Ленинград спас девятнадцатилетний солдат
Дата 23 сентября 1941 года включена во все учебники истории - в этот день наши войска остановили немцев на Пулковских высотах. Но на самом деле сражение за Ленинград началось на два дня раньше. До сухопутного наступления фашисты бросили свою авиацию на уничтожение Краснознаменного Балтийского флота, базировавшегося в Кронштадте.
Без огненного щита дальнобойной флотской артиллерии наш город долго продержаться не смог бы. Планы гитлеровских генералов сорвал старший оператор радиолокационной станции «Редут-3» 19-летний Григорий Гельфенштейн: он «увидел» самолеты противника за много километров от их предполагаемой цели и предупредил командные пункты ПВО о коварном налете врага.
Сидя за таким пультом, девятнадцатилетний оператор вычислил направление удара немецких бомбардировщиков.
В восемь утра 21 сентября 1941 года старший оператор РЛС «Редут-3» Григорий Гельфенштейн заступил на очередное дежурство. Несмотря на его юный возраст, должность у Григория была очень ответственной: подобных станций на Ленинградском фронте в то время было всего три. Та, на которой служил Гельфенштейн, располагалась на Ораниенбаумском пятачке, в деревне Большая Ижора, совсем недалеко от Кронштадта. Эта станция охраняла и сам остров, и Ленинград, и корабли Балтийского флота.
Радиолокатор в то время представлял собой громоздкое устройство. Известных каждому по современным кинофильмам круглых индикаторов, на которых ярко высвечиваются точки-самолеты, тогда еще не было. Картина воздушной обстановки на экране дисплея отдаленно напоминала кардиограмму.
По частоте пульсирующих всплесков старший оператор должен был вычислить координаты всех целей в зоне обзора, направление их движения и количество самолетов в группах. Это был очень непростой ребус. Но Григорий Гельфенштейн любил разгадывать замыслы врага - это и спасло Ленинград.
В то сентябрьское утро Григорий смог расшифровать на индикаторе «Редута» страшную картину: по направлению к Ленинграду летели около 230 фашистских бомбардировщиков! Такой мощной воздушной атаки враг еще не предпринимал.
Оператор РЛС Гельфенштейн заметил самолеты, когда они были еще далеко - километров за 200 от Ленинграда. Используя железную дорогу как ориентир, мощные «юнкерсы» двигались группами по направлению от Луги, от железнодорожной станции Дно и от Новгорода к Гатчине и Сиверской. Там они образовали круг и перестроились в три ударные колонны.
Все казалось очевидным: немцы летят бомбить северную столицу! И вдруг пульсирующая«кардиограмма» показала нечто необычное: одна из колонн взяла курс на запад, а не к Ленинграду. А две другие ударные начали движение к Финскому заливу. И Григорий понял: они летят бомбить Кронштадт! Фашисты хотят уничтожить артиллерию Балтийского флота!
Счет пошел на секунды: не сомневаясь в своей догадке, Гельфенштейн приказал помощнику передать шифрованное донесение на командный пункт ПВО Ленинградского фронта, в Кронштадт и на командный пункт противовоздушной обороны Балтийского флота.
Услышав, как спокойно оператор в Кронштадте принимает цифры закодированного сообщения, Григорий испугался: а вдруг не поверит? У него были причины для опасений: радиолокационная техника в то время была засекреченной, о ней ничего не знали на флоте. Поэтому и не доверяли полученным с ее помощью данным.
Григорий выхватил у помощника телефонную трубку и безо всяких шифровок сказал кронштадтскому офицеру:
- На вас летят двести пятьдесят - вы слышите? - двести пятьдесят бомбардировщиков! Срочно объявляйте тревогу! Через 12-15 минут они уже будут над Кронштадтом! - Он сознательно несколько преувеличил количество самолетов, голос у него дрожал.
Это подействовало. Уже через несколько секунд в Кронштадте завыли сирены воздушной тревоги. Атака фашистов была отбита, хотя наши моряки все же понесли потери. 22 и 23 сентября налеты повторились. Но уж если в первый раз этот номер у фрицев не прошел, то вторая и третья атаки не удались и подавно!
Нарушение инструкций и выход в эфир с открытым текстом могли в прямом смысле стоить старшему оператору Гельфенштейну головы. 23 сентября на РЛС приехал сам командующий Балтийским флотом адмирал Трибуц. И сразу же вызвал к себе Григория Гельфенштейна. Тот шел к начальству на ватных ногах.
- Знаешь, что ты сделал?! - строго спросил оператора адмирал, еще больше напугав его. - Нет, ты еще слишком молодой и сам не понимаешь, что сделал! Ну да поймешь потом. Звезду Героя получишь и поймешь. Это подвиг! Ты спас и Кронштадт, и Ленинград!
После этих слов Трибуц обнял солдата и расцеловал. В этот же день немецкие танки и пехота атаковали защитников Ленинграда со стороны Пулковских высот. Эта атака была встречена шквальным огнем 470 стволов Краснознаменного Балтийского флота, ничуть не пострадавших от вражеских налетов, и захлебнулась.
Звезду Героя старший оператор «Редута-3» так и не получил. Но Григорий Ильич об этом уже не жалеет. Ему обидно другое:
- Почему все знают о трагедии в Перл-Харборе, которая случилась на три месяца позднее, а о Кронштадтском сражении молчат до сих пор? Японцы наглядно показали, что могло бы случиться с нашим флотом, если бы я вовремя не разгадал замысел противника и своевременно не предупредил об этом командование!
По моим подсчетам, японские бомбардировщики неожиданно обрушили на американский флот бомбы общим весом 300 тонн и практически уничтожили его. На корабли Балтфлота за три дня сражения должно было обрушиться не менее 1000 тонн! Но наша зенитная артиллерия заставила немецкие самолеты сбросить свой смертоносный груз в воды Финского залива. Мы победили, и я хочу, чтобы люди об этом знали!
Славная станция «Редут-3» определила всю дальнейшую жизнь старшего оператора: после войны он продолжил заниматься радиолокацией и получил более 20 авторских свидетельств на изобретения в этой области. Сейчас Григорию Ильичу 94 года.
- Я уверен, - говорит ветеран, - что долгая жизнь дана мне именно за то, что я сделал в те сентябрьские дни для Ленинграда и для Советского Союза.