День политических репрессий: день памяти или дата заседания суда?

День памяти жертв политических репрессий официально существует с 1991 года и имеет масштабы национальной памятной даты. Но началось все с инициативы простых советских политзаключённых. Теперь это не только дань памяти пострадавшим в годы Сталинского террора. 

Сегодня 30 октября связано не только с борьбой за свободу в прошлом, но и становится символом отстаивания прав фигурантов «московского дела».  

День памяти жертв политических репрессий кричит нам о бессмысленной и бесчеловечной жестокости террора, инициируемого, зачастую, испуганной властью. Каждый год, 30 октября, общество вспоминает о том, что человеческая жизнь намного ценнее, чем политика и околополитические мотивы людей, стоящих во главе государства. 

Сегодня идея дня памяти жертв политических репрессий как никогда актуальна. Сентябрьские судебные процессы над протестующими иллюстрируют возвращение силового давления на оппозицию. А ведь часто под горячую руку попадают и невинные люди и становятся новыми жертвами репрессий эпохи, не связанной с коммунистическим тоталитарным строем. 

Официально День памяти жертв политических репрессий был установлен на 30 октября верховным советом РСФСР в 1991 году. Впервые эта дата ознаменовалась тем, что в 1974 узниками мордовских и пермских лагерей, среди которых были известные диссиденты и правозащитники Алексей Мурженко и Кронид Люмбарский, был отмечен «День политзаключённого».

Узники организовали совместную голодовку с целью выдвижения ряда требований, среди которых, например, было: 

• признание статуса политзаключённых;
• отделение политзаключённых от военных преступников и уголовников;
• обеспечение медицинского обслуживания;
• снятие ограничений с переписок, свиданий с родственниками и посылок;
• обеспечение возможности творческой работы литераторам, художникам и ученым. 

Эти события впоследствии переросли в традицию: ежегодно, 30 октября, политические жертвы объявляли голодовки. С 1987 года в этот день начали проходить и демонстрации в крупных городах СССР, таких, как Москва, Тбилиси, Ленинград. В 1989 году произошло ещё одно важное событие – около 3 тысяч человек оцепили здание КГБ со свечами в руках. Эта акция, которая позже была разогнана уже на Пушкинской площади правоохранительными органами, тоже прошла именно 30 числа, в октябре. И только в начале девяностых, незадолго до болезненной смены эпох с коммунистической на капиталистическую, этот день был официально вписан в календарь. 

Эпоха сменилась, а жертвы политических репрессий есть и в наши дни. Среди них и Кирилл Жуков, и Константин Котов, и Данил Беглец – все они получили реальные сроки за то, что приняли участие в летних протестных акциях за свободные выборы. И пусть несколько лет колонии сложно назвать террором, тем не менее, политический подтекст в приговорах, которые ломают судьбы неравнодушных людей, есть. Иначе нельзя объяснить, почему Жукову дали три года колонии за прикосновение к шлему росгвардейца, Котову четыре года колонии по «дадинской» статье (неоднократные нарушения на митингах, реальность которых Котов не признал), Беглецу два года колонии за то, что он схватил силовика за руку. По сути, подсудимые получили свои сроки для того, чтобы власть успешно продемонстрировала опасность тесного контакта с оппозицией или желания выразить позицию несогласия. Судебная система сломала судьбы людей для, так называемой, «показательной порки». 

Куда серьёзнее собственные политические взгляды помешали крупным оппозиционерам, например, Борису Немцову и Анне Политковской. Они были расстреляны в обоих случаях чеченскими наемниками практически средь бела дня: Политковская в лифте собственного дома, Немцов на Большом Москворецком мосту. Причастность власти к этим преступлениям не доказана, однако многие связывают их смерть с их протестным, неугодным правящей элите мнением и активной деятельностью. А ведь они по своей политической позиции были лидерами мнений. 

Попытки узаконить наказания за политическую ориентацию человека иллюстрируют серьезный кризис во взаимоотношениях между обществом и властью. Говорят об отсутствии полноценных контактов. Выход один: добиваться освобождения для политзаключённых, чтобы они не остались в памяти новыми жертвами политических репрессий. Добиваться того, чтобы репрессий не осталось в стане как политического явления вообще. Не зря главное слово летних митингов «допускай» сменилось осенью на «отпускай», у внесистемной оппозиции и активистов появилась новая цель: спасать своих. Митинги помогли уберечь от несправедливого наказания журналиста-расследователя Ивана Голунова, одиночные пикеты и шествия помогли смягчить приговор актеру Павлу Устинову. Значит воля людей, пусть и неофициально, способна оказывать влияние на решения властных структур. А именно этого и добивались люди, благодаря которым 30 октября и появился День памяти жертв политических репрессий. 

Митинг против политических репрессий, commons.wikimedia.org

Традиционно, в октябре, 30 числа, по всей стране проходят массовые шествия и собрания. Люди участвуют в них, чтобы отдать дань уважения и памяти жертвам политического террора. Неравнодушные люди возлагают венки в символичных местах, так или иначе связанных с расстрелами или заключениями в лагеря. В Москве траурный митинг собирается у камня, привезённого с Соловецких островов: там во времена СССР был организован лагерь особого назначения. Этот камень лежит на Лубянской площади, прямо перед бывшим зданием НКВД и КГБ. Сегодня этот камень не только посвящён репрессиям, но и стал символом протестных движений – возле него часто собирались активисты и протестующие. 

Возложение цветов к Соловецкому камню, gutcsriditsr.acentr.gov.spb.ru

Организация массовых мероприятий в честь этого дня памяти, да, и само его существование доказывает, что общество резко против возвращения политических репрессий, в любом их проявлении. И люди готовы не только вспоминать о том, что было, но и делать все, чтобы это не повторилось. Общественность активно поддерживает осуждённых активистов и добивается их освобождения. В этом и заключается борьба за справедливость. 

Андрей СУРОВЦЕВ