Поднебесная отвечает. Китай избавляется от американских энергоресурсов
По данным главного таможенного управления КНР, страна снизила импорт СПГ, СУГ (сжиженные углеводородные газы), угля и нефтепродуктов из США.
Самая крупная статья китайского углеводородного импорта из Штатов — это газ, его импорт сократился совокупно на 44 %, до 720 млн долларов.
Покупки СПГ Поднебесная остановила полностью. Покупки американского сжиженного пропана упали на 36 %, до 658 млн долларов. Штаты продают в Китай СУГ, чтобы потом выкупить их обратно в виде пластика. В прошлом году 60 % поставляемых в Китай СУГ приходилось на США. Закупка КНР американского угля упала вообще более чем в три раза — до 30,8 млн долларов.
Поставки нефтепродуктов тоже просели более чем в три раза и составили всего лишь 11,6 млн долларов. Только нефть показала рост на 22 %, до 326,2 млн долларов. Однако этот рост обманчив. Если сравнивать с прошлым годом, то падение очевидно: в 2024‑м Китай покупал больше — в среднем на 502 млн долларов в месяц.
«В минувшем году объем поставок энергоресурсов из США в КНР составил 23 млрд долларов, в основном это СПГ (14 млрд долларов), сырая нефть (6 млрд) и уголь (2 млрд). Для рынка СПГ это ощутимый удар, учитывая, что Китай ранее был одним из крупнейших покупателей американского СПГ. Однако Штаты смогли частично компенсировать потери, переориентировав поставки в Европу и другие страны Азии, такие как Япония и Индия. Но, видимо, запланированные инвестпроекты США будут пересматриваться с учетом недоступности китайского рынка», — считает Марсель Салихов, директор Центра экономической экспертизы ИГМУ НИУ ВШЭ. Следует отметить, что для Китая американский поставщик был важен, но не сильно, так как в целом доля энергоресурсов Штатов на огромном китайском рынке была небольшой. Общий импорт КНР энергоресурсов составил 504 млрд долларов, а на США пришлось меньше 5 %, говорит Салихов.
По данным главного таможенного управления Китая за прошлый год, на долю Штатов в Китае приходилось лишь 6 % импорта СПГ (4,3 млн из 77 млн тонн), 3 % импорта каменного угля (12,1 млн из 352,4 млн тонн), 2 % импорта нефти (9,6 млн из 553,5 млн тонн) и 1 % импорта нефтепродуктов (462 тыс. из 48,3 млн тонн).
По мнению эксперта Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) Игоря Юшкова, эта история пока прошла безболезненно как для Китая, так и для США. «Просто произошел обмен рынками сбыта. Когда Китай перестал закупать американский СПГ, этот газ ушел на другие рынки Юго-Восточной Азии, в частности, стали больше продавать Японии и Южной Корее. То же самое произошло и с нефтью. И, соответственно, те, кто был на этих азиатских рынках, пришли в Китай. По газу это в основном Австралия и Катар, по нефти — Ирак, Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты и африканские производители», — поясняет специалист.
По данным Bloomberg, китайские компании, которые покупали американскую нефть для ее переработки, снизили свои закупки из США на 90 %, но при этом увеличили импорт канадской нефти до рекордных уровней. Канада продает в КНР недорогую нефть высокого содержания серы, которая подходит для китайских НПЗ.
Основатель и генеральный директор маркетплейса нефтепродуктов Open Oil Market Сергей Терешкин полагает, что Китай от всей этой истории может оказаться даже в плюсе, поскольку торговая война приведет к падению цен на все энергоресурсы. «Издержки Китая на закупку углеводородов могут снизиться: введение пошлин будет считываться рынком как риск охлаждения мировой экономики, что будет приводить к новым раундам снижения цен на них», — отмечает эксперт.
По мнению специалистов, хотя РФ от всей этой истории, с одной стороны, теряет из‑за падения цен на нефть на мировом рынке, так как российская марка Urals стала стоить даже ниже потолка цены 60 долларов за баррель. Но, с другой стороны, Россия в состоянии извлечь из сложившейся ситуации пользу и тоже может в чем‑то выиграть. «РФ потенциально может нарастить экспорт угля и нефтепродуктов в Китай за счет замещения США. По нефти — сложно, так как сейчас уже максимально поставляем ее в Китай. Но вполне возможно, что отказ КНР от покупок американского СПГ может поддержать новые российские проекты, в первую очередь Арктик-2», — считает Салихов.
Что касается СПГ, то Поднебесная берет газ с двух наших крупнотоннажных заводов «Сахалин-2» и «Ямал-СПГ». Сахалинский проект имеет долгосрочные контракты с японскими и корейскими компаниями. Однако весь СПГ, который остается помимо долгосрочных контрактов, покупает именно Китай. С «Ямал-СПГ» у Пекина (кроме долей) есть долгосрочный контракт на поставку 3 млн тонн СПГ в год. Как правило, этот объем успевают поставить в июле — октябре по восточной части Северного морского пути, когда наименьшая ледовая нагрузка. Остальные объемы ввезут в Европу, потому что это не только можно делать круглогодично и это ближе, но и потому, что это зачастую экономически выгоднее. Когда цены на СПГ в Европе и Китае одинаковые, то выгоднее везти туда, куда ближе, то есть в Европу. А сейчас цены в Старом Свете выше, чем в КНР, поэтому опять выгодно продавать европейцам.
«Если бы цены в Азии превышали европейские, то даже во время зимнего сезона наши компании нашли бы способ доставить больше СПГ на китайский рынок, например, с помощью перегрузки в Мурманской области с танкеров ледового класса на обычные танкеры и потом через Суэцкий канал в Азию. Но если больше не везут, значит, в этом нет экономического смысла. У нас нет цели захватить китайский рынок любой ценой. Для России неважно, куда именно продавать СПГ — в Европу или в Азию, главное, чтобы это было выгодно», — подчеркивает эксперт ФНЭБ.
С точки зрения России как государства на освободившееся место в Китай выгоднее отправлять не наш СПГ, а наш дополнительный трубопроводный газ, поскольку с экспорта СПГ не платятся пошлины и есть льготы по другим налогам, а при трубопроводных поставках бюджет пополняется, говорит Юшков. Но для этого необходимо построить новый газопровод в Китай «Сила Сибири-2». Первая труба уже заполнена для поставки в Поднебесную.
«Торговая напряженность США и Китая играет нам в плюс в том плане, что мы можем предложить безопасные поставки с севера по «Силе Сибири-2». Чем больше конфронтации с США, тем больше Китай должен учитывать фактор безопасности, а не только экономическую целесообразность поставок. Пекин понимает, что Вашингтон будет давить на него в любом случае, как бы он себя ни вел. Раз Штаты так легко вводят импортные пошлины, по сути, прерывают торговлю, то где гарантия, что завтра США не перекроют те же самые поставки углеводородов в Китай? Они могут просто запретить любым странам поставлять морем углеводороды в КНР с юга и устроить таким образом ресурсный голод китайцам», — полагает Игорь Юшков. В мягком варианте, по его словам, США отрежут Китай от наиболее выгодных для него поставок углеводородов — из Ирана и Венесуэлы, которые идут со скидкой. Штаты уже пытаются это сделать, например, давят на Иран и на китайских покупателей иранской нефти. Китай единственный, кто покупает более дешевую подсанкционную нефть из Ирана.