Происхождение русских: главные версии
Вопрос о том, откуда пошли русские, веками будоражит умы историков. Как и у многих народов, наши предки пытались найти ответ в легендах, связывающих начало рода с легендарным прародителем. Чаще всего в таких преданиях фигурируют братья — вспомним хотя бы Ромула и Рема, основателей Рима, или трёх скифских братьев, о которых писал Геродот. Славянские народы в Средневековье тоже создали свои версии происхождения, и самой живучей оказалась легенда о трёх братьях — Чехе, Лехе и Русе.
Легенда о трёх братьях: как Рус стал родоначальником
Впервые история о Русе как прародителе русского племени появилась в «Великой хронике о Польше, Руси и их соседях». Этот документ создали в Польше не ранее XIV века. Его составитель соединил чешское сказание о братьях Чехе и Лехе, основавших Чешское и Польское королевства, с местными преданиями, добавив третьего брата — Руса. Легенда быстро прижилась и обрела авторитет благодаря знаменитому польскому историку Яну Длугошу, включившему её в свою «Историю Польши».
Однако задолго до польских хронистов имя Рус встречалось в восточных источниках. В X веке византийский автор Симеон Метафраст упоминал, что народ «росы» получил своё название от некоего могущественного Роса. А персидский источник XII столетия рассказывал уже о двух братьях — Русе и Хазаре. Согласно этому преданию, Русу, которому не досталось удела, пришлось обосноваться на болотистом острове. Там его нашёл Славянин, но Рус одолел пришельца, и тот поклялся мстить. Здесь явно слышны отголоски более древнего сказания о загадочном «острове русов», который историки до сих пор пытаются отыскать на карте.
Словен и Рус: новгородская версия
В русских землях легенда обрела новые черты. В первой половине XVII века появляется «Сказание о Словене и Русе», автором которого чаще всего называют новгородского митрополита Киприана. Сюжет разворачивается эпично: в 3099 году от сотворения мира (что соответствует примерно 2409 году до нашей эры) братья Словен и Рус пришли со своим народом с берегов Чёрного моря к озеру Ильмень. Здесь они заложили города — Славенск, будущий Новгород, и Русу, нынешнюю Старую Руссу.
В некоторых вариантах сказания появляется и сестра братьев — Ильмера, чьим именем якобы назвали озеро. Автор ловко вплетает в повествование библейские и античные события, объясняя многие названия, где слышны корни «рус» и «слав», наследием легендарных братьев. Это типичный пример средневековой книжной фантазии, где история переплетается с мифом, а география — с народной этимологией.
Славен, Скиф и Вандал: татищевский вариант
Василий Татищев в своей «Истории российской», написанной в 1730–1740-х годах, предлагает ещё более запутанную генеалогию. Он ссылается на Иоакимовскую летопись, подлинность которой историки оспаривают до сих пор. Одни считают, что Татищев сам сочинил все подробности, другие — что он добросовестно воспроизвёл текст неизвестной летописи.
У Татищева уже нет Руса. Вместо него появляются братья Славен и Скиф. Они завоевали земли по Дунаю и Чёрному морю, после чего Славен ушёл на север и основал Великий град (Славенск). Его сын Вандал продолжил дело отца, а у того, в свою очередь, родились трое сыновей — Избор, Владимир и Столпосвят, основавшие города, названные их именами. Здесь уже явно чувствуется попытка соединить античную историю со скандинавскими сагами и русскими летописями.
Гостомысл, варяги и рождение династии
В девятом поколении от Владимира, по версии Татищева, правил Буривой. Он воевал с варягами, завоевал их страну Бярмию (загадочную землю из скандинавских саг), но в итоге потерпел поражение и погиб. Варяги захватили Великий град и обложили данью славян, русь и чудь. Интересно, что здесь русь и варяги выступают как разные народы — Татищев вообще считал русь финским племенем.
Сын Буривоя Гостомысл, призванный новгородцами, отомстил варягам и восстановил власть. Но в войнах погибли все его сыновья. Перед смертью старейшина увидел вещий сон и понял, что наследника родит его дочь. Он завещал призвать князя из варягов, и этим князем оказался Рюрик — сын его средней дочери Умилы, выданной за варяжского князя.
Так легенда о происхождении русских замкнулась на варяжском призвании, соединив местную династическую традицию с общеизвестным летописным сюжетом. Крупицы подлинной истории в этом сплаве, возможно, и есть, но выделить их сегодня практически невозможно. Слишком много веков отделяют нас от тех событий, и слишком много слоёв мифов наслоилось на скудные летописные свидетельства.
источник
Легенда о трёх братьях: как Рус стал родоначальником
Впервые история о Русе как прародителе русского племени появилась в «Великой хронике о Польше, Руси и их соседях». Этот документ создали в Польше не ранее XIV века. Его составитель соединил чешское сказание о братьях Чехе и Лехе, основавших Чешское и Польское королевства, с местными преданиями, добавив третьего брата — Руса. Легенда быстро прижилась и обрела авторитет благодаря знаменитому польскому историку Яну Длугошу, включившему её в свою «Историю Польши».
Однако задолго до польских хронистов имя Рус встречалось в восточных источниках. В X веке византийский автор Симеон Метафраст упоминал, что народ «росы» получил своё название от некоего могущественного Роса. А персидский источник XII столетия рассказывал уже о двух братьях — Русе и Хазаре. Согласно этому преданию, Русу, которому не досталось удела, пришлось обосноваться на болотистом острове. Там его нашёл Славянин, но Рус одолел пришельца, и тот поклялся мстить. Здесь явно слышны отголоски более древнего сказания о загадочном «острове русов», который историки до сих пор пытаются отыскать на карте.
Словен и Рус: новгородская версия
В русских землях легенда обрела новые черты. В первой половине XVII века появляется «Сказание о Словене и Русе», автором которого чаще всего называют новгородского митрополита Киприана. Сюжет разворачивается эпично: в 3099 году от сотворения мира (что соответствует примерно 2409 году до нашей эры) братья Словен и Рус пришли со своим народом с берегов Чёрного моря к озеру Ильмень. Здесь они заложили города — Славенск, будущий Новгород, и Русу, нынешнюю Старую Руссу.
В некоторых вариантах сказания появляется и сестра братьев — Ильмера, чьим именем якобы назвали озеро. Автор ловко вплетает в повествование библейские и античные события, объясняя многие названия, где слышны корни «рус» и «слав», наследием легендарных братьев. Это типичный пример средневековой книжной фантазии, где история переплетается с мифом, а география — с народной этимологией.
Славен, Скиф и Вандал: татищевский вариант
Василий Татищев в своей «Истории российской», написанной в 1730–1740-х годах, предлагает ещё более запутанную генеалогию. Он ссылается на Иоакимовскую летопись, подлинность которой историки оспаривают до сих пор. Одни считают, что Татищев сам сочинил все подробности, другие — что он добросовестно воспроизвёл текст неизвестной летописи.
У Татищева уже нет Руса. Вместо него появляются братья Славен и Скиф. Они завоевали земли по Дунаю и Чёрному морю, после чего Славен ушёл на север и основал Великий град (Славенск). Его сын Вандал продолжил дело отца, а у того, в свою очередь, родились трое сыновей — Избор, Владимир и Столпосвят, основавшие города, названные их именами. Здесь уже явно чувствуется попытка соединить античную историю со скандинавскими сагами и русскими летописями.
Гостомысл, варяги и рождение династии
В девятом поколении от Владимира, по версии Татищева, правил Буривой. Он воевал с варягами, завоевал их страну Бярмию (загадочную землю из скандинавских саг), но в итоге потерпел поражение и погиб. Варяги захватили Великий град и обложили данью славян, русь и чудь. Интересно, что здесь русь и варяги выступают как разные народы — Татищев вообще считал русь финским племенем.
Сын Буривоя Гостомысл, призванный новгородцами, отомстил варягам и восстановил власть. Но в войнах погибли все его сыновья. Перед смертью старейшина увидел вещий сон и понял, что наследника родит его дочь. Он завещал призвать князя из варягов, и этим князем оказался Рюрик — сын его средней дочери Умилы, выданной за варяжского князя.
Так легенда о происхождении русских замкнулась на варяжском призвании, соединив местную династическую традицию с общеизвестным летописным сюжетом. Крупицы подлинной истории в этом сплаве, возможно, и есть, но выделить их сегодня практически невозможно. Слишком много веков отделяют нас от тех событий, и слишком много слоёв мифов наслоилось на скудные летописные свидетельства.
источник