Медный всадник – хранитель Санкт-Петербурга

         «Кто из нас, проходя через Петровскую площадь, не останавливался перед памятником Петра I... который устроил и просветил Россию, сделав её сильною и могущественною? – пишет историк и богослов Антон Ивановский (1823–1873) в книге «Беседы о Петре Великом и его сотрудниках» (1872), размещённой на портале Президентской библиотеки. – Но приходилось ли кому-либо из нас при обозрении этого памятника подумать о том, сколько нужно было употребить трудов и неимоверных усилий – построить этот дивный памятник, приводящий в изумление?..»

         История создания памятника, который благодаря Александру Пушкину мы называем «Медный всадник», интересна. В фонде и на портале библиотеки хранится множество материалов, подробно рассказывающих о ключевых событиях, связанных с его появлением.

         Идея создать памятник первому российскому императору принадлежит Екатерине II, которая обратилась с этой просьбой к французскому скульптору Этьену Морису Фальконе, «человеку сложного характера, экспрессивному и легко ранимому». В «Сборнике императорского исторического общества» можно ознакомиться с подробной перепиской Екатерины и Фальконе, перед которым встала задача создать эскизы памятника, отлить его в бронзе и установить на пьедестал. Каждый из этих этапов был сопряжён с большими трудностями.

         Во-первых, не было единого мнения, каким должен выглядеть Пётр I. Фальконе пришлось настаивать, чтобы государь был на коне, и чтобы его человеческие качества сочетались в скульптуре с заступничеством воина и императорской властью.

         Во-вторых, возникли трудности с отливкой скульптуры – таких больших памятников в России прежде никогда не делали. Первая отливка была испорчена, а следующую завершили только через три года.

         В-третьих, встал вопрос о постаменте, который был бы способен удержать такую массивную скульптуру. Наконец в болоте недалеко от Финского залива был найден Гром-камень весом 1600 тонн, который в течение года тащили по специальным платформам сначала на плотину, а потом на судно, чтобы переправить до места назначения.

         7 (18) августа 1782 года на Сенатской площади в окружении гвардейцев и множества народу, которые пришли несмотря на дождь, состоялось торжественное открытие памятника Петру I.

         Император в лавровом венке, усмиряющий коня на вершине скалы, олицетворял сопротивление стихии и утверждение державной воли.

         Однако стихия всё же решила испытать на прочность бронзового Петра – так, в 1824 году случилось наводнение, которое впоследствии описал Александр Пушкин в поэме «Медный всадник». Ощущения фантасмагории, призрачности, нереальности, переданные в этом блистательном тексте, дали новую жизнь памятнику, который стал называться Медным всадником и сыграл в русской культуре немаловажную роль.

         Пушкинскую идею Медного всадника подхватил Фёдор Достоевский в романе «Подросток»: «А что, как разлетится этот туман... и останется прежнее финское болото, а посреди его, пожалуй для красы, бронзовый всадник на жарко дышащем, загнанном коне?».

         Что это – сон или явь – Медный всадник, а с ним и весь Петербург? Об этом вопрошает Осип Мандельштам: «Кто, скажите, мне сознанье / Виноградом замутит, / Если явь – Петра созданье, / Медный всадник и гранит?»

         В электронном фонде Президентской библиотеки хранится коллекция графических и фотоизображений Медного всадника. К слову сказать, процессу создания памятника Петру I скульптором Этьеном Фальконе посвящён художественный фильм Василия Ливанова «Медный всадник России», который вышел на экраны в 2019 году.

         Медный всадник как символ и хранитель Петербурга воспет в официальном гимне Санкт-Петербурга, созданном в 2003 году. Текст гимна написал поэт Олег Чупров: «Державный град, возвышайся над Невою / Как дивный храм, ты сердцам открыт! / Сияй в веках красотой живою, / Дыханье твоё Медный всадник хранит!» Музыка к этому гимну была взята из балета Рейнгольда Глиэра «Медный всадник», написанного в 1948 году.

         С тех пор, как в Петербурге установлен памятник Петру I, множество людей устремляются к Медному всаднику и испытывают перед ним одновременно и восхищение, и робость. «На глыбе оснеженной высится Пётр, / И люди проходят в дневном полумраке, / Как будто пред ним выступая / на смотр», – писал Валерий Брюсов.

         Одно из городских поверий гласит, что, покуда стоит Медный всадник на берегу Невы, ничто не может случиться с Петербургом. Защищая и храня свой город, Пётр I встречает свой 350-летний юбилей с «седой скалы, откуда рвётся в небо крутой восторг зеленоватой бронзы».