«Первый достойный противник»: что немецкие генералы говорили о русских солдатах
Уверенность немецкого командования в молниеносной победе над СССР начала таять уже в первые недели войны. Вместо ожидаемого разгрома вермахт столкнулся с ожесточенным, незнакомым ему ранее сопротивлением. В дневниках, отчетах и мемуарах немецких генералов и солдат сквозит одно и то же чувство — изумление перед противником, которого они совсем не знали.
«Первый серьезный противник»
Еще в июле 1941 года фельдмаршал Браухич сформулировал то, что становилось очевидным для многих: русские — «первый серьезный противник». Начальник Генштаба сухопутных войск Франц Гальдер фиксировал в дневнике ожесточенность боев, отмечая случаи, когда советские бойцы предпочитали взорвать себя в дотах, чем сдаться.
Люфтваффе также столкнулось с неожиданным сопротивлением. Уже 29 июня начальник штаба германских ВВС генерал-майор Гофман фон Вальдау записал: «Качественный уровень советских летчиков куда выше ожидаемого… Ожесточенное сопротивление, его массовый характер не соответствуют нашим первоначальным предположениям». Немцев шокировали не только тараны, но и колоссальные потери: 22 июня они лишились 300 самолетов — такого не случалось ни в одной кампании на Западе.
Как писал английский историк Роберт Кершоу, к осени 1941 года в вермахте родилась красноречивая поговорка: «Лучше три французских кампании, чем одна русская».
Клейст и Манштейн
Фельдмаршал Клейст писал: «Русские с самого начала показали себя как первоклассные воины, и наши успехи в первые месяцы войны объяснялись просто лучшей подготовкой. Обретя боевой опыт, они стали первоклассными солдатами. Они сражались с исключительным упорством, имели поразительную выносливость… ».
Последний хан Хорезма: почему он работал ночным сторожем в Кривом Роге
Отчаянность бойцов Красной Армии поразила и фельдмаршала Манштейна. В своих воспоминаниях он удивлялся: «Советские солдаты поднимали руки, чтобы показать, что они сдаются нам в плен, а после того как наши пехотинцы подходили к ним, они вновь прибегали к оружию; или раненый симулировал смерть, а потом с тыла стрелял в наших солдат».
В книге «Утерянные победы» Манштейн описывал показательный эпизод сражения за Крым, когда 5000 советских бойцов прорывались из каменоломен. «Плотной массой, ведя отдельных солдат под руки, чтобы никто не мог отстать, бросались они на наши линии. Нередко впереди всех находились женщины и девушки-комсомолки, которые, тоже с оружием в руках, воодушевляли бойцов».
«Даже в окружении они продолжают сражаться»
Размышления о Красной Армии оставил начальник штаба 4-й армии вермахта, генерал Гюнтер Блюментрит. В своих дневниках военачальник пришел к выводу, что сила противника в его близком контакте с природой. Именно поэтому красноармеец свободно передвигается ночью и в тумане и не боится мороза. Генерал писал: «Русский солдат предпочитает рукопашную схватку. Его способность, не дрогнув выносить лишения, вызывает истинное удивление. Таков русский солдат, которого мы узнали и к которому прониклись уважением еще четверть века назад».
Также Блюментрит сравнивал русских с предыдущими противниками Германии: «Поведение русских войск даже в первых боях находилось в поразительном контрасте с поведением поляков и западных союзников при поражении. Даже в окружении русские продолжали упорные бои. Там, где дорог не было, русские в большинстве случаев оставались недосягаемыми. Они всегда пытались прорваться на восток… Наше окружение русских редко бывало успешным».
Упорство и знания в области стратегии
После войны генерал-полковник танковых войск и военный теоретик, Гейнц Гудериан, написал статью «Опыт войны с Россией». В этой работе проанализировал попытки иностранцев завоевать Россию пришел к выводу, что: «Русский солдат всегда отличался особым упорством, твердостью характера и большой неприхотливостью. Во второй мировой войне стало очевидным, что и советское верховное командование обладает высокими способностями в области стратегии».
Также родоначальник танковых войск вермахта отмечал, при планировании войны с Россией следует учитывать, что ее солдатам и генералам свойственно послушание, твердость и упорство. Русские не теряют дух в самой сложной военной обстановке, и пренебрежение такими особенностями: «может привести к ужасным последствиям».