В фигурном катании грядет революция? Календарь и правила могут измениться уже в следующем году
Разбираемся в возможных нововведениях.
В недавнем интервью Антон Сихарулидзе обмолвился о вещах, которые заставляют пристальнее вглядываться в будущее вида спорта, который мы так любим. Президент Федерации фигурного катания России признался, что они сейчас находятся в своеобразном подвешенном состоянии: планировать календарь на следующий сезон сложно, потому что Международный союз конькобежцев готовит глобальные перемены по окончании олимпийского цикла, а конкретики по срокам и наполнению все еще нет. Тем не менее на основе инсайдов СМИ и пресловутой логики уже можно представить, каким будет новый облик фигурки.
Самое масштабное изменение коснется структуры сезона. Действующий календарь, по мнению мировых боссов, давно требует пересмотра: слишком плотная программа на осень с этапами Гран-при и «челленджерами» чуть ли не каждую неделю, порой наложение турниров друг на друга и недостаточные паузы для восстановления. ISU видит выход в удлинении соревновательного периода — его предлагается проводить с сентября по апрель, а не с октября по март, как сейчас. Как этого добиться?
Чемпионат мира в таком случае можно сдвинуть аж на вторую неделю апреля. Чемпионат Европы и чемпионат четырех континентов, согласно проекту, планируется проводить в один временной отрезок — на второй неделе марта, а не как сейчас в январе, и то не в согласованном между собой порядке. На стыке февраля и марта предполагается юниорский чемпионат мира — здесь глобально ничего не поменяется. При этом национальные первенства в неолимпийские сезоны следует перенести на вторую половину февраля. Последнее стратегически значимо с точки зрения выхода спортсменов на пиковую форму четко в преддверии главных стартов.
Ключевая же интрига кроется в реформировании серии Гран-при. В материалах ISU с описанием возможных преобразований, вынесенных на повестку, прописано введение двух новых турниров — полуфиналов Гран-при в начале или середине января в те годы, когда нет Олимпийских игр. Финал серии, соответственно, сдвинется на стык января и февраля. По сути, ISU растягивает главную коммерческую серию на три месяца, превращая ее в полноценный чемпионат с промежуточными раундами. Логика понятна: больше турниров — больше прав на трансляции, больше рекламных контрактов, больше вовлеченности зрителя. Но очевидно, что это приведет к серьезной ломке привычного графика, в том числе тренировочного процесса.
Кроме того, пока непонятно, удастся ли сезону обрести ту самую сбалансированность, о которой заявляют чиновники. Казалось бы, для соблюдения инновационного тайминга придется либо делать паузу между этапами в несколько недель, либо увеличивать их количество и принуждать фигуристов выступать более чем на двух этапах — иначе на три месяца шесть этапов Гран-при не растянуть. Но если ссылаться на турнирный план, которым делились РИА Новости еще в январе, становится понятно, что облик соревновательного отрезка пока выглядит странно. В программе останутся все те же шесть этапов, но по системе два через два — две недели отдых от стартов (не считая «бэшек»), две недели подряд Гран-при. При этом в декабре будут проводить только «челленджеры», на которые топ-фигуристы доезжают редко.
Параллельно с календарной реформой ISU продвигает изменения в формате самих программ. Речь идет уже не просто о корректировках, а о принципиально новом подходе к тому, что зритель видит на льду. В частности среди идей, которые были озвучены на последних заседаниях Совета ISU, следует, что боссы фигурки планируют сократить длительность программ — якобы для увеличения темпа соревнований и повышения вовлеченности зрителей. На сколько конкретно — пока вопрос дискуссий, но Сихарулидзе в интервью упоминал возможные 2 минуты 40 секунд для обеих программ.
Кроме того, ISU изучает возможность обязать фигуристов готовить на сезон две разные произвольные программы в дополнение к одной короткой — и вновь в качестве миссии здесь как бы заложено повышение универсальности и артистизма. Идея, прямо скажем, неоднозначная. С одной стороны, это заставит спортсменов выходить из зоны комфорта и развивать не только прыжковую базу, но и актерское мастерство. С другой — количество не тождественно качеству. Впрочем, практика показывает, что смена программы в середине сезона может дать неожиданный эффект. На недавнем финале Гран-при в Челябинске Ксения Гущина, Анна Фролова, Николай Угожаев, Александра Бойкова/Дмитрий Козловский выходили с программами прошлых лет, и, как бы парадоксально ни было, это смотрелось свежо.
Еще одна важная деталь касается разминок. ISU предлагает полностью переработать концепцию шестиминуток или вовсе отменить их, убрав из эфирного расписания. По новому концепту фигуристы будут разминаться до начала прямой трансляции, а в перерывах между группами зрителям покажут видеоматериалы длительностью 3–4 минуты. Решение продиктовано исключительно телевизионной логикой: каналам нужны ровные хронометражи и никаких «пустых» окон. Но весь этот дискурс — общая канва обсуждений, которая еще будет согласовываться на уровне стран-участниц ISU. Да и вообще, судя по инсайдам, вряд ли к реализации хоть каких-то из этих реформ ISU приступит прямо в грядущем сезоне.
Тем более примечательно, что эти изменения наслаиваются на уже принятые за прошедшие четыре года решения. Напомним: на конгрессе в Лас-Вегасе ISU сократил количество прыжковых элементов в произвольной программе с семи до шести — эта норма вступит в силу как раз с сезона-2026/27. Тогда же число каскадов и секвенций ограничат двумя, а один и тот же прыжок можно будет повторить не более трех раз за прокат. В парном катании поддержки и вращения лишатся уровней сложности, трансформируясь в хореографические элемент. По сути, в той или иной мере все это формирует общую стратегию по повышению зрелищности фигурки. Из того, что уже было осуществлено за это время и также очевидно вписывается в парадигму — это легализация сальто.
Если сложить элементы пазла, вырисовывается следующая картина. ISU движется к модели, в которой фигурка становится более динамичной, телевизионной и предсказуемой с точки зрения тайминга. Длинные программы уходят в прошлое, шестиминутки — тоже, количество прыжков сокращается, зато появляется все больше стартов и вариаций программ, а вместе с тем — возможностей мелькать для фигуристов. Если идеи получат одобрение, спортсменам придется адаптироваться к новым реалиям, где универсальность и гибкость могут взять верх над техничностью и прогрессом.
Разумеется, сейчас инициативы носят предварительный характер и должны пройти процедуру утверждения. Согласно регламенту, предложения будут вынесены на рассмотрение совета ISU весной 2026-го. Если Совет их одобрит, следующим этапом станет голосование на июньском Конгрессе. В случае положительного решения изменения в календарь планируется ввести с сезона-2027/28, а не с грядущего 2026/27, как намекнул Антон Тариэльевич в интервью. Но быть может, Сихарулидзе предлагает готовиться к глобальным переменам превентивно и протестировать новую турнирную сетку уже с начала цикла. Наши фигуристы и так ведь уже столько лет находятся под грузом неопределенности и отрыва от мировых реалий…
Вообще, если посмотреть на результаты Милана и реформы отстраненно, приходит мысль, что фигурное катание и правда нуждалось в какой-то встряске. Вопрос лишь в том, не уничтожат ли эти изменения то самое магическое сочетание сложности и искусства на льду. И сумеем ли мы грамотно адаптироваться к обновлениям до того, как нас вновь позовут на международку…