«Черти вернуться с почестями, а про нас все забудут»: Михаил Пореченков предсказал скорое возвращение сбежавших звезд

На днях Михаил Пореченков привлек общественное внимание, спровоцировав своими словами жаркие споры и обсуждения. Может показаться, что он высказался уж слишком пессимистично, но, в целом, озвученный им сценарий вполне может стать реальностью. Подробности — в нашем материале.

***

Тема эмиграции за последние годы была одной из самых обсуждаемых: кто уехал, кто остался, кто уехал, но продолжает работать на российскую аудиторию. Эта дискуссия не утихает, но в последнее время всё больше говорят не о «бегстве», а о возвращении. Прощение и камбэк, похоже, становятся новой повесткой. И это вполне логично — многие эксперты и раньше предсказывали: абсолютное большинство вернётся.

Причины очевидны: условия для творческой элиты в России остаются весьма комфортными. Высокие гонорары, перспективные контракты и возможность строить карьеру, не испытывая при этом особого морального дискомфорта. Да и общественное мнение — пусть и негативное — на деле редко становится серьёзным препятствием. Практика показывает: репутацию можно «отмыть». Почти любую. Не исключено, что кое-кто вернётся не просто «прощённым», а в образе «несправедливо осуждённого». Их снова будут звать на телешоу, публиковать в журналах, аплодировать им в концертных залах. Такая вероятность — далеко не нулевая.

Интересно и то, что всё чаще о подобном говорят именно те, кто остался в стране. В частности, недавно своё мнение высказал Михаил Пореченков — актёр, который не склонен к громким заявлениям, но в этот раз оказался откровенным и жёстким. Его слова разлетелись по соцсетям и вызвали широкий резонанс — и среди зрителей, и среди коллег.

Вот что сказал Михаил Евгеньевич:

«Пускай черти живут в пекле. Пусть те, кто выбрал уехать, живут там, где им комфортно. Их никто не гнал — это был их осознанный выбор. Это ведь не времена “философского парохода”. Так зачем возвращать их? Мне непонятно. Это кажется каким-то абсурдом. Родину нельзя предавать — это моё убеждение. Мы должны держаться, верить в Бога, верить в Россию. Она под Его защитой, и всё расставит по своим местам. А нам нужно быть сильными и стойкими».

«Но вы знаете, что произойдёт? Я почти уверен: пройдёт время — и окажется, что мы, оставшиеся, — “никтошки”, а они — герои. Вот в чём трагедия. Им дадут расцвести снова, всё вернётся, к сожалению... Что с этим делать? Да ничего. Так устроен мир».

Почему эти слова воспринимаются как мрачное предсказание? Всё потому, что признаки «обратного пути» уже проявляются. Достаточно заглянуть в соцсети некоторых уехавших артистов: в их публикациях — тоска, сожаления, попытки оправдаться. «Я тогда был в стрессе», «меня переполнили эмоции», «я бы сейчас не стал так говорить» — подобные фразы звучат всё чаще. И ведь формально ничто не мешает возвращению. Нет ни уголовных дел, ни административных барьеров. Только общественное порицание — но и оно, как показал опыт, не так уж страшно, особенно при грамотном подходе к пиару.

Вот, например, Чулпан Хаматова. В своё время она уехала в Латвию, активно высказывалась на злободневные темы, участвовала в акциях.

Но сейчас её интервью звучат иначе:

«Я не отрекаюсь от России. Очень скучаю. Особенно по людям, по языку, по театру...»

Раньше — резкие заявления, теперь — ностальгия и сожаление. И формальных препятствий к возвращению у неё нет. Только реакция общества. Но она изменчива.

Или Максим Галкин*. Ранее — громкие выступления, язвительные шутки, ангажированные концерты. А теперь — осторожные слова:

«Я никого не предавал. Я просто говорил то, что думал. Но Россия всегда была и остаётся частью моей жизни».

Даже свои старые посты он подчистил. Очевидно — подготовка к возвращению, пусть пока и неофициальная. То же касается и Макса Покровского* — фронтмена группы «Ногу свело»:

«Кормят тут так же — тирамису, фламбе, фуа-гра. Только музыкантам тяжко стало, потому что слишком много таких, как я, уехало. До чёрта нас тут».

Сценарий предельно ясен: возвращение — это вопрос времени. Кто-то вернётся с покаянием, кто-то с вызовом, кто-то тихо вольётся в прежний круг общения. А те, кто остался, могут столкнуться не с уважением, а с забвением — именно об этом и говорил Пореченков. Мол, на смену придёт новая волна — а старые, лояльные и стойкие, останутся в тени. Без аплодисментов, без признания.

Хотя, вполне возможно, лицемерие возьмёт верх, как это уже случалось. Всё снова сведётся к светским улыбкам, рукопожатиям и лояльности к прежним коллегам. Как будто ничего не произошло. А зритель? Его, как обычно, не спросят.

Что же делать в этой ситуации? Ответ прост: проявлять свою позицию вниманием — или его отсутствием. Не смотреть тех, кто вызывает отторжение. Всё просто.

Что будет дальше — увидим.