Какую роль производство кофе играет в экономике стран Латинской Америки
В Латинской Америке кофе – не только чашечка бодрящего напитка, но и мотор экономического развития для многих регионов континента. Климатические условия для выращивания кофе оптимально обеспечивает так называемый кофейный пояс – 23 градуса севернее и южнее экватора. Эта зона с тропическим и субтропическим климатом, без резких заморозков и засух, позволяет выращивать зерна круглогодично. Арабика преимущественно производится в гористой местности; робуста не столь требовательна, ей годятся и низменности. Цены на кофе в последние годы продолжают расти, но это не значит, что латиноамериканские производители теперь будут жить припеваючи.
Кофейные зерна, ассоциируемые многими с Латинской Америкой, вовсе не относятся к числу продуктов, подаренных миру ее коренными народами. Первый кофейный саженец на остров Мартиника привез молодой французский офицер Габриэль де Клю в XVIII веке. Оттуда кофе быстро попал в Центральную, а затем и в Южную Америку.
По оценкам Международной организации кофе, производство обеспечивают четыре региона: Азия и Океания (чуть больше трети), Мексика и Центральная Америка (12%), Африка (более 10%), Южная Америка (более 40%). Для большинства «кофейных» стран это один из важнейших экспортных товаров (а иногда и главный). Выращивание, обработка и продажа кофе создают многочисленные рабочие места (особенно в сельской местности) в Бразилии, Колумбии, Гондурасе, Коста-Рике, Никарагуа и Мексике, формируя немалую часть валютной экспортной выручки. Бразилия – не только региональный, но и глобальный лидер, намного обогнавший конкурентов (до 40% мирового объема). На втором месте Вьетнам, откуда его пытается потеснить Колумбия; из латиноамериканских стран в топ-10 экспортеров входят также Гондурас, Мексика и Гватемала.
По части доходности продажа кофе лишь немного уступает торговле нефтью. При этом мировые цены сильно зависят от урожая в Бразилии, который, в свою очередь, детерминирован погодными условиями. Резкое увеличение производства способно спровоцировать обвал цен, последующее сокращение числа плантаций и экспортные ограничения.
[embed]https://profile.ru/society/temnaya-istoriya-chernogo-napitka...[/embed]
Сами латиноамериканцы – не главные любители кофе. Лишь Бразилия входит в топ-10 стран с его максимальным потреблением на душу населения (4,8 кг в год). В Колумбии этот показатель составляет 2,8 (если считать население старше 12 лет, то – 3,4), в Мексике – 1,7, Венесуэле – 1,6, Аргентине – 1,4, Перу – 1,4 кг. В остальной Латинской Америке не потребляют и килограмма кофе в год. Но даже в Бразилии эти цифры трансформируются в среднем в… 0,6 чашки напитка в день. Бразильцам не угнаться, к примеру, за финнами или шведами, спокойно выпивающими по 5–7 чашек. Автор блестящего исследования «Кофе и танго» (про связи Финляндии и Латинской Америки) профессор Юсси Паккасвирта то ли в шутку, то ли всерьез объясняет это разницей температурных режимов: в северных странах людям хочется согреться, тогда как в жаркой Латинской Америке больше ценят прохладительные напитки. И это не говоря про конкуренцию с традиционными для Аргентины, Уругвая, Парагвая, Чили и Боливии вином и мате.
Наиболее популярными сортами южноамериканского кофе считаются бурбон, мундо-ново и катурра. Есть еще множество других сортов (описание которых выходит за пределы этой статьи). Вкус кофе зависит от трех факторов, один из которых неизменен – терруар (совокупность почвенно-климатических факторов и особенных характеристик местности). С двумя другими – разновидностью и разработкой – можно экспериментировать. Именно на этом сегодня сфокусирована индустрия дорогого латиноамериканского «спешелти». Ранее существовавшие запреты на выращивание «нетипичных» для той или иной страны разновидностей остались в прошлом – фермеры активно экспериментируют, стремясь обеспечить себе долю рынка и доходы.
В Бразилии в XIX веке целые регионы переориентировались с производства сахара на выращивание кофейных зерен – страна заместила Гаити в качестве основного их поставщика в Европу, когда восстание рабов на острове обрушило рынки. Килограмм бразильского кофе во Франции (одной из наиболее богатых в ту пору европейских стран) стоил столько же, сколько 36 литров вина, 14 куриц или целая косуля. Резкое расширение площадей кофейных плантаций спровоцировало увеличение ввоза рабов из Африки, бум в отрасли спровоцировал перемены в этническом облике тогдашней португальской колонии. Рабский труд в Бразилии просуществовал до 1888 года – дольше, чем где-либо в Западном полушарии. «Бразилия – это кофе, а кофе – это негры», – говорили тогда в местном парламенте.
[caption id="attachment_1814765" align="aligncenter" width="1200"] Кофейная плантация в Латинской Америке, конец XIX века[/caption]
Кофейные магнаты активно вкладывались в развитие банков и коммуникаций – расширение спроса требовало создания инфраструктуры. Новая железная дорога Можиана на северо-западе штата Сан-Паулу даже дала имя региону. Владельцы кофейных плантаций Сан-Паулу и Минас-Жерайса долгие десятилетия определяли, кто и как будет управлять страной.
В 1920-е власти вынуждены были закупать кофе у фермеров, а затем сжигать его или топить в океане, чтобы нивелировать последствия обвала мировых цен и избежать социальных протестов. Подобная схема (включая складирование излишков кофе) стала центральной в политике, проводимой бразильским правительством в кофейной индустрии. Полвека спустя заморозки уничтожили более 1,5 млн кофейных деревьев, и лишь к концу ХХ столетия удалось оправиться от последствий кризиса. Нет худа без добра – Бразилия постепенно слезла с «кофейной иглы», перестав быть монокультурной, а ее доля в мировом производстве к 1975 году снизилась с 60–80 до 35–40%. Рост инвестиций в кофейную индустрию позволил интенсифицировать производство. В 1990-е власти и производители наконец сделали ставку не на количество выращенных зерен, а на условия их произрастания, способы обработки и чистоту продукта, резко расширив дорогой сегмент «спешелти».
Ключевые отличия Бразилии от других «кофейных» стран (высота произрастания от 400 до 1200 метров над уровнем моря и преимущественно плоскогорные плантации) способствуют распространенности местного кофе, но накладывают заметные ограничения именно на сектор «спешелти». Ягоды созревают почти одновременно, а ровный рельеф позволяет осуществлять механизированную уборку урожая, сокращая стоимость сбора, но неизменно ухудшая качество кофе.
[caption id="attachment_1814763" align="aligncenter" width="1200"] Урожай кофе в Бразилии[/caption]
В Колумбии в кофейном производстве заняты до половины жителей страны, плантации существуют столетиями. С конца XIX века кофе стал основным источником дохода для многих аграриев в так называемом кофейном поясе в Центральных Кордильерах, обладающем многочисленными микроклиматами, – департаментах Кальдас, Киндио и Рисаральда. Интересный факт: в стране выращивается исключительно арабика, ввоз робусты запрещен.
Существенный успех Колумбии на мировых рынках – во многом результат удачной рекламной кампании, сосредоточенной вокруг вымышленного персонажа – фермера Хуана Вальдеса. Образ трудолюбивого крестьянина не только завоевал признание кофеманов, но и сумел привлечь внимание к трудностям работы по выращиванию зерен (в роликах присутствовали и документальные кадры). Сегодня Хуан Вальдес – часть мирового имиджа Колумбии. Местные плантации в 2011-м официально признаны ЮНЕСКО объектом культурного наследия человечества. Кофе приносит деньги и как часть туриндустрии – давно налажен поток экскурсий на плантации с последующей дегустацией, которая неизменно завершается покупкой нескольких пакетов местных зерен. Национальная кофейная индустрия в последние годы демонстрирует рост производства (21% в 2024-м) и доходов (в 2024-м – не менее $3,2 млрд). Однако почвы нуждаются в отдыхе, плантации – в обновлении, а фермеры – в поддержке со стороны государства в деле доступа к удобрениям. В противном случае нынешний рост рискует смениться значительным спадом.
Перу, куда кофе добрался в XVIII веке, потратило почти столетие на запуск коммерческого производства. Сегодня страна уверенно занимает лидерские позиции в деле производства кофе (арабика) с приставкой bio – химические удобрения фермеры не используют. Та же ситуация на эквадорских Галапагосских островах (сорт носит одноименное название). Вулканические почвы богаты минеральными веществами, что позволяет обходиться без искусственных добавок. Впрочем, островные плантации невелики, посему галапагосский кофе относится к числу элитных и недешевых.
[embed]https://profile.ru/economy/pozolochennye-zernyshki-pochemu-v...[/embed]
В Боливии кофейные деревья изначально служили просто живой изгородью по границам ферм. Однако после аграрной реформы 1950-х и появления многочисленных мелких и средних крестьянских хозяйств производство кофе начало расти. Почти все зерна шли на внутреннее потребление, пока вышеупомянутый кризис 1975 года в Бразилии не спровоцировал рост экспорта. В 2010–2011 годах аналогичные беды соседей помогли боливийским фермерам – их плантации не пострадали от аномальной засухи, повышенный спрос на рынке увеличил цены на боливийский кофе вдвое. На выращивание зерен стали переключаться многие хозяйства, ранее специализировавшиеся на коке.
Боливийский кофе выращивается в андском регионе Лос Юнгас, далеком от экватора. Тут деревья не избалованы солнцем и вынуждены выдерживать регулярные перепады температур, а кофейные ягоды созревают медленнее, но зато успевают напитаться сахаром и кислотами. Как и перуанский и галапагосский кофе, боливийский юнгас относится к числу органических. Оценить его по-прежнему могут преимущественно местные и жители США (куда идет основная часть экспорта). Хотя в последние десятилетия ее кофейная отрасль набирала обороты, Боливия далека даже от топ-30 экспортеров кофе.
Несмотря на экономические выгоды от производства кофе в Латинской Америке, в регионе растет обеспокоенность по поводу его воздействия на окружающую среду: интенсивное использование пестицидов и удобрений может привести к загрязнению почвы и воды, потере биоразнообразия, а рост числа плантаций означает вырубку лесов. Органический кофе – пока вовсе не основная часть кофейного рынка, несмотря на усилия многих правительств.
Отдельным вызовом для производителей стали климатические изменения. Увеличение числа засух (особенно в Бразилии, Мексике и Центральной Америке) резко бьет по этой отрасли. В 2022–2023 годах бразильские кофейные деревья пострадали от аномальных заморозков, а в следующем – от засухи; в мексиканских штатах Чьяпас, Веракрус и Оахака (именно там находится основное производство) засуха уничтожила в 2023–2024 годах больше половины урожая. От проблем бразильских фермеров выигрывают соседи, но им не под силу заместить объемы выпадающей продукции. Свои проблемы у Перу и Эквадора: истощение почв и старение деревьев плюс новая напасть – грибок «желтая ржавчина» – резко сократили урожайность. Требуется обновлять десятки тысяч гектаров и привлечь многомиллионные инвестиции, на что деньги пока не нашлись. В Коста-Рике другая беда – рост урожая происходит на фоне падения курса доллара по отношению к местной валюте, для фермеров растут внутренние издержки, а прибыль сокращается, хотя цена кофе и высока. В соседнем Гондурасе доходы в значительной степени теряются из-за роста производственных затрат.
[caption id="attachment_1814764" align="aligncenter" width="1200"] Рабочие перерабатывают кофейные зерна на поле в Гондурасе[/caption]
Существует и социальный аспект вопроса. Кофе, как правило, экспортируется на ранних этапах производства, основная добавленная стоимость оказывается за пределами стран региона. Как обеспечить крестьян справедливой оплатой их товара, чтобы у них не было соблазна переключиться на выращивание других культур (вовлеченность аграриев Латинской Америки в наркобизнес – секрет Полишинеля)? Мелкие производители сталкиваются с бюрократическими препонами, а конкуренция со стороны крупных компаний и волатильность мировых цен создают дополнительные проблемы. Тут не обойтись одними сертификатами качества и критериями «честной торговли» вроде Fair Trade, Rainforest Alliance (они гарантируют, что кофе был произведен в соответствии с жесткими социальными и экологическими стандартами, а фермеры получили достойную цену за свою работу). Требуются масштабные инвестиции в сельскохозяйственную сферу и развернутые социальные программы; для большинства производителей региона эта цель далека, как горизонт.
Страны, экспортирующие кофе, нередко закупают за рубежом зерна для внутреннего потребления. Например, Мексика, отправляющая за границу порядка 4 млн стандартных 60-килограммовых мешков, в то же время ежегодно импортирует 715 тыс. мешков. Схожая ситуация в Перу и Колумбии. Это явление – хоть и не сугубо латиноамериканский феномен (такое есть в Индии), но именно в Западном полушарии встречается чаще всего. Торговля между странами – экспортерами кофе ориентируется в основном на растворимые продукты и робусту в силу их дешевизны. Импортный кофе нередко более доступен широким слоям населения. Он также помогает обеспечивать сырьем производство растворимого кофе (его пьет почти половина латиноамериканцев), тогда как на экспорт идут преимущественно зерна. В Мексике располагается одно из крупнейших региональных производств растворимого кофе – два завода Nestlé. Для изготовления растворимого кофе лучше подходит робуста (у нее выше экстрактивность), но в Мексике этот сорт составляет в лучшем случае 4% от общего объема урожая. Приходится завозить зерно из Бразилии, Вьетнама и Гондураса, а готовую продукцию мексиканских кофейных заводов отправлять на экспорт.
Колумбия, продающая за рубеж более 90% собственных кофейных зерен, также импортирует почти половину употребляемого ее населением кофе, в том числе из Бразилии. Причина проста: колумбийский кофе почти на треть доллара за фунт дороже заграничного.
Встречные потоки кофе создают проблемы. Стремительно растет объем черного рынка и нелегальной торговли. Разница в рыночных ценах провоцирует увеличение контрабанды с намерением продать зерна дороже в соседней стране и не делить прибыль с кооперативами-производителями или локальными перекупщиками. Бразильские, колумбийские и мексиканские власти пытаются с этим бороться, запуская рекламные и маркетинговые кампании и рассказывая о важности хороших сортов кофе для промышленности и населения. Внутреннее потребление более качественных сортов выросло, но незначительно: средний класс не столь многочислен, а доходы большинства граждан вынуждают ориентироваться на цену, а не на сорт.
Кофейная промышленность Латинской Америки, ставшая символом региона, переживает непростые времена. Рост цен происходит при одновременном сжатии рынка, климатические неурядицы и нехватка инвестиций грозят привести к радикальному кризису в отрасли. Учитывая долю Латинской Америки в мировом производстве, это заметят все любители кофе.