Равнение на кокошник
На острие информационной повестки оказались кокошники. Внезапно. Вся страна, включая даже президента, обсуждает женский головной убор еще допетровской эпохи, каким-то невероятным образом оказавшийся в арсенале современных модниц.
«У нас возрождается такая русская традиция: девочки, молодые девушки, на свои мероприятия — например, где-то отдыхают, в барах, — приходят в кокошниках, русских нарядах. Знаете, это не шутка. Меня это очень радует», - сказал президент России Владимир Путин 2 октября на заседании международного дискуссионного клуба «Валдай».
Глава государства считает, что наметившаяся тенденция свидетельствует о зрелости российского общества. Трудно с ним не согласиться, глядя, как улицы, офисы и школы заполняют женщины, девушки и девочки в кокошниках. Самая популярная вариация — кокошник-ободок, чуть выступающий вверх над волосами. Такими забиты маркетплейсы, а мастера хенд-мейда изготавливают их сами или расцвечивают китайские заготовки.
Впрочем, дозрели не все. В Челябинской области разразился скандал всероссийского масштаба. Учительница начальных классов запретила второкласснице появляться на уроках в таком ободке. А маме девочки заявила в переписке: «Вы не на маскараде, у нас форма, деловой стиль». Теперь в школе работает конфликтная комиссия с участием представителей местного управления образования. Симптоматично всё: и возмущение учительницы, приравнивающей элемент традиционного народного костюма к «маскараду», и факт обсуждения ситуации на всероссийском уровне. Долгое время русские этнические элементы в одежде именно так и воспринимались — как у ряженых на маскараде. В отдельных умах такой образ все еще сохраняется, но общество в целом больше не готово хихикать над своей идентичностью. Русские проявляют себя и делают это с гордостью. Потому уральский случай и взволновал всю страна.
Да вы только подумайте, что мы обсуждаем. Кокошники!
Мы много говорим про этническое разнообразие и процветание культур всех народностей России, потому что только так можно обеспечить межэтнический мир, утрата которого приводит к самым страшным последствиям. И на Псковской Ленте Новостей мы регулярно занимаемся проектами, продвигающими этнические сообщества Псковщины. Я и сама два сезона писала статьи о псковичках разных национальностей. Я тоже — псковичка. И я — русская, по крови и по самоощущениям. Как и подавляющее большинство жителей Псковской области, не зря наш регион считается моноэтническим, с подавляющей массой (если слово «масса» применимо к населению в 580 тысяч человек) русского компонента. Наконец, и для русских настало время открыто говорить о вопросах, актуальных для своей народности.
Маркетплейсы завалены ободками «под кокошник».
С чего вдруг такой ренессанс? Думаю, русские, наконец-то, перестали стесняться сами себя. Потребность в проявлении зрела давно, но человек — существо, не склонное отрываться от коллектива. И когда тебе насаждают чуждую культуру, ты гребешь в общем фарватере, не задумываясь о происходящем. И вдруг шлюзы прорвало. Последние события подействовали, словно разрешение. Когда культурную пену смыло по Дубаям и Лос-Анджелесам, страна очнулась от морока. А мы-то что? Мы-то кто? А мы — русские. Русским стало быть не только можно, но и модно.
Поспособствовали и попытки отмены русской культуры в западных странах. Они позволили нам посмотреть на свою культуру другими глазами, не воспринимать ее как нечто самой собой разумеющееся и доступное по умолчанию. Нет, это то, что надо отстаивать, если не хочешь однажды обнаружить засунутым под лавку. Сыграл и ген противоречия. Уж в чем русские хороши, так это в сплочении при появлении врагов и «врагов». Тогда уж инертная кисельная масса застывает твердым камнем, который способен прилететь прямо в лоб. Равнодушие к русской культуре, которое русские демонстрировали годами, сменилось нарочитой демонстрацией приверженности корням. Хотя бы и через одежду.
Что уж там кокошники. Сейчас в российской модной индустрии разворачивается интересная ситуация. Спор об авторском праве между владельцем бренда Zarina (насквозь русского, но обозначенного латиницей по ушедшему тренду прошлых лет) и «Крестецкой строчкой», владельцем авторского права на узоры особого кружева с истоком в соседней к нам Новгородской области.
Производитель одежды, держа нос по ветру и чуя коммерческую выгоду в развороте национального сознания, решил использовать строчку в новой коллекции. Но с правообладателем не договорился, бахнул так. И получил обвинения в незаконном использовании. Оставим в стороне вопрос, каким образом народный узор стал предметом чьего-то авторского права. Посмотрим на ситуацию шире.
Понимаете? Спор о традиционном русском узоре в модной индустрии!
Мнение о возрождении национального самосознания разделяют не все. Противоположная точка зрения, которую я привожу объективности ради, гласит, что все это — кич и игра в традиционные ценности. А играют в нее приспособленцы, примеряющие роль турбопатриотов. Сиюминутное порождение времени, в котором мы оказались, такого же порядка, как цветные лосины в 90-х. А коммерсантам все равно, что продавать, лосины или кокошники, платила бы публика деньги.
Но я с такой аргументацией не согласна. Факты свидетельствуют об ином. Смотрите, у нас целое поколение выросло и обзавелось собственными детьми в отрыве от корней. Даже растение мгновенно погибает, если отсечь стебель от корня. Человек существо более гибкое, более готовое приспосабливаться. Но даже у этого ценного умения есть свой запас прочности. Невозможно бесконечно гнуться — сломаешься. Не может человек оставаться цельным, если вынуть из него самую сердцевину, основу идентичности.
Не имея ранее возможностей для выражения самости, русские действовали через детей. Отсюда у нас полные детские сады и уже даже школы с Всеволодами и Богданами, с Мирославами и Златами. Кто-то скажет, дескать, мода. Да, имянаречение ей тоже подвержено. Но и мода рождается не на пустом месте. Ну не будут люди в таком важном вопросе следовать тренду, который не находит отклика глубоко в душе. Значит, находит. Значит тянет к корням-то. Коллективное бессознательное так прорывается.
Потому так и зашла народу песня Шамана «Я русский». Не потому что композиция гениальная, а исполнитель — золотой голос страны. А потому, что пролилась она целительным дождем на иссохшуюся почву в душах соотечественников. А теперь уже подростки на полном серьезе устраивают аншлаги на концертах Надежды Кадышевой. Не по приколу, а потому что русская душа тянется к своим.
Тренд на кокошники начался, как стеб. Многие сейчас вспоминают озорное семейство болельщиков с чемпионата мира по футболу, проходившего в России в 2018 году. Вирусом разошлась в СМИ и соцсетях фотография с трибун, где семья сидит в утрированно русских образах.
Прошло совсем немного времени, но 2018 год вспоминается, словно события из прошлой жизни. Отношение кардинально переменилось. Прежде всего, к самим себе.
Да что 2018 год. Буквально прошлым летом на сап-фесте во время Дней города в Пскове выбирали лучшие костюмы. Событие яркое, современное, собравшее участников на воде и зрителей на набережных обеих рек. Первые три приза получили Аватар, Харли Квин и Маска. И ни у кого ничего не кольнуло. Я тогда писала в авторской колонке о культурном тупике, в который мы сами себя завели. Призывала ни в коем случае не запрещать персонажей западной поп-культуры, но создавать такую среду, в которой участники сами захотели бы примерить костюм да хоть бы и Ивана-дурака.
И что вы думаете? В этом году гран-при сап-феста взял Космонавт, а приз зрительских симпатий ушел Бабе-Яге.
Теперь мы в СМИ читаем мудреные замечания специалистов по культуре и стилистов, призывающих отличать кокошник замужних женщин от девичьего венца. Мол, ободок-то не настоящий. Ну да. Ненастоящий. Современная стилизация народного костюма, снова шагнувшая в народ. Что характерно, без всякой указки сверху.
На фоне всего происходящего ярче светится конкурс народного костюма от псковского Дома ремесел. В визуальном оформлении анонсов как раз использовали кокошники. Будет интересно посмотреть, как местные творцы воспользуются восходящим трендом.
Нам еще стилизовать и стилизовать. Материала — полные закрома. Один образец на днях привезла из Пскова в Москву Наталия Соколова, региональный уполномоченный по правам ребенка, принимавшая участие во встрече омбудсменов на ВДНХ. Ее коллеги представляли народные костюмы со своих территорий, а наша произвела фурор в жемчужном шишаке Псковской губернии.
Как и для чего такие создают сегодня по старинным образцам, я три года назад рассказывала.
Наталия Соколова не в бар пришла, но русский наряд надела. И обратите внимание на групповой снимок: три из десяти уполномоченных стоят в современной одежде — и в тех самых модных ободках-кокошниках.
Ничего невероятного в тренде на кокошники нет. Пену смыло, суть обнажилась. Поутихнет ажиотаж вокруг кокошников — что-нибудь еще из сундуков достанут. Процесс стряхивания пыли уже не остановить. «Мы — русские. Какой восторг!»
Юлия Магера
Для заглавной иллюстрации использовано фото товара из магазина Black Bastet на Wildberries.