«Своих не бросают». После премьеры в Малом Лидия Вележева стала «народной»
«Успешных людей у нас не любят. Дальше можно додумывать. Но... Я этого не ощущаю. Даже не хочу замечать. Пришла, отрепетировала, сыграла и ушла».
Лидии Вележевой присвоено звание народной артистки РФ. А незадолго до этого она дала интервью обозревателю aif.ru.
Татьяна Уланова, aif.ru:— Лидия, неожиданно встречаться с вами в Малом театре. Это ваша первая серьезная измена «Вахтанговскому»?
Лидия Вележева: — (Задумавшись). Да.
— Как решились-то?
— А как можно было не решиться? Во-первых, замечательный материал. Во-вторых, гениальный Островский. В-третьих, Малый театр...
— Когда стало известно, что вы здесь репетируете, поползли слухи, что Вележева уходит из «Вахтангова». Если бы стали переманивать?..
— Не переманилась бы! При всем моем уважении к Малому театру — прекрасному, чудесному. Здесь замечательная труппа, прекрасные директор и главный режиссер. Со многими актерами — в основном, мужчинами, — я снималась. Кого-то просто давно и хорошо знаю. Но... Своих не бросают. Я не смогла бы. «Вахтанговский» — мое гнездо. Из него не вылечу. Я была первой выпускницей Щукинского училища, кого Михаил Александрович Ульянов лично принял в коллектив — он тогда только возглавил театр как худрук. Люблю свою труппу. Но и фразу «никогда не говори «никогда» помню.
«Дайте мне Бабу-Ягу!»
— Режиссер Владимир Бейлис доверил вам роль Кручининой (премьера спектакля «Без вины виноватые» в Малом театре состоялась 22 февраля. — прим. aif.ru), которую здесь когда-то играли Мария Ермолова, Вера Пашенная...
— И что? Я бесстрашная актриса! Чем больше трудностей, тем для меня интереснее. Даже не задумывалась о том, кто что играл. Конечно, такого сюрприза-приглашения не ожидала. Но очень благодарна и театру, и Владимиру Михайловичу. Для любой актрисы эта роль стала бы подарком. А уж выйти на подмостки Малого — просто большая честь!
Расскажу, какой казус произошел во время генерального прогона. Помните, моя Елена Ивановна говорит: «Извините, Нил Стратоныч, я на минутку вас оставлю — шляпку сниму». В этот момент шляпка с моей головы падает сама. Я, конечно, обыграла момент. И в то же время поняла: это был поклон великой сцене и великому театру. Поклон с благодарностью. От моей героини.
Почему еще я согласилась на эту роль? Больше 30 лет назад, в 1993-м, у потрясающего, гениального Петра Фоменко я играла... Любовь Отрадину. Он ставил эту пьесу в нашем театре. Так что, материал мне знаком. Получилось продолжение истории — и я повзрослела, и моя героиня.
— У вас здесь невероятные костюмы. Такой же красоты платья — в спектакле «Вахтангова» «Театр», где вы играете актрису Джулию Лэмберт. Насколько важно для вас, чтобы героиня была «при параде»?
— Это важно не только для женщины и актрисы, но не в последнюю очередь — для зрителя.
— А если героиня, простите, серая мышь, синий чулок?
— Ну я же актриса! Должна играть разные роли. Наоборот, иногда прошу: дайте мне какую-нибудь Бабу-Ягу. Нисколько не боюсь страшных образов. Напротив, хочу меняться. Правда, Бабой-Ягой меня вряд ли назначат — я все-таки не до такой степени характерная актриса. А вообще работой не пренебрегаю. Если пойму, что могу сыграть роль, но в героине нет особой красоты, и вообще она — моль, — да ради Бога!
«Какая же у нас сволочная профессия!»
— Но от каких-то ролей же отказываетесь?
— Не припомню, чтобы мне предложили то, что что не смогла бы сделать. Важен материал. Важен режиссер, которому я доверяю. Но если вдруг, приступая к работе, я почувствую, что не справлюсь...
— У вас может быть такое чувство? У актрисы, которая почти 40 лет выходит на сцену одного из лучших театров страны!
— Послушайте! Михаил Александрович, царствие небесное, говорил: «Какая же у нас сволочная профессия! Волнуемся всё время — просто как...» Продолжать не буду. Но поверьте — волнуется любой актер. Независимо от опыта и возраста. Если артист не волнуется, значит, из профессии надо уходить.
— Сейчас вы — приглашенная актриса Малого театра, где хватает своих звезд. Да еще каких! Почувствовали зависть, ревность?
— Успешных людей у нас не любят. Дальше можно не додумывать. Но... По крайней мере здесь я негатива не ощущаю. Может, есть и зависть, и ревность. Я не чувствую. Даже не хочу замечать. Пришла, отрепетировала, сыграла и ушла. Никогда не копалась в интригах. И не собираюсь. Они только разрушают.
— Но у вас такая фигура! Не завидовать же невозможно!
— Да, да, все спрашивают: «Сколько ей лет? 58? Не может быть!»
— Рецепт Плисецкой: не жрать?
— Нет. Такое строение. Спасибо маме с папой. Генетика, ничего больше. Много работаю. Для моего организма работа — как тренажерный зал. Всегда была такая, а сейчас даже, бывает, худею и переживаю, как бы костюмы не пришлось ушивать. Много же энергии уходит.
— После спектакля можете позволить себе сладкое?
— Никогда не ограничиваю себя. Могу и в 10, и в 11 вечера что-то съесть.
— С театром все прекрасно. А в кино, по-моему, давно не было громких премьер с вашим участием.
— Если не нравится сценарий или роль, не берусь. Всё не сыграешь! А сниматься только для того, чтобы посветиться? Ну нет! Я не тот человек. Если вы заметили, мы с Лешей (муж Алексей Гуськов. — прим. aif.ru) не очень-то ходим по мероприятиям. То я занята — не получается выйти вдвоем, то он... А если вдруг оба дома, то лучше отдохнем, чем станем где-то тусоваться.
— Отдых для вас...
— Что угодно! Можно просто побыть наедине со своими мыслями. Можно по дому что-то сделать, приготовить...
— Сколько вы уже с Алексеем Геннадьевичем женаты?
— 37-й год. Но секретов не выпытывайте, не открою!
«Я человек семьи, детей»
— Вернемся к Кручининой, которая не только актриса, но и мать, думающая, что потеряла ребенка. То, что случилось, на ваш взгляд, ее вина или беда?
— Безусловно, я задавала себе этот вопрос, который многие трактуют по-разному. Для меня это, конечно же, беда. Ведь не просто так судьба наказала мою героиню. Предательство любимого, смерть ребенка. Сама чуть не умерла... Такой сильнейший удар под дых. А почему? За что? Знаете... Матери всегда должны быть с детьми. Чтобы они были рядом. Как можно дольше. Карьера — вторична.
— И это говорите вы, популярная актриса!
— Никогда не жила ради карьеры, не была сильно привязана к работе. Я человек семьи, детей. Для меня это — в приоритете. Да, есть любимая профессия, а в ней — успех или не успех. Но пока сыновья были маленькими, я, например, отказывалась сниматься летом. Театральный сезон заканчивался, и я увозила их на море, говоря всем: с такого-то по такое число меня не трогать, я должна быть с детьми.
Не хочу осуждать мою героиню, Боже упаси. Это ее жизнь, ее судьба. Но ведь есть Аннушка, которая могла бы помочь. Есть деньги. Почему же она отдала маленького сына Галчихе, словно в интернат? Человек — живой организм, и иногда в нем нужно что-то подкрутить, подмазать. Как это сегодня говорят — пе-ре-фор-ма-ти-ро-вать! Сделать перезагрузку...
— Ваш сын Владимир пошел по родительским стопам — играет в Театре им. Маяковского. А чем занимается Димитрий?
— Искусственным интеллектом.
— Круто! Дети выросли, теперь вы можете не отказываться от работы.
— Могу. Но у меня есть внучка, с которой мне тоже хочется проводить время. Есть мама. Кроме того, я люблю свою дачу, где нет шума и можно уединиться... Сажаю всё! Помидоры, огурцы. Есть и открытые грядки, и теплица. Все, как полагается!