Налоги, нефть и ставки: пазл рецессии для россиян
Несколько месяцев назад экономисты начали говорить о надвигающейся рецессии в России как о чем-то неминуемом.
Бывший зампред ЦБ Олег Вьюгин прямо заявил: спад экономики в этом году должен случиться, и точка.
Высокая ключевая ставка Центрального банка душит инвестиции, а повышение налогов, включая НДС до 22 процентов, бьет по бизнесу. Нефтегазовые доходы тают из-за сильного рубля и огромного дисконта к цене Brent — иногда до 29 долларов за баррель. Все эти факторы сложились в идеальный шторм, и ближайший квартал покажет, сможет ли Минфин собрать запланированные налоги или придется срочно править бюджет.
Данные Росстата за 2025 год подтверждают тревогу: из 28 промышленных отраслей выросли только семь.
Три из них — производство металлоизделий, электроники и транспортных средств — живут исключительно на государственных заказах для военно-промышленного комплекса.
Остальное катится вниз: добыча нефти на минимуме за 16 лет, пищевая промышленность падает впервые за 15 лет, легкая промышленность тоже в минусе.
Глава Минэкономразвития Максим Решетников признал, что недавний скачок цен напрямую связан с повышением НДС — то есть власти сами подтолкнули инфляцию. А население, обедневшее от роста цен, не тянет спрос люди экономят, компании не инвестируют, круг замкнулся.
Плюсы и минусы текущей модели
С одной стороны, зависимость от госзаказов дала экономике передышку — ВПК обеспечивает рабочие места и поддерживает ключевые отрасли, не давая им рухнуть полностью. Это как временный костыль: без него промышленность уже давно бы легла. Сильный рубль, хоть и вредный для экспорта нефти, делает импорт дешевле, помогая сдерживать некоторые цены на товары первой необходимости.
Но минусы перевешивают. Высокая ставка делает кредиты неподъемными для бизнеса — ни новые заводы, ни расширение не запустить. Налоговое давление душит малый и средний бизнес, который мог бы стать настоящим двигателем роста. Падение нефтедобычи бьет по бюджету: меньше доходов значит меньше денег на пенсии, зарплаты бюджетникам и социалку. А цены, сравнявшиеся с европейскими, продолжают кусаться даже при слабом спросе — продавцы не снижают их, надеясь на чудо. В итоге рабочие места сокращаются, инвестиции замирают, а восстановление Решетников обещает только к концу года.
Возьмем пример из жизни: средний житель Севастополя уже чувствует это на себе. Цены на квартиры растут несмотря на все, но спрос падает — люди откладывают покупки, потому что зарплаты не поспевают за инфляцией. То же самое по всей стране: заводы без госконтрактов глохнут, а семьи считают каждую копейку.
Легкой иронии тут хватает: экономика на паузе, но никто не нажмет на play раньше конца 2026-го. Россияне ждут не восстановления, а выживания — с меньшими доходами, но с надеждой на разворот. Если Минфин не доберет денег в первом квартале, корректировка бюджета станет первым сигналом: рецессия официально началась.