Bosch не смогла продать завод в Санкт-Петербурге

— Где-то в середине 90-х в России был дефицит различных бытовых приборов, в том числе и сегмента премиального, к которому, в принципе, относится техника фирмы Bosch. Все происходило достаточно успешно, и доля рынка у предприятия была, может быть, не сильно значимая для глобального бизнеса Bosch, но точно немалая. Конечно, ситуация на рынке стала меняться — в 2020-х Китай, Турция и Южная Корея начали поддавливать европейскую бытовую технику. Тем не менее предприятие работало, а потом перестало. Убыток передали «Газпрому», и они начали реанимировать производство. Нормальная история: свято место пусто не бывает. Не хочет — значит, мы сами как-то это сделаем. Или будем кооперироваться с кем-то из Южной Кореи, Китая, Турции — с кем получится.

— На что вообще рассчитывал Bosch?

— Они ушли, как и многие, с расчетом вернуться. Старались присутствовать через параллельный импорт, через посредников, чтобы потребитель не забывал бренд и чтобы можно было рассчитывать на долю рынка при возвращении. Но ситуация складывалась не в их пользу. Они решили продать актив, а как ты его продашь, если он уже передан на самом высоком уровне? Все — они, считай, потеряли актив. Почти все транснациональные холдинги, которые пытались выйти на сделку, оставляли право обратного выкупа. Находили технических собственников, которые при благоприятной ситуации вернут активы материнской компании. Мы видим это на примерах от Coca-Cola до McDonald’s. А здесь они просто не успели, передержали. Нужно было действовать раньше.