов, без эпикриза или какой-либо выписки из медицинских документов, без понимания статуса. Это создает большие проблемы для оперативного оказания медицинской помощи. Могу только сказать, что сегодня он выглядит и чувствует себя лучше, чем в тот момент, когда я увидела его в тюремной больнице впервые за 3 года и почти 8 месяцев», — рассказывает Марина Адамович. Она отмечает, что серьёзные проблемы со здоровьем у Николая начались в январе — тогда его экстренно госпитализировали. Инсульт, а точнее инфаркт мозга, произошел 21 января. По словам Николая, в тот же вечер его привезли в Минск, в больницу. Николай очень благодарен врачам за профессионализм. Сегодня большинство функций организма восстановлены», — говорит супруга. «Но он рассказал, что с момента, когда его вернули в колонию после попытки вывезти из Беларуси, ему перестали выдавать остро необходимые ему лекарства либо заменяли их на, мягко говоря, малоэффективные. Например, вместо «Ривароксабана» (Ксарелто) выдавали обычный аспирин. Делайте выводы сами. Всё это время я искала его, в том числе для того, чтобы он не оставался без необходимых лекарств, которые я отправляла в колонию», — добавляет она. Дом, покой, прогулки По словам Адамович, сейчас процесс реабилитации осложнен рядом проблем. «Сегодня у нас нет ничего, на что можно опереться: ни понимания правового статуса и возможности выехать на реабилитацию, ни медицинских документов, ни даже паспорта. Поэтому сейчас это дом, покой, прогулки, качественная еда и самые необходимые лекарства по совету врача, который его лечил», — рассказывает жена политика. Она признается, что из-за проблем с речью восстановление проходит непросто, и общение пока дается с трудом. «Это пока очень сложно, особенно с учётом того, как много важного нам нужно сказать друг другу за те почти шесть лет, и как важно Николаю выговориться и быть услышанным, а мне — услышать его», — говорит Марина. Говоря о первых днях после возвращения домой, жена политика отмечает, что несмотря на пережитое, главное ощущение сейчас — радость и чувство единства. «Это очень радостное чувство, особенно когда вы снова и снова убеждаетесь, что ничего не изменилось, что вы по-прежнему вместе и смотрите в одну сторону и что этих почти шести лет как будто и не было — кажется, что всё это время вы были вместе», — подчеркивает она. Заявление на имя главного врача О том, что муж выходит на свободу, Марина узнала внезапно — всё решилось буквально в считанные минуты. «Ровно за пять минут до того, как это произошло, когда начальник тюремной больницы сказал, что если я хочу, то могу забрать Николая домой, чтобы он продолжал восстанавливаться в домашних условиях. Я спросила: «Что для этого от меня нужно?» Оказалось, что — заявление на имя начальника больницы с просьбой «освободить для реабилитации в домашних условиях»», — подчеркивает женщина. «Вот так всё просто. Забрать мужа из тюремной больницы, режимного объекта, можно по заявлению на имя главного врача, точнее — начальника больницы. Впрочем, я уже знакома с официальной версией его освобождения», — добавляет она. Говоря о событиях на границе и отказе покинуть Беларусь, Марина подчёркивает, что понимала, каким будет его выбор, и приняла его. «Я не сомневалась в том, что при попытке депортации он примет именно такое решение, и мне было тревожно и страшно. Но я поддерживала и буду поддерживать его всегда. «Человеческие ценности стоят того, чтобы человек был готов за них заплатить», — это его убеждение. Он был готов к любой цене. Сейчас мы вместе, и мы справимся», — подытоживает жена политика Марина Адамович.
