Экологический удар по культуре: Хабаровский край может потерять своё наследие?
В Хабаровском крае есть места, где жизнь людей тесно связана с рекой и тайгой не на словах, а каждый день. Для нанайцев, ульчей, нивхов и удэгейцев рыбалка, охота, сбор ягод и ремёсел — не просто способ прокормить семью, а сама суть культуры. Но сегодня этот уклад трещит по швам.
Юрист компании Zharov Group (специализируется на экологических спорах) Сюзанна Торосян прокомментировала ситуацию в беседе с “Аргументами Недели — Дальний Восток”.
Коренные народы живут так, как жили их предки, сосредоточены в нескольких районах: Нанайском, Ульчском, Тугуро-Чумиканском и Аяно-Майском. Здесь и по сей день ловят лосося, собирают бересту, обрабатывают рыбью кожу.
«Утрата доступа к этим землям из-за промышленного освоения или загрязнения равносильна культурному геноциду», — подчёркивает собеседница.
Проблемы начинаются с самого главного — реки Амур. По данным учёных, её воды годами накапливают тяжёлые металлы — кадмий, свинец, цинк. Сюзанна Торосян поясняет: питание коренных общин на 70–80% зависит от рыбы. Когда в ней скапливаются токсины, это напрямую сказывается на здоровье людей — растёт число болезней печени, почек и желудка.
Но дело не только в здоровье. Загрязнённый Амур разрушает даже ремёсла. Рыбья кожа, из которой традиционно шьют изделия, внесена в реестр нематериального наследия России. Однако из-за сокращения популяций сазана и амура мастерицы всё чаще не могут найти качественное сырьё.
Аналогичная беда в тайге. Лосось — это не просто ужин на столе, а символ связи с предками. Кедр и кедровка в культуре удэгейцев означают единение с духами. Папоротник, ягоды и целебные растения — часть обрядов и ритуальной кухни. Сюзанна Торосян отмечает, что вырубки лесов, пожары и браконьерство уже сейчас приводят к катастрофическим последствиям.
«Исчезновение лосося сделает невозможным проведение обряда „кормления реки“, а сокращение кедровых массивов уничтожит практики сбора целебных растений», — рассказывает эксперт.
И это — не абстрактная угроза. По официальным данным, сегодня только около трёх тысяч человек из более чем двадцати тысяч представителей коренных народов края владеют родными языками. Если исчезнут природные якоря традиционной культуры, ассимиляция пойдёт ещё быстрее.
Тем не менее, в регионе есть и примеры, которые дают надежду. Так, проекты по возрождению ремёсел не только возвращают мастерицам утраченное ремесло, но и становятся примером экологического просвещения. Изделия из рыбы уже выставляются за рубежом, а бренд «рыбья кожа Хабаровского края» повышает репутацию региона.
Развивается и лингвоэкотуризм, который помогает одновременно сохранять язык и оберегать места сбора растений. Кроме того, общественное давление на власти принесло результат: с 2012 года в крае работает программа поддержки коренных народов с бюджетом более миллиарда рублей. Субсидии получают, например, оленеводы, а предприятиям-нарушителям всё чаще грозит отзыв лицензий.
Что дальше? По мнению Сюзанны Торосян, без системных изменений сохранить культуру и здоровье людей не получится. Она подчёркивает, что необходимо признать районы, где доля коренных народов превышает 20%, «территориями традиционного природопользования». Там промышленная деятельность должна вестись только с согласия общин. Следует создать мониторинг здоровья жителей таких районов, а часть экологических штрафов направлять на гранты для ремесленных кооперативов.
«Без этих шагов уникальные культуры, сформировавшиеся за тысячи лет, могут исчезнуть в течение жизни одного поколения», — резюмирует Сюзанна Торосян.