Почему Минфин хочет зарабатывать на азартных играх в интернете — раздумывает Олег Николаев

Почему Минфин хочет зарабатывать на азартных играх в интернете — раздумывает Олег Николаев: глава ГК «Далпорт», член генсовета «Деловой России», основатель винодельни «Остров Олега Николаева», автор телеграм-канала «Олег Николаев. Севастополь»:

Бюджету нужны деньги, и Минфин предложил Президенту легализовать в России работу онлайн-казино.

Звучит логично. Почему принимать в интернете ставки на спортивные события по закону можно, а предоставлять услуги онлайн-казино — нельзя? Потому что в ставках на спорт хоть какая-то привязка к реальности, а онлайн-казино — это чистый алгоритм, который проконтролировать со стороны невозможно? Ну как бы да, с точки зрения этики. Но с точки зрения бюджета — фигня какая-то. Уж лучше обкладывать налогом лудоманов, чем мелкий бизнес. Точнее, в реальных условиях лучше обкладывать обоих, никакие деньги лишними не будут.

Основным критерием для легализации онлайн-казино должно стать добровольное присоединение оператора к государственной системе учета платежей — то есть публичной правовой компании «Единый регулятор азартных игр», которая работает с 2021 года и обслуживает легальных букмекеров. И, соответственно, уплата налога на прибыль (в проекте Минфина это названо «выручка минус выплаты по выигрышам», но практически прибыль и есть) в размере 30%. С платежами в адрес нелегальных казино планируется бороться, и особых проблем тут быть не должно. Ставить технические барьеры в связи и финтехе у нас научились, было бы желание.

Во всем этом деле непонятно лишь одно. Почему только 30%? Уж если людской порок планируется поставить на службу государству, забирать надо больше. Половину выручки, а то и практически все, за вычетом организационных расходов. В онлайн-казино нет никакой проблемы настроить алгоритм так, что все течение финансовых потоков будет распланировано заранее.

Тем более что в проекте Минфина про этику тоже не забывают и ведут речь о неких полномочиях самих казино по профилактике игровой зависимости. Но не очень понятно, как планируется заставить пчел самим бороться против меда, если только не сделать госрегулирование отрасли окончательно бескомпромиссным.