Кошкин: ИГ России не угроза, ведь мы законодатели в борьбе с террором

Боевики «Исламского государства» взяли на себя ответственность за совершение подрыва двух автомобилей в Дагестане, в результате чего один полицейский погиб, еще двое пострадали. Враг подобрался ближе, он уже на территории России. Впрочем, эксперты призывают не паниковать, утверждая, что заявление боевиков еще нужно проверить. Всё это пахнет плохим пиар-ходом, а Россию просто так не сломить. Подробности дагестанской трагедии и выводы на основе случившегося – в материале корреспондента Федерального агентства новостей.

Представитель дагестанской полиции в беседе с одним из информационных агентств сообщала, что тип взрывного устройства еще не определен. По данным СМИ, ИГ якобы выступило с заявлением, что именно их «местные» боевики стоят за террористической атакой.

Военный эксперт, полковник запаса, заведующий кафедрой политологии и социологии Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова Андрей Кошкин считает, что выкрики террористов – не более чем пиар.

«Это может быть уткой и некими амбициями, которые бы хотели в неком пространстве выставить руководители ИГИЛ (арабское ДАИШ – террористическая организация, запрещенная Верховным судом РФ – прим. ред.). Они хотят, чтобы о них говорили. Давайте смотреть реально. Какова вероятность того, что где-то в Ракке был подготовлен специалист, отправлен в Дагестан, чтобы взорвать именно два этих автомобиля? Маловероятно, – анализирует ситуацию в беседе с ФАН Кошкин. – Да, действовали боевики, может, это «Аль-Каида», может «Серые волки» (запрещены Верховным судом РФ – прим. ред.) или одна из прочих террористических организаций. Но ИГ торопится взять на себя ответственность, чтобы припугнуть российское общество. Нужно разобраться, насколько все это соответствует действительности. У нас довольно высокая подготовка правоохранителей и сил специального назначения, которые в состоянии выяснить, кто готовил теракт и кто его осуществлял. Уверен, что это не те силы, о которых идет речь в СМИ. Быть может, это «спящая» группа боевиков, которую смогли «разбудить» в этих целях. У нас формируются все условия, чтобы локализовать и купировать подобного рода происшествия. В том числе проводят профилактические мероприятия, обеспечивающие безопасность на Северном Кавказе».

Северный Кавказ – это тот регион, где всегда было неспокойно. К тому же, там на данный момент действует центр по реабилитации и адаптации тех, кому удалось выбраться из террористической ямы под названием «Исламское государство». Кроме того, из Дагестана пытаются «выкурить» тех террористов, которые залегли там на дно.

«Боевики, которые убыли с Северного Кавказа для осуществления действий в Сирии, если будут возвращаться, то именно на Северный Кавказ, для дестабилизации ситуации. В ИГ не раз высказывались об этом», – подчеркивает Кошкин.

В России ни разу не было такого, чтобы после террористической атаки население было вынуждено прятаться по углам, опасаясь новых угроз. Ни после кровавого теракта в Волгограде, ни после «Норд-Ост», ни после взрыва в московском метрополитене, ни после крушения А321 на Синайском полуострове паники и военного положения не было. В то время как, к примеру, после взрывов в Париже всю Францию охватила истерия, и на месяц в стране был введен режим чрезвычайного положения. Соседняя Бельгия поступила так же, как ранее французы, на всякий случай. Россия же ведет себя спокойно.

«Мы уникальная страна, у нас самый большой положительный опыт проживания представителей разных национальностей и религий вместе. Мы мультинациональная и мультиконфессиональная страна, мы можем балансировать на уровне взаимопонимания и созидания, потому что мировой опыт показывает, что мы такие практически одни, – говорит эксперт. – Мы понимаем, что нужно, чтобы и общество и спецсилы боролись с международным злом. Мы имеем колоссальный опыт. Был и Волгоград, была Москва, был подрыв самолета, но мы мобилизовались и искали, и ищем возможности предотвращения в будущем подобных фактов. После 90-х годов, как бы нам ни было тяжело, но мы сумели навести порядок и на Северном Кавказе, и в больших городах, в частности, в городах федерального значения. Мы являемся законодателем общей тенденции борьбы с международным терроризмом. Наш президент на международной площадке заявил о необходимости создания мировой коалиции, показал, как нужно это делать. Продемонстрировал, что усадить людей за стол переговоров по Сирии возможно. Никто не верил, что это возможно сделать. К нашему опыту нужно прислушиваться. Мы в состоянии преодолеть все неприятности, особенно тогда, когда против нас совершают террористический акт».