«Борьба за каждого ребенка»: как в Коми перинатальном центре принимают роды

Во Всероссийский день беременных, который отмечается 7 октября, журналистам провели экскурсию и продемонстрировали, как выглядит современный родильный зал и куда направляют недоношенных младенцев.

Как показала главврач Коми республиканского перинатального центра Ольга Лебедева, женщин во время родов отправляют в специально обустроенные родзалы. Там установлены кровати-трансформеры, форму которых можно видоизменить, например, убрать детали или разместить дугу, за которую держатся, если рожают вертикально.

В каждом родильном зале находится камера. Изображение с них выводится на общий экран, за которым следят медики.

Если после появления на свет ребенку не требуется медпомощь, то его сразу кладут на грудь маме, и неонатолог оценивает состояние младенца там. Если же роды шли тяжело, или ребенок оказался «вялым», или он в группе риска, то его кладут на столик для новорожденного, внутри которого встроен подогрев с измерением температуры. Также есть система для подачи кислорода.

— В утробе ребенок живет не с тем кислородом, которым дышит снаружи. Как только прекращается связь с матерью, он делает первый вдох и кричит, — заметила Ольга Лебедева.

При необходимости роженице делают перидуральную анестезию. Такие меры применяют примерно в 20% всех случаев. Правда, упомянула главврач, обезболивают врачи с крайней осторожностью, боясь повлиять на поведение ребенка.

Также в родзале находится большие мячи. Один из них, имеющий форму арахиса, подкладывается в конце родов между ног роженицы, тем самым способствуя расслаблению мышц тазового дна и более легкому рождению ребенка.

В родзалах также есть возможность мужчине быть рядом с женщиной: партнерские роды составляют до 60% от всего объема. «И женщина довольна, и у мужчины появляется чувство ответственности», — сказала главврач.

— Вы бы видели, как мужчины потеют, переживают. С одной стороны, приятно, что молодой человек «в процессе». Но в самый интимный момент мы говорим им, что они могут посидеть в кресле снаружи, — упомянула Ольга Лебедева.

При появлении на свет глубоко недоношенных детей помещают в транспортные кювезы, в которых перевозят в реанимацию. Внутри оборудования обеспечивается подача кислорода, а также подогрев.

В палатах детской реанимации есть инкубаторы, помогающие сохранить жизнь младенцам возрастом от 22 недель, с экстремально низкой массой тела или с заболеваниями неонатального периода.

Внутри камер специалисты пытаются создать условия, максимально приближенные к внутриутробным. Заведующий отделением реанимации и интенсивной терапии Леонид Липский рассказал, что должно быть тепло, тихо и темно. В итоге выживаемость детей с экстремально низкой массой тела в перинатальном центре составляет 97%.

Для питания используется сцеженное грудное молоко матери, которое поступает через зонд: ребенок еще не умеет глотать.

— В молоке есть иммуноглобулины, антитела. Самое главное, если судить по последним исследованиям эпигенетики, мама передает через него свои гены как часть тела. Это очень серьезно, — заметил Леонид Липский.

Младенцев с пороками развития также перевозят в федеральные центры: Москву и Санкт-Петербург. Одного из таких детей, упомянул заведующий, недавно увезли в Бакулевский институт с тяжелым пороком сердца, где тот был прооперирован и уже может самостоятельно дышать. «Центральные институты и базы нам не отказывают», — заметил Леонид Липский.

— Сейчас идет борьба за каждого ребенка, — резюмировала Ольга Лебедева.